Демоны не смеются - Мария Самтенко

— У меня сейчас есть кое-что другое в качестве основной версии, — поделилась Кларисса. — Но там провал с мотивом и два противоречия по части фактов. Знаешь, я даже, может, закрою на это глаза, хотя следователь не должен подгонять факты под версию. Но лучше проверить.

— И как ты планируешь это сделать?

— Навещу культистов, — пожала плечами Кларисса. — У меня есть королевское разрешение, чтобы ходить по тюрьмам, займусь этим завтра после морга.

Магарыч поставил чашку на стол и осторожно спросил:

— Я могу пойти с тобой? Не очень хочется отпускать тебя к культистам. Даже когда они в клетках.

Дознавательница задумалась. Лорд стоял и смотрел, в золотистых глазах светилось что-то насчет ритуального изнасилования и перерезанного горла. И еще — незаданный вопрос, всего один:

«Ты же позволяешь другому защищать себя, когда любишь, правда?»

Клариссе ужасно захотелось проконсультироваться насчет этого с Крылатым Королем. Вот просто написать ему на кристалл и спросить: как ты выносишь Принцесску, когда он хочет заботиться?

— Багрового демона в задницу и… ладно! Ладно! Давай я возьму тебя на какую-нибудь другую опасную операцию, но в этот раз мне нужно, чтобы со мной пошли Рагон и Карниэль! А ты должен сидеть в посольстве, изображать, что тебе все еще плохо, и демонстративно страдать!

Глава 36

Рагон и Карниэль любезно согласились проводить леди Клариссу Шар-Трени в тюрьму, вернее, в изолятор временного содержания, и проследить, чтобы содержащиеся там культисты ей ничего не сделали. Они даже не стали ворчать на письмо лорда Магарыча, сразу ответили, что по чистой случайности завтра они совершенно свободны.

Но перед тем, как направиться сюда, дознавательнице потребовалось еще раз посетить морг.

На этот раз ее приняли там как постоянного клиента. Сотрудники не ворчали, а, наоборот, вежливо улыбались и спрашивали, не нужна ли помощь.

Кларисса вежливо отказалась — она не планировала использовать фонарь для выявления заклинаний, ей требовалось уточнить всего лишь один нюанс.

Оставшись наедине с телом лорда Хальда, она внимательно осмотрела рану от топора на его шее — ничего интересного, глубокая, ровная, чистая рана. Лорд умер мгновенно или почти мгновенно. Никаких других следов у него на шее не наблюдалось, и Кларисса отметила это в блокноте прежде, чем уйти.

Она провела в морге совсем недолго, но лорды Аринские уже стояли у ворот изолятора с таким видом, словно ждали уже целый час.

— Как поживаете, леди Кларисса? — рыкнул Рагон, склоняясь в церемонном поклоне. Три золотых цепи и два амулета на его мощной шее тихо зазвенели.

— И как дела у леди Мелинды? — добавил лорд Карниэль, поправляя расшитый мундир.

Человек, незнакомый с Аринскими, непременно подумал бы, что лорд приоделся ради отсутствующей здесь Мелли, но Кларисса прекрасно знала, что эта парочка всегда наряжается словно на свадьбу. В отличие от них, лорд Магарыч постоянно работал руками или возился в саду, и носил простой мешковатый коричневый камзол.

— Мелли прекрасно, — улыбнулась дознавательница. — Передает приветы.

Лорд Карниэль оживился и потребовал передать привет обратно, непременно с поклонами. Лорд Рагон шикнул и недовольно двинул его локтем.

— Спасибо, что согласились прийти, — снова улыбнулась Кларисса. — Пройдемте. Перед визитом к культистам нас должны осмотреть, убедиться, что мы не приносим ничего запрещенного. Меня вчера тоже осматривали, хотя я посещала обычную горожанку, но таковы правила. Побеги на ровном месте здесь никому не нужны.

Лорды Рагон и Карниэль заверили дознавательницу в том, что готовы терпеть неудобства ради спокойствия лорда Магарыча. Они действительно вели себя очень мирно, по крайней мере, из комнатки, где их обыскивали, не доносилось никаких воплей.

После обыска выяснилось, что пришли они хоть и к назначенному времени, но слишком рано, потому что следователь, который должен проводить их к культистам, задерживается. Лорды разместились в коридоре и завели беседу на любимую тему «неподобающее поведение их дорогого братца, лорда Магариэна Арического».

Глядя на них, Кларисса тщательно скрывала улыбку. Она много раз посещала тюрьмы и знала, что никто не будет бежать со всех ног, чтобы встретить их с Аринскими. Поэтому она охотно поддержала беседу:

— Магарыч, может, действительно зря нервничает насчет культистов. Багрового демона в задницу и пятнадцать приспешников сверху, ну что мне они сделают из-за решетки? Что? Но нет, он очень нервничает. Я, может, только для этого и согласилась взять вас с собой, чтобы Магарыч не волновался. Знаете, он все никак не поправится после той стычки со Старым Королем.

Карниэль опустил глаза, а Рагон, наоборот, поднял и воззрился на дознавательницу:

— А что говорят врачи? А то от Магариэна ничего не допросишься. Он скрытный и страшно не любит, когда те, кто умнее, начинают делиться опытом.

Под «теми, кто умнее» лорд Рагон явно подразумевал себя с Карниэлем.

— Мы все очень рады, что он вообще жив, — сказала Кларисса, быстро взглянув на Аринских. — И он выздоравливает, но очень медленно. Драконья сущность никак не восстановится, даже Крылатый Король не смог помочь. Он, конечно, маг, но работа слишком тонкая. Раньше помогал Аринский кристалл, но сейчас… сами знаете.

— И что делать? — нервно спросил Карниэль.

Кларисса пожала плечами:

— Уверена, со временем Магарыч придет в норму. Знаете, что самое сложное? Заставить его спокойно сидеть в посольстве. А то он сначала побегает, а потом лежит пластом два-три дня.

Дознавательница добавила это на случай, если лорды Аринские успели получить другую информацию или, чего доброго, столкнуться с Магарычем.

Вскоре выяснилось, что Кларисса могла не волноваться: Рагон и Карниэль не стали подвергать ее слова сомнению, а принялись ворчать, что-де Магариэн так всегда. А еще он обожает притворяться, что все в порядке, когда нет — они подобного навидались! Говорил, в основном, Рагон, а Карниэль смотрел на него и кивал.

К тому моменту, как к ним наконец подошли конвойные, лорды успели пересказать Клариссе три байки времен юности лорда Магарыча.

Дознавательница подумала, что он еще хорошо держится. Если бы у Клариссы были сестры, рассказывающие что-то подобное про нее, она начала бы с того, что вычеркнула их из завещания.

— Пройдемте, леди Шар-Трени, — отвлек ее конвойный. — Пятнадцать минут с лордом Иниусом Офейли, больше не положено по протоколу…

— Думаю, мне хватит и пяти, — фыркнула дознавательница. — А лорды Рагон и Карниэль?

— Не положено, — твердо ответил конвойный. — Они могут подождать здесь.

Кларисса взглянула на лордов — разочарования на их лицах как-то не наблюдалось. Их вполне устраивало предложение подождать в коридоре, да и саму ее тоже. Для чего, спрашивается,