Нездоровая одержимость - Ана К. Блэклейс

Боже, она потрясающая. Я имею в виду, она всегда была красива от природы с ее сияющими черными волосами, похожими на чистейшее эбеновое дерево, кожей, как нетронутый снег, и этими огромными глазами с идеально изогнутыми бровями. Но сейчас это струящееся шелковое платье, словно сделанное из жемчуга, облегало ее тело так, что любой мужчина потерял бы рассудок. Когда вышибала повернулся к ней, даже он на мгновение лишился дара речи, а ведь он наверняка уже привык к гламуру.

Но Белль Фонтейн действительно была чем-то особенным. Платье подчеркивало ее крошечную талию, контрастируя с широкими женственными бедрами и пышным бюстом. Плечи и грудь были обнажены, лишь изящное жемчужное ожерелье украшало шею. Макияж был неброским, но достаточным, чтобы она выглядела как Белоснежка, ставшая королевой. Ей большего и не требовалось. До меня дошло, что моя старая подруга может быть одной из самых желанных женщин в Ордене. Большинство девушек Ордена красивы, потому что у них есть деньги, чтобы обеспечить это, но их красота часто пластиковая и взаимозаменяемая — типаж «модель из Дубая».

Только не Белль. Она — сокровище из сокровищ.

Розовый оттенок проступил на ее щеках, как будто она либо торопилась, либо сильно нервничала, но затем она расправила маленькие круглые плечи и идеально это скрыла.

— Нам нужно двигать их быстрее, — сказала она вышибале, который моргал, словно не понимал, что на него нашло.

— Мисс, мы должны провести проверку... — Он указал большим пальцем через плечо; мое фальшивое удостоверение все еще было в его другой руке, не дойдя до женщины. Я смотрела на него широко раскрытыми, неподвижными глазами. Последствия того, что он обнаружит подделку, закружились в моей голове, как карусель. Он поднимет по тревоге весь отдел безопасности, меня запрут, а Прист погибнет из-за того, что он там задумал сделать с Мариусом.

Прист погибнет.

— Миссис Лавлесс ждет нас уже около получаса, мы и так опаздываем, — выпалила я. Белль взглянула на меня с испугом, но я знала, что только я могу это заметить в ее глазах. Для тех, кто не знает ее так хорошо, она выглядела невозмутимой.

— Она права, поэтому я здесь, — вставила она, выхватив его удостоверение и прихватив мое. Она схватила меня за запястье, уже увлекая за собой и бросив вышибале: — Я ручаюсь за них, впускайте всех.

Затем она потащила меня сквозь толпу. Вышибала потерял нас из виду прежде, чем успел осознать, что произошло.

Мы остановились за широкой колонной. Стены украшали изысканные бра, люстры были тяжелы от десятков лампочек, имитирующих свечи, отбрасывая на толпу теплое сияние, которое, я знала, позже декадентски смешается с эффектом выпивки. Дайте этому празднику несколько часов, и он разгорится в самом порочном виде.

— Ты чертовски гениальна, ты это знаешь? — сказала я Белль, забирая из ее рук удостоверение.

Она пожала плечами. — Я просто была в отчаянии.

— Тогда фантастические инстинкты. — Я улыбнулась. — Дочь Ордена до мозга костей.

— Да, слушай. — Она взяла мои руки, слегка сжав их, чтобы я полностью сосредоточилась на ней. — Нас нельзя видеть вместе слишком долго. За мной постоянно следят глаза Приста. Еще пять минут, и они поймут, что ты не просто какая-то случайная танцовщица на вечеринке, так что вот что у меня есть для тебя. — Она огляделась в поисках еще более укрытого места и, наконец, затащила меня за тяжелые шторы, стянутые посередине толстыми лентами. Они открывались в нишу с большими французскими окнами, залитую золотистым светом с террасы.

— Мариус обычно заказывает танцовщиц живота для развлечения своих частных гостей. Он использует их, чтобы напоить мужчин не только выпивкой, понимаешь, о чем я?

— О, еще как.

Она подняла бровь. — Ты готова к этому?

Я фыркнула.

— Сама знаешь. Спроси она меня об этом год назад, я бы сжалась, прячась в своем дневнике и мечтах. Стараясь изо всех сил не влипать в неприятности. Не сегодня. Не после всего, что случилось.

— Это будет нелегко. Тебя будут хватать, лапать, пытаться трахнуть во время приватного танца. Но это единственный способ подобраться к Мариусу и его банде, я проверила.

— Меня беспокоит только то, что Мариус может уйти в какой-то момент, и тогда...

— В том-то и дело, что он не может. Ему нужно держать все под контролем, а эти богатые титулованные ублюдки не рискнут сбросить маски и творить свои худшие дела, если только он не поставит свою голову на ту же плаху, по крайней мере, внешне. Мариус это знает. Он давно и умело играет в эту игру. Он настолько в ней наловчился, что каждый раз ловит этих мерзавцев на одну и ту же удочку. И почему-то они всегда возвращаются за добавкой.

— Девушки — часть его игры, — заключаю я. — Он каждый раз использует одних и тех же. Я слышала, как они болтали в фургоне по дороге сюда. Большинство из них занимаются этим не впервые и предвкушают жирный куш.

Белль кивает, ее лицо становится серьезным.

— Хейли, даже если ты чувствуешь, что готова... — она прикусывает глянцевую нижнюю губу, — будь предельно осторожна. У нас нет плана «Б», чтобы вытащить тебя оттуда, если все пойдет прахом.

А оно пойдет.

Я вся покрываюсь потом, но не могу этого показать.

— Если Мариус все это время будет там, то у Приста не останется выбора, кроме как ловить его на месте. Если он хочет его захватить, он сделает это именно там. — Я оглядываюсь, выглядывая из ниши. — Ты его видела, кстати?

— Нет. Мы, гости, редко его видим. Но он точно здесь, и все важные люди об этом знают.

Я вижу, как остальные девушки собираются у центрального бара, который установлен в виде светящегося диска посреди второго зала. Люди уже начали стекаться к нему, привлеченные эффектно поднимающимися вишневыми занавесями, за которыми открывается сверкающая колонна, словно инкрустированная бриллиантами. Она уходит высоко вверх, к купольному потолку. Если бы не дрожь, сотрясающая мое тело, я бы, наверное, стояла, разинув рот.

Бутылки со спиртным выстроены вдоль сверкающей трубы до самых верхних этажей — тысячи и тысячи бутылок, настолько блестящих, что галереи за трубой освещены их отблесками. Я заставляю себя выйти из ниши и покинуть безопасное присутствие Белль, направляясь к бару. По мере приближения я понимаю, что полки украшают не только бутылки с эксклюзивным вином, шампанским и скотчем. Там стоят банки со странными растениями, травкой, таблетками и жидкими веществами. У стойки красивая модель в платье с открытой спиной склонилась над столешницей: одной рукой она зажала ноздрю, а другой