Гринвуд: танцуй со мной или запрещённый прием - Ана Тихая

Майя потянулась к тумбочке, взяла чистый лист бумаги и ручку. Быстрыми движениями она набросала несколько строк, подтверждая, что травма является несчастным случаем на тренировке, и поставила размашистую подпись.

— Держи, капитан, — она протянула мне лист. — Спасай своего хореографа. И, кстати… вы отлично смотритесь вместе. Хватит уже прятаться по углам от этой змеи Бритни.

Я взял бумагу, чувствуя, как с души падает последний тяжелый камень. Ева стояла рядом, и я видел, как на её губах расцветает облегченная, свободная улыбка. Мы выиграли этот раунд. Полностью.

33

Ева

Когда дверь медицинского блока захлопнулась за нашей спиной, я почувствовала, как колени подкашиваются. Документ от Майи, который Райан бережно сжимал в руке, казался самым ценным свитком в мире. Всё было кончено. Обвинения, которые могли разрушить мою карьеру хореографа и стереть в порошок всё, ради чего я работала, только что превратились в пыль благодаря честности Майи и безумному упрямству Гринвуда.

— Мы сделали это, — выдохнула я, прислонившись к холодной крашеной стене коридора.

— Не «мы», Новак, а «я», — Райан обернулся ко мне, и на его губах снова заиграла та самая привычная, самоуверенная ухмылка капитана, по которой я, как оказалось, успела соскучиться за это утро. — Я ведь говорил, что держу слово. Свидание отработал, от Харрис защитил, бумагу достал. Кажется, кто-то задолжал мне как минимум спасибо без использования твоей фирменной ледяной брони.

Я посмотрела на него — взъерошенного после тяжелого разговора, со сдвинутым набок галстуком форменного пиджака, но такого надежного. Внутри меня разлилось такое мощное, лавинообразное тепло, что скрывать его больше не имело смысла. Подавшись вперед, я приподнялась на цыпочки и, наплевав на то, что мы находимся в коридоре жилого блока, крепко обняла его за шею.

Райан на секунду замер от неожиданности, а затем его мощные руки обхватили мою талию, отрывая меня от пола и прижимая к себе так сильно, словно он пытался слить нас в одно целое.

— Пойдём отсюда, — прошептал он мне в самые губы, неохотно опуская меня на землю. — Пока Бритни не наняла частных детективов, чтобы следить за нами.

Мы вышли на задний двор спортивного комплекса. Воскресный полдень радовал тишиной — большинство студентов отсыпались после бурных выходных, а морозный воздух приятно охлаждал разгоряченное лицо. Райан накинул своё темное пальто мне на плечи, бережно укутывая от ветра, прямо как вчера на смотровой площадке.

— Что теперь, капитан? — спросила я, заглядывая в его штормовые глаза. — Харрис дала нам шанс, но она будет следить за каждым шагом. Нам нельзя рисковать на тренировках. Парни и девчонки из группы поддержки не должны замечать ничего лишнего.

— На тренировках я буду самым примерным хоккеистом, тренер Новак, — Райан подмигнул мне, переплетая свои пальцы с моими прямо в кармане его пальто. — Буду послушно выполнять все твои изоляции бедер в джаз-фанке и делать вид, что меня интересует только шайба. Но стоит нам выйти за пределы «Сент-Джуда»…

— Никакого хоккея, — улыбнулась я, перебивая его. — Только французские фильмы и горячий шоколад. Ты обещал.

— Из твоих уст это звучит как самое заманчивое предложение сезона, — его взгляд потемнел, становясь тягучим и глубоким, напоминая о той неистовой близости, которую мы разделили в моей комнате.

В понедельник утром я входила в ледовый дворец совершенно с другим чувством. На мне были привычные черные легинсы и тренировочный топ, волосы собраны в безупречный хвост, но внутри больше не было того липкого страха, который отравлял последние дни.

Группа поддержки уже разминалась на трибунах. Когда я подошла к ним, разговоры на мгновение стихли. Я заметила, как Бритни, сидевшая на верхнем ряду, злобно прищурилась, но стоило мне обвести команду строгим взглядом, как девчонки тут же вернулись к упражнениям. Официальное заявление Майи, которое миссис Харрис с утра продублировала на общем старостате, закрыло рты всем любителям чужих тайн.

— Итак, команда, — громко произнесла я, хлопая в ладони, и мой голос эхом разнесся под сводами арены. — Прошлый матч мы выиграли, но это не поворотная точка, а только начало. У нас впереди финал четырех, и если кто-то думает, что можно расслабиться — выход вон там. Начнем с прогона нашей основной связки.

В этот момент на лед начали выходить хоккеисты. Первым, как и положено, шел Райан. Он вел за собой команду, уверенно стуча клюшкой по ледовой поверхности. Проходя мимо нашей зоны, он на секунду притормозил. На его лице была маска абсолютной спортивной концентрации, но когда наши взгляды встретились, он едва заметно, одними уголками губ, послал мне сигнал, который поняли только мы двое.

Я едва удержалась от улыбки. Игра по нашим правилам началась.

Тренировка прошла на одном дыхании. Музыка джаз-фанка громыхала из колонок, девчонки выкладывались на сто процентов, словно пытаясь доказать, что они достойны звания лучшей группы поддержки штата. Бритни несколько раз пыталась сбивать темп и бросать на меня язвительные взгляды, но после жесткого предупреждения Райана на лестнице она явно побаивалась действовать открыто.

Когда лед опустел и команда потянулась в раздевалки, я осталась одна, чтобы собрать инвентарь и выключить аппаратуру. В гулкой тишине арены мои шаги казались слишком громкими.

— Тренер Новак, задержитесь на пару слов, — раздался за спиной знакомый низкий голос.

Я обернулась. Райан стоял у бортика, уже без шлема, тяжело дыша после двухчасовой пахоты на льду. Пот катился по его вискам, а джерси намокло, подчеркивая мощный разворот плеч.

— Вы что-то хотели, мистер Гринвуд? — официально спросила я, хотя сердце тут же предательски застучало быстрее.

— Хотел напомнить, что сегодня понедельник, — он перемахнул через бортик одним легким движением и оказался в паре шагов от меня, пахнущий льдом, свежестью и тем самым мужским ароматом, от которого у меня кружилась голова. — А по понедельникам в кинотеатре на окраине крутят старую европейскую классику. Я проверил. Так что жду тебя в семь у тех же ворот. И попробуй только опоздать, Ева. На этот раз штрафным боксом ты не отделаешься.

Он подмигнул мне, развернулся и пошел в сторону мужской раздевалки, оставляя меня стоять посреди пустой арены с сумасшедшим предвкушением вечера, который принадлежал только нам двум.

34

Райан

Я стоял у Шевроле, спрятав руки в карманы пальто, и в сотый раз проверял время на телефоне. Стрелка часов безжалостно перевалила за 19:15. Ева задерживалась уже на пятнадцать минут, а для неё это было абсолютно нетипично. Новак была пунктуальна до