Пленение дракона - Миранда Мартин

первое: в спарринге никогда не наноси необратимых повреждений. Ваша ценность — на арене. Никто не заплатит за наблюдение за вашей тренировкой. Если вы нанесёте непоправимый вред своему спарринг-партнеру, вас немедленно отправят на Кровавые игры. Поняли?

— Да, сэр, — отвечаю на его вопрос, но я не отвечаю.

— Что такое Кровавые игры? — я спрашиваю.

— Ха, она не знает, — рявкает Мисто.

— Бои насмерть, — отвечает сэр, не сбавляя шага.

Хорошо, приятно узнать.

Избегай кровавых игр.

Мы с Висидионом обмениваемся взглядами.

День за днём жди и наблюдай.

Сэр продолжает излагать правила. Мы слушаем их всех, а затем разделяемся по новым парам. Обучение проходит серьёзно.

Глава 18

Висидион

— Ладно, юнцы, — рявкает сэр, идя вдоль нашей линии. Снаружи рёв толпы достигает апогея. Здесь с потолка падает пыль, и раздаётся стук, когда они топают ногами. — Устройте из сегодня отличное шоу! Отработайте хозяину, выплаченные деньги за вас.

— Сэр, да, сэр, — отвечаем мы в унисон.

Хотя мне неприятно это признавать, он сделал меня более лучшим бойцом. Нас разделили на пары, и Розалинда — моя напарница. Также объединили К'сару и Мисто, а Сенар и Тодд — вторая пара. Сэр осматривает нас критическим взглядом. Я всё ещё пытаюсь привыкнуть к кожаным патронташам, пересекающим мою грудь. Когда мы окажемся в бою, они будут полезны, но я ненавижу их ощущение на своей коже. Они ограничивают меня. Я вращаю плечами и шеей, чтобы снять напряжение.

— Смотри, — говорит новый голос. — У Трейса новая партия отморозков.

Мы все выглядываем за дверь нашей подготовительной зоны. Гладиаторы готовятся в помещении под ареной. Деревянные рейки образуют потолок, удерживая грязь с пола арены. Грубые стены делят пространство на комнаты, выходящие за центральную зону сбора, где находились медики. У нашей двери стояли двое мужчин и смотрели на нас. Первый — ярко-фиолетовый, с модщной мускулатурой и тяжёлым, выступающим лбом, а другой — красный, как задница маджмуна, и меньше меня. У него суровый вид, острые черты лица и пронзительные глаза, такие же красные, как и его кожа.

— Вали, Брисонг, — говорит Сэр, подходя к открытой двери нашего помещения.

— Почему ты собираешься что-то сделать, старик? — Брисонг, фиолетовый, отвечает, хрустя костяшками пальцев перед лицом сэра.

— Прибереги силы для арены, — отвечает ему сэр.

— Каково это? — спрашивает Брисонг.

— Расскажи нам, Трейс, — говорит красный. — Каково быть таким убогим?

Они явно его травят, но сэр не удосуживается ответить. В крайнем проявлении неуважения он поворачивается спиной.

— Юнцы… — говорит он, но затем Брисонг хватает его за плечо.

Сэр движется с ослепляющей скоростью, хватая руку Брисонга и выкручивая её. Развернувшись, он заставляет Брисонга встать на колени и выкручивает ему руку. Брисонг кричит от боли, упав. Сэр подносит правую ногу к шее Брисонга, держит руку за вытянутое запястье и смотрит на краснокожекго.

— Попробуй, — говорит сэр. — И ты потеряешь напарника.

— Ты не посмеешь, — говорит красный парень. — Мы третьи в рейтинге!

— Попробуй, — говорит сэр.

— Отойди, — говорит Брисонг с болью в голосе.

Красный парень наклоняется, его глаза горят яростью, кулаки подняты, готовый сделать шаг. Все мы делаем шаг вперёд, образуя полукруг вокруг сэра. Это странно, потому что я об этом даже не задумался. За неделю сэр заслужил наше уважение. У меня осталось твёрдое намерение сбежать и забрать Розалинду отсюда, но это не имеет ничего общего с седым ониксовым воином. Он винтик в машине, такой же воин, как и мы, выживающий изо дня в день. Взгляд красного парня перемещается с сэра на нас, и он делает шаг назад, разжимая кулаки.

— Ладно, — говорит он.

Сэр кивает и отпускает Брисонга, одновременно отступая назад. Брисонг встаёт, хватаясь за плечо и массирует мышцы.

— Ты за это заплатишь, — шипит он.

— За что? За то, что убогий надрал тебе задницу? — Сэр насмехается.

Ярость отражается на лице Брисонга, когда он бурчит, не в силах произнести слова. Красный парень хватает его за руку и утаскивает.

— Мы увидимся с твоими людьми на арене, — говорит через плечо краснокожий.

Двое из будущих соперников. Чешуя у меня чешется, а ладони горят от желания побить их обоих.

— Кто это был? — спрашивает Сенар.

— Команда номер три в рейтинге, — говорит Сэр, поворачиваясь к нам. — Опасные и подлые. Если кому-то из вас повезёт, вы встретитесь с ними лицом к лицу, — говорит он. — Когда вы с ними встретитесь, я ожидаю, что вы вновь надерёте им задницы.

От нас доносится ропот согласия.

— Как я и говорил, — продолжает он. — Это ваш первый выход, так что не разочаровывайте меня. Вы находитесь внизу рейтинга, поэтому никто не будет ожидать многого. Не переусердствуйте. Выживете.

Один из уроков, которые он усвоил за последние семь дней, — не делать больше, чем необходимо для победы. Арена — это не только зрелищность, но и мастерство. Мы будем играть для публики. Угодим им, и мы продвинемся вперёд; наскучим, и мы окажемся на кровавых играх.

— Сегодняшний день не должен быть трудным ни для кого из вас. Вы не самые худшие неудачники, с которыми мне когда-либо приходилось работать.

Впервые он сделал что-то подобное на комплимент. Гордость разрастается внутри меня, застигнув меня врасплох. Как я могу испытывать гордость, если я раб? Розалинда наклоняется ближе, когда сэр отпускает нас.

— Мы сможем, — шепчет она.

— Да.

Пыль опадает с потолка, а толпа наверху сходит с ума. Кричат и топают ногами, заставляя потолок вибрировать так сильно, что я удивляюсь, не рухнет ли он от их возбуждения.

— Семь вдовьих невест! — кто-то снаружи кричит, и другие гладиаторы устремляются в центральную зону.

— Танир ранен! — кто-то кричит.

Мы с Розалиндой обмениваемся взглядами, а затем смотрим на сэра. Он стоит, скрестив руки на груди, качая головой.

— Этого не может быть, — говорит он.

Ворота, отделяющие зону подготовки от пола арены, звенят, когда поднимают тяжелые цепи. Два больших существа, похожих на фиолетовое чудовище, на котором ездит наш новый владелец, несутся по наклонному коридору в главную комнату, неся между собой носилки. Медики подбегают, берут носилки и кладут их на один из своих столов. На нём лежит мускулистое желтокожее существо с длинными черными волосами, зелёная кровь сочится из длинных глубоких порезов, пробегающих по его груди. Он кряхтит, пока они обрабатывают его раны.

Вокруг раздаётся шёпот и ропот, когда гладиаторы собираются, чтобы увидеть, насколько всё плохо. Розалинда берёт меня за руку, вытаскивая из