Мой. Чужой. Истинный - Анна Сафина

— Так в чем тогда дело? Ничего ведь не было.

— Ты знаешь, для чего нужен был этот финальный акт?

— Для беременности?

— Да. Для того, что самка была оплодотворена. Именно в этом ребенке согласно ритуалу должен возродиться Полярный Волк.

— Тогда почему вы с медведем так сейчас обеспокоены?

— В последний раз подобный ритуал проводился еще до моего рождения. Очень и очень давно, как понимаешь. Тогда он меня и заделал. Так что я знаю последствия и ход ритуала лишь по легендам.

— Я никогда не слышала, чтобы его раньше возрождали. Он ведь бог. Они разве ходят…

— В человеческом обличии? Ну вроде Артайус не призрак, вполне себе из плоти и крови.

— Точно… — пробормотала я и нахмурилась, пытаясь понять, к чему Айвен клонит.

— В общем, из беременных в зоне поражения находилась жена Райдзена.

— Айлин.

— Да. За ней присматривает Свайн на случай, если родится мальчик с признаками возрождения темного бога. Поскольку она осталась дома, мы отсекли вариант, что она имеет отношение к ликантропии в Анзании.

— А как это могло быть связано?

— Ликантропия как явление появилось как раз незадолго до моего рождения. Эта болезнь была вызвана как раз слишком сильным влиянием Полярника. Если обычные альфы испускают волны определенной частоты для контроля над стаей, которые оказывают воздействие, не вредное для сознания волков, то вот эффект силы Полярника, как оказалось, слишком губителен для смертных и вызывает побочную болезнь, которую впоследствии и назвали ликантропией.

— Ты хочешь сказать, что…

— Вспышка ликантропии связана с влиянием Полярника, и никак иначе. Вот только мы не знаем, может ли это быть результатом ритуала, или мы что-то упустили.

— А если я…

Я замялась и положила ладонь на живот, предполагая один из вариантов, но вызвала лишь снисходительную улыбку у Айвена.

— Нет. Это исключено. Я бы ощутил твою беременность с первого дня зачатия. К тому же, если бы ты была беременна, эпидемия началась бы с наших бойцов, поражая их нервную систему еще в пути.

Я воспроизвела в памяти ту ночь, о которой хотела бы забыть, но сколько бы ни думала, ни одной идеи не приходило мне в голову.

— Не забивай этим голову, птичка. Мы сами этим займемся, а ты не выходи из таверны. На улицах Анзании сейчас небезопасно. На отшибе города уже начали действовать мародеры, и мне будет спокойнее, если ты будешь находиться под защитой бойцов, когда меня не будет рядом.

— Мне это не нравится.

Я покачала головой, так как в стае привыкла к свободе. Поскольку никому не было до меня дела, я спокойно разгуливала по лесу в пределах ставки и всегда была в курсе того, что происходило в нашей деревушке, так что сидеть в четырех стенах мне было непривычно. Вот только разница была большой. Раньше мне просто не было места в доме Марты, поэтому я и слонялась снаружи, а сейчас меня просили остаться в таверне в целях моей же безопасности.

— Если будешь хорошей самочкой, я исполню одно твое любое желание. Обещаю, масойя.

— А это мне уже нравится, старче, — улыбнулась я и налила себе чай.

— Старче?

Айвен прищурился и коснулся моей руки, поглаживая так нежно, что по моему телу пошли мурашки.

— Так ты же у нас ровесник ликантропии, старче. Разве нет?

Я облокотилась на стол и положила подбородок на ладонь, с интересом разглядывая лицо Айвена.

— Нарываешься, птичка, — рыкнул он и пододвинул стул ко мне ближе так, что сел практически вплотную, не оставляя между нами ни миллиметра свободного пространства.

— А то что? Покусаешь?

— Помечу, птичка, помечу.

Он оскалился, демонстрируя острые резцы, но в этом не было угрозы, лишь игривое поддразнивание.

Наш разговор мог закончиться поцелуем, но в этот момент двери таверны резко открылись, и я вздрогнула, возвращаясь в реальность. В таверне вдруг воцарился ажиотаж

— Что случилось?

Я вытянула голову, но за спинами мужчин вошедших было не разглядеть.

Айвен сделал несколько вздохов и ухмыльнулся, оборачиваясь.

— Нашли нашу пропажу.

— Лаиссу? — выдохнула я и резко встала.

Прорываться через толпу наших волков мне не пришлось. Лаисса взлетела, взмахивая крылышками, и полетела в мою сторону. Вид у нее был отдохнувший и довольный вопреки моим худшим опасениям.

— Доброе утро, девочка моя. Что-то ты выглядишь не выспавшейся. Твой волчара дает тебе вообще спать по ночам?

Настроение у нее явно было хорошее.

— А вот ты наоборот цветешь и пахнешь.

— Природа — это моя стихия, Нереа. Лес дает мне силы.

В ее словах было зерно истины. Это же мне говорил и Айвен, но это не мешало мне переживать. Возможно, если бы я выросла в среде сильфид, ее пропажа в лесу не вызвала бы во мне беспокойства.

— Ты меня напугала, Лаисса. Хоть бы предупредила, что отлучишься.

— Обо мне не стоит переживать, Нери. Я взрослая женщина и могу о себе позаботиться.

Я едва не поперхнулась, но сдержалась, не став говорить вслух о том, что она более пятнадцати лет находилась в плену у Титуса и Райдзена. Так что мое беспокойство было оправданным, но сыпать соль на раны тети я не собиралась.

— Так что случилось, ты мне расскажешь? Тебе больше не стоит отлучаться, в городе эпидемия ликантропии. Я понимаю, что тебе мутаген не страшен, но озверевшие могут напасть и на тебя. Не хотелось бы потерять родственницу, только ее обретя.

— Думаю, скоро эпидемия закончится, и мы продолжим наш путь в столицу. Так что и об этом не переживай, а то раньше времени состаришься.

— С учетом моего скорого оборота это мне нескоро грозит.

— Прости, человеческие пословицы прочно въелись в мой речевой оборот. Всё время забываю, среди кого нахожусь.

Лаисса раскрывалась для меня с новой стороны и казалась мне довольно своеобразной, но с изюминкой.

— Ты не видела Айко? Мне нужно с ней кое-что обсудить.

— Да-да, она была там, — я махнула рукой в сторону толпы самцов, среди которых было довольно сложно выцепить взглядом Айко, но Лаисса взмахнула крылышками и полетела туда с весьма уверенным видом.

Пока мы с ней разговаривали, Айвен куда-то отлучился, но вскоре вернулся с хмурым видом, однако в его глазах вместе с тем воцарилось какое-то облегчение.

— Сегодня вечером заработают телепорты, птичка, так что можешь собирать вещи, надолго мы в Анзании не задержимся. Охотники ликвидировали всех зараженных, и если не обнаружат новых к закату, администрация снимет запрет на телепорты.

— Это хорошо, — пробормотала я, а сама опустила