Измена. Брат мужа - Оксана Алексаева

Я бы говорил ещё и ещё. Я бы продолжал уговаривать бывшую уехать. Послать все к

чертям и начать новую жизнь, ту самую, которой мы так хотели жить в прошлой жизни,

строя планы на будущее.

Я бы говорил, говорил, говорил… Пока бы язык не отсох.

Но в следующий момент раздается стук в дверь.

Ульяна вздрагивает и отскакивает от меня на несколько шагов в сторону.

— Ульян, у тебя все у порядке? — голос Виктора врывается в сознание. Но мне не

страшно. Абсолютно.

Чего не скажешь об Ульяне. В её глазах такой испуг плещется, что, кажется, она сейчас

умрет от страха.

Она прижимает к губам указательный палец, призывая меня молчать.

Подбегает к раковине, включает воду. Умывается, пытается привести себя в чувства. –

Да, Вить! Иди к столу! Я сейчас…

— Нет, Уль. Что-то ты меня пугаешь в последнее время. Я тебя лучше тут подожду…

Глава 40

Ульяна

Сердце колотится в груди, как бешеное. Ладони вспотели. Виктор. Он стоит у двери

уборной. Ждет меня.

А внутри… Стас. Его брат. С которым я только что… Боже, как мне теперь из этой

ситуации выпутаться?

— Ульяна, ты там скоро? — вновь раздается голос Виктора из-за двери.

Я в тупике. Не понимаю, как из него выбраться. Кажется, что это конец.

— Да, милый, сейчас, — отвечаю я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал.

Стас молча наблюдает за мной. Дыхание ровное, размеренное. Он держится абсолютно

спокойно, не то, что я, готова с ума сойти от волнения.

— Что будем делать? — шепчу я, поворачиваясь к нему.

— А что тут сделаешь? — пожимает плечами Стас. — Придется раскрыть все карты.

— Но Виктор… Он же… Ему будет больно, — говорю я, чувствуя, как к горлу подступает

комок, а слёзы брызнули из глаз.

— Ульян, чем дольше будем тянуть, тем больнее ему будет, — спокойно отвечает Стас. –

Рано или поздно все равно все выплывет наружу.

— Но…

— Ульяна! — снова зовет Виктор. — У тебя все в порядке?

— Да, да, все хорошо! — кричу я, понимая, что тянуть больше нельзя.

— Ты уже десять минут там торчишь, — бурчит Виктор. — Что-то случилось?

— Нет, все нормально, — отвечаю я, делая глубокий вдох. — Просто…

Открываю дверь. Виктор стоит прямо передо мной. В его глазах лучится беспокойство.

— Что случилось? — спрашивает он, заглядывая мне в глаза.

— Виктор, нам нужно поговорить, — начинаю я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

Голос дрожит, слёзы застилают глаза, я практически теряю видимость. Но Стас прав.

Дольше тянуть нельзя. Лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Я не люблю Виктора. И

жизнь с нелюбимым для меня подобна пытке. Да и Виктор это чувствует. Не хочу мучить

его. Он ведь тоже заслуживает счастья. Правда, уже не со мной.

Понимаю, что не могу сопротивляться чувствам к Стасу. Как бы ни старалась, не могу.

Это невозможно.

— О чем? — он хмурится.

— О нас… О… Обо всем, — бормочу я, не зная, как начать.

— Ульяна, что происходит?! — рычит Виктор, смотря на меня с подозрением. — Ты в

последнее время очень странно себя ведешь! Да что такое с тобой, в конце концов?! –

он начинает злиться. Ой, что сейчас будет.

— Виктор, я… — начинаю я, но тут из уборной выходит Стас. Виктор застывает на месте.

Его лицо становится белым, как мел.

А в глазах такое отчаяние и боль, что мне хочется умереть. Боже, что я натворила… Что

мы натворили…

— Стас? — шепчет он, не веря своим глазам. — Что… Что ты здесь делаешь?

Стас молчит, смотрит на меня.

— Виктор, я… Мы… — пытаюсь я что-то объяснить, но слова застревают в горле.

— Вы… — хрипло протягивает Виктор, переводя взгляд с меня на Стаса. — Блять, я так и

знал! Знал, сука, что у вас тут шуры-муры за моей спиной происходят! — выпаливает он

с глубоким презрением.

Киваю. Слезы подступают к глазам.

— Как же так, Ульяна? — Виктор понижает голос, смотрит на меня, словно не узнавая. –

Почему? Я же делал для тебя все… Из кожи вон лез, чтобы заставить тебя себя

полюбить. А ты все равно… Выбрала не меня, — горько усмехается он, и моя душа рвется

в клочья от боли. Мне безумно жаль мужа. Очень жаль.

— Прости меня, Виктор, — шепчу я, чувствуя, как по щекам текут слезы. — Я… Я не

хотела тебя ранить.

— Не хотела меня ранить?! — рявкает он, голос дрожит. — Ты спишь с моим братом, у

меня за спиной… И говоришь, что не хотела меня ранить?!

— Виктор, я… — пытаюсь я снова что-то сказать, но он перебивает, не дает сказать.

— А ты? Ты, братец? Как ты мог?! — напирает Виктор, и я встаю между них, боясь, что

братья просто-напросто подерутся. Виктор смотрит на Стаса так, будто бы в самом деле

готов его убить. И если бы в его руках был пистолет, он бы точно в него выстрелил.

От этой мысли сердце кровью обливается. После всего, что было, они никогда не

наладят отношений. Это просто невозможно.

— Она выбрала меня, Вить. Просто смирись с этим, — Стас, на удивление, продолжает

вести себя спокойно, когда Виктор, кажется, готов на него наброситься, а у меня

сердце сейчас из груди выскочит.

— Смириться?! Как я, по-твоему, должен с этим смириться?! Ты увел у меня мою жену, с

которой я прожил три года! Считаешь, это нормальный поступок?! Это, мать его,

по-братски?! — Виктор хмурится, в его глазах полыхает огонь ярости. Боже, пусть все

обойдется. Пожалуйста…

Иначе мое сердце разорвется от отчаяния.

— Я никого не уводил, Вить! — Стас повышает тон. Все его спокойствие куда-то

улетучивается, и, кажется, он готов отразить атаку брата, если тот все-таки решится

на него напасть. — Это выбор Ульяны! Она сама так решила!

Виктор тяжело дышит, переводит яростный взгляд то на меня, то на Стаса, и так

несколько секунд. Ощущение, будто бы он обдумывает, кого из нас убить первее. Я

никогда не видела Виктора таким злым. От страха неизвестности по спине пробегают

холодные мурашки.

Ничего так и не сказав больше, Виктор молча разворачивается и уходит из дома, громко

хлопнув дверью.

Смотрю ему вслед, чувствуя, как душа разрывается на части. Стас подходит ко мне,

кладет руку на плечо.

— Не вини себя, — говорит он тихо. — Так было нужно. Нам с тобой.

Обнимаю его, но на душе так тяжело. Ни капли легче не стало. Да, в объятиях Стаса мне

тепло и уютно, но ощущение, что это ещё далеко не конец