Машина любви - Райан Кендалл

— Ну, я тоже не хотел, — не могу удержаться от резкости.

— Я никогда не хотела давать тебе ложных надежд, Слейт. Я не хотела, чтобы секс нас изменил. Я просто… Я хочу вернуть своего друга. — Ее голос звучит так же тихо и жалобно, каким чувствую себя и я.

Я больше не могу выносить это неловкое напряжение между нами. Я встаю и начинаю натягивать на себя одежду.

— Мне пора.

Позади я слышу сдавленный всхлип.

— Прости, — шепчет она.

— Не могу. Я просто… я не могу. — Я не смотрю в ее умоляющие глаза, потому что не хочу видеть, что в них может отражаться.

Едва одевшись, я выбегаю за дверь, чувствуя себя полным ничтожеством.

Я смутно помню, как доехал до дома. Оцепеневший, я готовлюсь ко сну, словно управляю неповоротливым роботом.

Я доверял Китон. Думал, что знаю, как она отреагирует. Ее отрицание — не отказ, а именно отрицание того, что у меня вообще есть к ней настоящие чувства, — совершенно выбили меня из колеи.

Как, черт возьми, это произошло? Неужели я все это время обманывал сам себя? Неужели мне только казалось, что между нами такая сильная связь?

Слова Китон крутятся в моей голове так быстро, что меня начинает тошнить.

«Ты не из тех парней, кто остепеняется и заводит постоянную девушку».

Ну, это правда, что у меня была только одна девушка, и то больше десяти лет назад. Но только потому, что у меня мало опыта в этой сфере, не значит, что я не способен на нормальные отношения.

Верно?

Возможно, Таня была не так уж неправа, — шепчет противный голос где-то на задворках сознания. — Может, ты и правда глупый, недостойный любви и вообще ничего не стоишь…

Я поспешно пытаюсь подавить воспоминания о ее жестоких обвинениях. Прошло много времени, и я не могу позволить себе скатиться обратно в то темное место, куда загнала меня Таня. Я не могу позволить ей снова залезть мне в голову.

Но и перестать думать я тоже не могу. Я ворочаюсь всю ночь, скручиваю простыни в клубок и наконец засыпаю за несколько часов до рассвета.

Меня будит звонок телефона. Часть меня надеется, что это Китон, а другая — что это кто угодно, только не она. Я нащупываю телефон на тумбочке и вижу, что звонит мама.

А? Я смотрю на время и понимаю, что проспал гораздо дольше, чем думал.

Я сажусь и отвечаю на звонок.

— Привет, мам.

— Ох, милый, что случилось?

Этот внезапный допрос застает меня врасплох.

— Э-э… ничего.

— Нет, это не правда. Я слышу по голосу. Скажи, почему ты такой расстроенный.

Я подавляю стон.

— Мам, ну пожалуйста. Все нормально. Я просто только что проснулся.

— Ты уверен? Я всегда готова помочь, если тебе нужен совет.

На самом деле это не такая уж плохая идея, если я смогу подвергнуть историю цензуре. Мне совсем не хочется рассказывать матери все непристойные подробности наших интрижек.

Я тяжело вздыхаю и свешиваю ноги с кровати. Заспанный, я встаю и плетусь на кухню к кофеварке.

— Ну… у меня есть подруга. Девушка.

— О-о-о, — тянет мама, как будто уже все поняла.

— Мы… много времени проводили вместе. — Трахались как кролики. — И в конце концов я понял, что у меня появляются к ней чувства. Так что вчера вечером я рассказал ей об этом, а она ответила: «Нет, это не так».

— Ты хочешь сказать, она не захотела с тобой встречаться?

— Нет. Она сказала, что у меня нет к ней чувств.

— Что? — В мамином голосе слышится растерянность и злость. По крайней мере, я здесь не единственный, кто в замешателстве.

— Да, я тоже этого не понимаю, — вздыхаю я. — Что, черт возьми, со мной не так, раз она даже не верит, что я способен на настоящие чувства? — Я достаю кружку из шкафчика и прислоняюсь к столешнице, ожидая, пока сварится кофе.

— С тобой все так, милый. Просто пути Господни неисповедимы. Когда мы потеряли твоего отца… — мама вздыхает в трубку, и раздается треск помех. — Я никогда не видела такой ужасной метели ни до, ни после. Столкнулись десять машин, и он был единственным, кто не выжил. Не знаю, почему Бог выбрал именно его, но…

— Я прекрасно это помню, мам, — говорю я резче, чем собирался. — Я тогда уже учился в старшей школе, а не в детском саду. — И я совершенно не в настроении слушать эту историю в миллионный раз.

— Не нужно говорить со мной таким тоном.

— Прости. Я не хотел грубить… просто плохо спал.

И это правда. Хотя ее рассуждения о судьбе и роке иногда меня раздражают, я все понимаю — у мамы был свой способ пережить смерть папы, а у меня свой.

— Я просто… — Я издаю разочарованный вздох. — Я думал, что понял, как с этим справляться. Я думал, что урок, который я должен был усвоить, заключался в том, чтобы жить полной жизнью, потому что никто не знает, когда она закончится. И что как только я это приму, все наладится. Но теперь я в тупике. Следуя своей интуиции прошлой ночью, я только все испортил.

Мама сочувственно цокает языком.

— Не знаю, утешит ли это тебя, милый, но пусть все пошло не так, как ты надеялся, я все равно считаю, что ты поступил правильно. Сказать человеку, что ты его любишь — это никогда не ошибка.

— Тогда почему я чувствую себя так плохо? — бормочу я.

— Потому что ты совершил смелый, честный и добрый поступок, а эта девушка плюнула тебе в душу. — Я практически вижу, как мать взволнованно меряет шагами свою заставленную антиквариатом гостиную. — Я просто хочу сказать, что это может быть знаком: она тебя не достойна.

— Успокойся, мам. Вспомни о своем давлении. Тебе не нужно так переживать из-за меня.

Сейчас у меня нет сил защищать Китон, но мне и не нужно, чтобы мама принимала чью-то сторону. Я взрослый мужик и сам могу разобраться со своими проблемами. А еще… глубоко внутри, несмотря на разбитое сердце, какая-то часть меня все равно не хочет слышать, как кто-то поливает Китон грязью.

— Еще как нужно. Я твоя мать, ради всего святого. Если это опять повторяется история, как с Таней…

— Нет, это не так. Она не такая. — Я сам удивлен твердостью своего голоса.

— Хорошо-хорошо. Уверена, эта девушка просто растерялась и удивилась, но все равно с ее стороны