Мой. Чужой. Истинный - Анна Сафина

Я промолчала, раздумывая над тем, что же вызвало складки на его лбу. До этого таким обеспокоенным я его не видела, и это смятение плавно и планомерно передавалось и мне.

Спину мне прожигал такой же взволнованный взгляд старейшины Айко, а вот остальные сопровождающие разбрелись по таверне, буквально сливаясь с гостями таверны, которые заливали тревогу элем. В основном, контингент заведения составляли самцы, а их, казалось, ничем не прошибешь. Они вели себя так, будто карантин — обыденность, с которой они сталкиваются практически каждый день.

— О чем ты говорил с Артайусом?

Я положила ладонь на грудь Айвена, вынуждая его полностью сконцентироваться на мне, и его взгляд сосредоточился на моем лице. Оно явно выражало беспокойство, поскольку его лоб почти сразу пересекла одна длинная морщинка. Пальцами второй руки я разгладила кожу на его лбу, пытаясь таким образом успокоить, и он прикрыл ненадолго глаза, явно наслаждаясь моими прикосновениями.

— Давай я тебе за завтраком всё расскажу. Ты замерзла, я попрошу сделать тебе горячий чай с малиной.

Тыльной стороной ладони он погладил мои щеки и лоб, проверяя меня на температуру, но чувствовала я себя неплохо, хоть конечности и правда замерзли. Раньше у меня таких проблем никогда не было, но я помнила наставления Айко другим волчатам. Во время первого оборота с телом происходят изменения, которые могут быть признаками простуды, так как организм усиленно готовится к трансформации, так что я не придавала особого значения подобным мелочам, как легкое недомогание. В отличие от Айвена, который вознамерился укрыть меня от любых невзгод. Такая забота была довольно приятна, чего греха таить. Раньше я такой чести, как чужая обеспокоенность, не удостаивалась, так что сейчас, словно новорожденный волчонок, тянулась к ласке всем телом, ярко демонстрируя отдачу.

— Ты точно поела? Может, еще перекусишь? Твоему организму сейчас необходимо больше белка, чтобы восполнить потерю энергии.

Айвен будто вознамерился откормить меня, однако я голодной не была и такой потребности в мясе, которую проявлял он, не испытывала.

— Нет. Я буду только чай.

Пока подавальщица накрывала нам на стол, я положила свою ладонь поверх руки Айвена, которую он протянул ко мне. Внутри меня что-то отозвалось недовольством, когда я заметила юркий взгляд девушки в его сторону. Там отчетливо горел неподдельный женский интерес, который я ни с чем не спутаю. Какой бы наивной порой или ненаблюдательной я не была, но ее глаза горели уж слишком ярко при взгляде на чужого самца, чтобы я не поняла его значение.

— Что-нибудь еще, господин? Сегодня у нас в меню есть…

— Это всё. Если нам что-то понадобится, мы вас позовем, — перебил ее Айвен, и к его чести, даже взгляда в ее сторону не бросил. Всё его внимание было сосредоточено на мне.

— Может, имбирный эль? Он почти весь закончился, но я отложила немного специально для вас.

— Нам ничего не нужно, — резко выпалила я, не контролируя себя, и сама же удивилась, услышав свой грубоватый голос. В нем появился какой-то новый тембр, словно голос мой ломался, и это подействовало на девушку. Она вдруг отпрянула, закрывшись подносом и поднеся его к груди, а затем кивнула и ретировалась, так больше ни слова и не сказав.

Мне показалось, что я эти слова практически крикнула, вот только в таверне всё шло своим чередом. Никто не смотрел в нашу сторону, каждый занимался своими делами и разговорами, включая и наших сопровождающих. Даже старейшина Айко присоединилась к одному из столов, вклиниваясь в бурную беседу, ходившую вокруг вспыхнувшей эпидемии ликантропии.

Так что тишина воцарилась только за нашим столиком.

— Что это было? — просипела я, оборачиваясь к Айвену.

Если мое лицо явно выглядело обескураженным, то вот его — донельзя довольным. И я даже знала, почему. Всякому мужчине нравится женская ревность.

— В тебе говорит волчье собственничество.

— Почему волчье? Оно ведь бывает у всех, не только у волков.

— У волков оно обостренно гораздо сильнее, чем у других рас. Если люди просто любят владеть второй половиной, то вот в нас еще говорит и звериный охотничий инстинкт. Как только мы встречаем пару, то запечатлеваемся на ней, и любое внимание в ее сторону вызывает в нас агрессию. В тебе как раз зарождается волчица, запечатленная на мне, так что нет ничего удивительного в том, что ты так агрессивно реагируешь на предполагаемую соперницу. Когда пройдет больше времени, и связь между тобой и зверем устаканится, ты сможешь лучше себя контролировать.

— Предполагаемую? — выцепила я не то, что нужно. Остальное мой мозг просто пропустил мимо ушей.

— А ты думаешь, у нее есть шансы? — улыбнулся он и наклонился ко мне, касаясь костяшками пальцев моего виска.

В его глазах царила нежность, но вместе с тем и лукавство. Ему явно всё это доставляло удовольствие, в то время как я напряженно посматривала на другую подавальщицу, крутившуюся рядом. Та обслуживала соседний столик и явно наклонился в нашу сторону пятой точкой специально. Откуда-то прозвучал рык. Я не сразу поняла, что это сделала я, а затем, когда раздался повторный рык, прикрыла ладонью рот. А там… Там у меня выросли и заострились резцы зубов, которых раньше у меня не было. Клыки.

— Ой.

— Собственничество в ярко выраженной форме, — произнес с довольством Айвен и поцеловал меня в висок. — Я ни на кого, кроме тебя, не смотрю, птичка. С некоторых пор в фокусе моего внимания находишься лишь ты одна.

— Ты это не мне скажи, а ей, — выдохнула я, намекая на то, что не контролирую волчьи инстинкты, но гнева это во мне не вызвало. Всё то было для меня внове, и я этим наслаждалась, ведь столько лет была лишена того, что испытывал каждый чистокровный волчонок.

— Ррр, — прорычал он игриво и куснул меня за шею. Не сильно, но довольно чувствительно, чтобы по моему телу прошла дрожь.

Я мысленно встряхнула головой, чтобы привести собственные мысли в порядок и из кучи сделать стройную линию.

— Ты обещал рассказать, о чем говорил с Артайусом.

Говорить мне было довольно сложно, так как в голове у меня буквально была вата, и думалось плохо, но отступать я не хотела.

— Мы предполагаем, что вспыхнувшая эпидемия ликантропия связана с проведенным ритуалом по вызову Полярного Волка.

— Но он ведь не был закончен. Разве нет?

— Не совсем. Для завершения ритуала между тобой и Кираном должен был произойти акт… — последнее он произнес недовольно. Сама вероятность того, что у меня могла быть близость с кем-то, кроме него, вызывала у него лютое недовольство, но контролировал