Выживание по-эльфийски - Ирэн Мико

Убрала и помыла за собой посуду, надела пояс, чтобы прикрепить к нему ножны и прихватила любимую жилетку. Когда вернулась на кухню, Азарета уже не было видно. Прикрепила его мечи и направилась в своё любимое логово. Да, я не стала их прятать, ведь лаборатория находится в отдалении и просто так там никто не будет гулять. А если какой-то ушастик всё же будет там проходить, то Энен вежливо уведёт его в другую сторону.

Я наслаждалась этой короткой пробежкой и перешла на шаг, лишь когда из-за деревьев показалась каменная стена лаборатории. Эненвэл ждал меня сидя у обрыва и любуясь видом.

— Идём внутрь, — он поднялся, стоило мне подойти, — Хочу посмотреть, что ты видела и что сможешь вспомнить.

— По больному бьёшь, — вздохнула в шутку, а Энен улыбнулся.

Моя память была не так идеальна, как у эльфов. Но чтобы я забыла уникальную магическую составляющую артефакта? Не бывать этому!

Огни в мастерской осветили оставленный беспорядок. Энен помог быстро убрать по полкам заготовки, ненужные артефакты и бумаги. Ножны с клинками повесила на крючок, на который зимой вешаю плащ. Надеюсь, тёмный не обидится. Есть опасение, что в других местах его клинки или не поместятся по длине, или просто потеряются под ворохом бумаг.

Азарет не спешил радовать нас своим присутствием, но я чувствовала его взгляд. Разложив на столе чистые листы, принялась выводить формулы, потоки и зависимости магических сил. И тут же чертила схему силовых линий. Погрузившись в воспоминания о божественном артефакте и его магии, тщательно переносила все заклинания на бумагу.

В какой-то момент начала расчёт под новый артефакт, не забывая вносить дополнения к основному. Артефакт для тёмных эльфов не должен быть таким же большим, а значит конструкцию можно облегчить. Взять меньшую площадь покрытия и идти от этого. Конечно же, нужно будет определить какие заклинания за что отвечают и какие необходимо оставить, даже если они на первый взгляд кажутся простыми, или даже бесполезными. Моя практика показывает, что зачастую на таких маленьких и незначительных чарах держится работа всего артефакта. И, если убрать одно такое простое заклинание, произойдёт дисбаланс сил, сложные магические заклинания войдут в резонанс, а экспериментальный артефакт может, в худшем случае, взорваться.

Собственно, с того случая мне и выделили отдельную лабораторию. Сначала Эненвэл учил меня работать с артефактами дома. В очередной раз он дал мне артефакт, состоящий из двух десятков заклинаний и выполняющий несколько функций. Что-то вроде комбинирования защиты и поглощения заклинаний. Энен ушёл на посевные, а моим заданием было определить эти заклинания и выписать их. На середине работы меня заинтересовала одна простейшая формула, уже и не помню точно, что там было. Но решив, что она там лишняя я вмешалась в структуру артефакта.

Тогда высвободилось большое количество магической энергии, которая и ударила волной во все стороны. Защита, без которой я тогда не оставалась, помогла смягчить удар, но меня всё равно немного оглушило. И в доме побилась вся посуда. Вот после этого у меня появилась отдельная лаборатория. А когда я взорвала и её, меня переселили в эту каменную громаду.

Вздохнула и поняла, что уже какое-то время просто смотрю в оду точку не двигаясь. Встряхнула головой, осмотрела что у меня получилось и продолжила работу. Нужно как можно точнее записать все заклинания с артефакта Сердца, потом уже буду разбираться кто за что отвечает и как оно вообще всё работает.

Не знаю, сколько времени я провела за работой, но, когда закончила была готова лечь прям на стол и уснуть. Вместо этого откинулась на спинку стула и потянулась, вытягивая руки вверх. Смутно припомнила, как Энен что-то спрашивал у меня, и я вроде даже отвечала, кажется, даже слышала голос Азарета.

— С возвращением, — улыбнулся Эненвэл, — Идём домой, тебе надо поесть.

— Ты ходил готовить ужин? — кажется я пропустила этот момент.

— Ходил, и, как видишь, вернулся. Скажу больше, наш ужин успел остыть. Поэтому, как бы тебе не хотелось продолжить работу, мы идём домой кушать и спать.

Его тон был немного строгим, но вместе с тем заботливым. Мне всегда были приятны опека и поддержка Эненвэла. Эльфа, который спас меня и заменил семью.

— Хорошо, — улыбнулась, поднялась со стула и немного неуклюже размяла затёкшие мышцы, — Азарет, не скучай, я обязательно приду завтра.

Тёмный мне так и не показался, а я, взяв под руку Эненвэла, вышла к свежему ночному воздуху. От реки заметно тянуло прохладой, и кожа тут же покрылась мурашками. Как не странно, но это помогло прийти в себя после долгой работы и не уснуть по дороге от навалившейся усталости.

Хотелось остановиться и дышать этим насыщенным воздухом, забыв обо всём. Запах, влажность и прохлада были именно теми, что в сочетании друг с другом избавляли голову от всех мыслей, оставляя только одно желание: наслаждаться природой и тишиной.

Энен заметил, что я замешкалась и остановился. Мне не хватало дыхания, чтобы насытиться воздухом и казалось, что звёзды этой ночью сияли ярче. Хотелось лечь прям тут и смотреть на небо до рассвета.

Спустя минуту я немного пришла в себя, и мы продолжили путь. Даже посетила мысль о сомнении в исправности системы вентиляции лаборатории. Шанс, что она неисправна очень мал, но проверить нужно будет. Но, с другой стороны, моя реакция не удивительна после всего пережитого на острове. Пока Богиня испытывала нас, я стала тосковать по свежему воздуху, просторному небу и звёздам.

— Мне этого не хватало, — тихо призналась, зная, что Энен услышит, — Небо, звёзды и свежий ветер. Там было что угодно, но не это.

Энен крепче сжал мою руку, выражая поддержку. Идеальный и прекрасный эльф, который заботится и переживает о маленькой человеческой девочке. Он идёт рядом со мной по ночному лесу и мне хорошо и уютно рядом с ним. Мой дом давно там, где он. Да, можно было бы списать мои чувства на влюблённость, но я точно знаю, что это другое.

Я никогда не забуду своих родителей и буду их любить. Уверена, в своё время они делали всё для маленькой меня. Даже когда знали, что погибнут. И Эненвэл их не заменит. Ему это и не нужно. Он просто стал мне вторым отцом, тем, кто привёл меня в такую другую