Вам Песец! - Светлана Нарватова

зубы, когти и броню во весь рост и заставил себя уважать. Пусть не слушаться, но хотя бы прислушиваться. В целом, теперь наши отношения с бывшим руководителем можно было назвать деловыми, но в последнее время Ити стал всё больше жаловаться на здоровье — подозреваю, даже самые сильные амулеты не могут бесконечно выдерживать все яды и проклятия, которым его щедро одаряла наша аристократия, и, видимо, скоро придется искать ему замену.

Конечную точку в работе любой комиссии ставила Комиссия исполнения наказаний. На службу Ямады Сёя возлагался контроль за местами заключения, надзором за арестованными, исполнением приговоров. Сам он пришел в Тайную службу из действующих войск, не Черной гвардии, но им сочувствующих, был человеком грубоватый, линейным и твердо убежденным в преимуществе истинных родонцев над всеми остальными людьми. Благодаря своим убеждениям и чертам характера Ямада постоянно ссорился со всеми остальными моими заместителями, но больше всего доставалось седьмому главе — Абэ Ко.

Абэ был единственным не истинным родонцем среди моих заместителей. Его комиссия считалась самой приземленной и маловажной. У неё и название было соответствующее: Комиссия по прочим правонарушениям. Она занималась расследованием ограблений, убийств, насилий, разбоя и других лихоимств. Я по молодости не мог понять, для чего мой предшественник Ямомото не взял на это место кандидата из нашей нации. Однако через некоторое время убедился в мудрости его решения. Во-первых, это место считалось зазорным среди истинных родонцев. Никто не хотел заниматься подобными презренными делами, всем хотелось непременно заговоры против короны расследовать. Во-вторых, большинство преступников, совершавших прочие правонарушения, было из местной голытьбы. Для расследования у Абэ была своя обширная сеть осведомителей, которой при необходимости другие службы не брезговали пользоваться.

Вот этих шестерых из семи заместителей я ожидал в своем кабинете, когда на моей груди полыхнул алый огонек амулета Главного вызова. Уведомив зануду Судзуки, по традиции заявившего раньше всех, что меня вызывает Император, я поспешил к Его Высочайшему Величеству. Я не успел найти решение его задачам, но уже собрал совещание. Как минимум, мне есть чем отчитаться.

Глава 14

Саша пытается обзавестись альтернативным источником информации, но у нее не слишком получается

Иногда обида — это не плохо, а вовсе наоборот. Например, когда ты понимаешь, что сморозила чушь, очень полезно отвлечь внимание собеседника от своей оплошности на его ошибки. Правда, Третий принц Родонии — не тот человек, в ком легко пробудить чувство вины, если это вообще возможно. Но в данном конкретном случае важен не способ, важен результат. А результат в том, что переговоры были отодвинуты по независящим от меня причинам. Вроде как, это не я отказалась, это всё из-за него.

Каким местом я думала, когда предложила ему стать левым сапогом, пионерка Маша из второго отряда? Да хоть правым, не в том суть! Просто Джеро мыслит в категориях равенства, как я в дифференциальных уравнениях, — никак. С ним нужно не договариваться, а торговаться. Как на восточном базаре, в кровь и сопли, чтобы продавца не обидеть. А для того чтобы не проторговаться, нужно знать две вещи: чем таким уникальным и ценным я для него обладаю (на этом я тормозила, как болид об стену) и какова рыночная стоимость этого? И, разумеется, ответы на эти вопросы мне нужны не от принца, а от независимого, так сказать, эксперта, чтобы отделить зерна от плевел в мире, который, вероятно, никогда не читал Библию.

Я видела сон. Очень живой. Будто я проползла через колючие заросли и оказалась в чужом дворе. Я видела там девушку — красивую девушку европеоидной внешности. Она держала в руках птичку (прямо Белоснежка какая-то!), а потом звала меня, называя хорошей, послушной собачкой. Я бы обиделась и приняла это мнение обо мне со стороны подсознания (кормила, купала принца — дура какая!), но после этого девушка сама покорно раздевала такого же хмыря азиатской национальности, как мой Джеро! Такого же красивого — чуть повыше, разве что, и на миллион градус отмороженней.

Проснулась я не одна, а с гипотезой. Совершенно безумной — как ситуация, в которой я оказалась. Посмотрела на Песца. Припомнила все странности, связанные с ним. Первые свои видения с бонсаями и зловеще-зеленым тронным залом. Внезапно меняющуюся перспективу восприятия мира, когда примеряла наряды у Джеро в спальне. И глубоко задумалась.

Мне было, о чем побеседовать с псом.

Без свидетелей.

Остаток вечера я провела на максимальной дистанции с хозяином дома. Я по-прежнему не была готова к переговорам — в информационном плане. И у меня были планы. В эти планы на ближайшее время он не входил. Раз уж его высочеству не зашли мои блюда, я решила, что нечего его баловать. Забадяжила кашку — цельнозерновую, в лучших традициях правильного питания, благо о неправильном здесь и не слышали. И легла спать.

Мы все легли.

Даже Песец.

Помыть мне его не удалось. Не то чтобы он не дался, просто не сложилось. Но за всё время, сколько я за ним наблюдала, он ни разу не почесался. Вообще. Я считаю, это достаточный аргумент в пользу отсутствия у него наружных паразитов. И шерсть, несмотря на шляния непонятно где, у него оставалась настолько кипенно-белой, что нарядный школьный фартук изорвался бы в клочья от зависти. И пес совершенно не вонял! Даже не пах. Так что пусть лежит. Стережет мою невинность. Как бы.

…А то, что утром я оказалась в объятиях Джеро, так это его грязные происки и уклонение Песца от выполнения своих прямых обязанностей! Песец куда-то свалил, на это раз без видений. Но я их видела не каждый раз, когда он пропадал. Видимо, есть некое условие, при котором я могу наблюдать за его приключения. Просто пока я не смогла понять, какие.

Джеро удалился, без завтрака, но с нотациямими. Он сказал, что покидать это место не только опасно, но и невозможно: в ограждение строена магическая защита, которая сделает больно тому, кто попробует через нее пробраться. А настойчивых, кто не понимает предупреждений, может и убить. «Поэтому, — сказал он мне, — придавайся отдыху, купанию, мыслям о своем плохом поведении и учись готовить». Последние два сказаны не были, но белой нитья пронизывали всю речь.

Я кивала. У меня были основания полагать, что кое-кого ужасные заклинания не остановили. Так что у меня были планы.

Я душевно помахала рукой Джеро и позвала Песца.

Он тут же объявился.

— Привет! — сказала я ему. В конце концов, миллионы владельцев разговаривают