Развод не приговор - Валентина Кострова

будет растить моего ребенка, как своего, закрыв глаза на явную несхожесть. Придумают сказку. Именно поэтому я должен вернуться, защитить любимую девушку и дать ей чувство безопасности. Находясь вдали, ничем не смогу помочь.

19 глава

Паркую машину перед бизнес-центром, в котором расположены офисы «Правосудия». Невероятно волнуюсь. Когда Антон приехал ко мне прямиком домой, у нас не получилось поговорить. Испытала облегчение, когда поняла, что он знает о беременности. Оказывается, меня тяготило то, что скрыла от него свое новое положение.

Выдыхаю, беру в руки мобильный телефон и в очередной раз пытаюсь дозвониться до Антона. Вот уже вторую неделю он не отвечает на мои звонки. Хотя не так. Вот уже вторую неделю слушаю механический голос, сообщающий, что абонент вне зоны доступа сети. Пыталась Мии дозвониться, идентичная картина.

Я стала беспокоиться. Неизвестность сводит с ума. Ничего умного не придумала, как приехать в офис и спросить, где собственно Клинский. Мне совершенно плевать, как со стороны будет выглядеть мой вопрос.

— Здравствуйте! — меня лучезарно приветствует девушка-администратор.

— Здравствуйте, я к Антону Викторовичу Клинскому, у меня назначена встреча, — вру, и мне совершенно не стыдно за свою ложь.

— Правда? — сотрудника теряется, рассеянно смотрит в монитор, потом на меня. — Но Антон Викторович в отпуске. Он вас не предупредил? Не сказал, какому адвокату передали ваше дело?

— В отпуске? — удивленно приподнимаю брови. — И до какого он в отпуске?

— Данная информация конфиденциальная, — девушка извиняющее и одновременно виновато улыбается.

— Ясно, — меня одолевает глухое раздражение. Поджимаю губы и тут замечаю идущего по коридору начальника «Правосудия».

— Константин Эдуардович, у меня к вам есть вопросы, — строго смотрю на мужчину. Он удивляется, что я к нему обращаюсь, потом хмурится, а затем прикрывает глаза на мгновение и вздыхает.

— Пройдемте в мой кабинет, Елена Алексеевна, — жестом руки приглашает следовать за ним. И я иду. Мне нужно понимать, где Антон, когда вернется. Без него чувствую себя одним воином в поле.

Кабинет начальника Клинского больше, светлее и массивный из-за мебели. Присаживаюсь в черное кожаное кресло, Константин Эдуардович садится в кресло, которое словно во главе всех кресел. Внимательно на меня смотрит и не спешит спросить, по какому вопросу заявилась. Слегка робею, но беру себя в руки, приподнимаю подбородок и приветливо улыбаюсь.

— Я, к сожалению, не могу по личному номеру дозвониться до Антона Викторовича. Мне сообщили, что он в отпуске. Когда выйдет на работу?

— Я так понимаю, Елена Алексеевна, у вас личный интерес, — над чем-то задумывается. — Антон Викторович уехал к родителям на неопределенный срок. Пока его адвокатская деятельность приостановлена, все его дела переданы другим юристам.

У меня все внутри холодеет. Еще толком не зная, что произошло, чувствую нехорошее предчувствие. Мия тогда не просто так звонила. Она не тот человек, который будет по пустякам тревожить взрослого брата.

— То есть вы даже предположительно не знаете, когда он вернется? — мне трудно дышать. Я потрясена и растеряна. В голове настоящий хаос, который обычно упорядочивал Антон.

— Я надеюсь, что скоро, но сам не в курсе, когда случится «это скоро».

У меня нет причин сомневаться в правдивости слов Константина Эдуардовича. Ему нет смысла мне врать, а Антон не такой человек. Который будет скрываться. Однако то, что не звонит, не напоминает о себе, настораживает и заставляет меня придумывать разные причины, которые мне не нравятся.

— Спасибо, что уделили время, — встаю, направляюсь к двери. Надеюсь, что еще что-то скажут напоследок, но я вынуждена уйти ни с чем.

Мне хочется побыть в одиночестве где-то в парке. Сейчас как раз середина дня, людей должно быть мало. Нужно подумать, что делать дальше. Меня немного пугает бурная деятельность бабушки. Она вовсю строит планы на жизнь правнука. Уже и няню выбрала, и школу, и университет. Более того, уже говорит, с кем нужно будет общаться, с кем дружить. Еще выяснила у кого из влиятельных семей есть маленькие дети. Пару для брака тоже подбирает. Все крупные этапы в жизни ребенка расписала, не забыла и мелочи, например, какой фирмы у ребенка будет одежда. Она повторяется. Когда-то распланировала мою жизнь и теперь хочет активно распланировать жизнь моего малыша.

В парке нахожу уединенную скамейку. В тени немного прохладно, но мне совершенно комфортно. Непроизвольно кладу ладонь на живот и прислушиваюсь к себе. Срок еще не такой большой, чтобы физически чувствовать малыша, но на каком-то нереальном внутреннем уровне ощущаю его. Моя крошка. Я уверена, что это будет девочка. Не знаю почему, но просто уверена. И она будет самой красивой малышкой, которую только видела.

Вздыхаю. Я должна ее защитить. Не от мира, нет, как раз мир может быть более доброжелателен к ней, чем мои родственники. Мама примет моего ребенка. Не сразу, постепенно. Она не такая категоричная в принятии обстоятельств. Бабушка вот сразу отвернется, как только поймет, что ребенок с рождения не оправдал ее ожидания, планы и амбиции. Ладно, если просто отвернется, я боюсь совершенно другого. Боюсь, что может начать вредить. Ослепленная своими чувствами у нее напрочь сотрутся все границы понимания добрых и злых отношений.

В сумке вибрирует мобильник. Спешно его вытаскиваю, хмурюсь, разглядывая незнакомый международный номер. Сомневаюсь недолго, нажимаю «ответить».

— Алло.

— Это я.

От этого голоса у меня по всему телу бегут мурашки, на губах появляется глупая улыбка. Я даже не могу сердиться на него. Не получается. Просто рада, что позвонил. Значит, до этого был слишком занят важными делами.

— Только сегодня начала сильно беспокоиться, почему не звонишь.

— Прости. Так получилось. Не хотел, чтобы ты переживала. Тебе нельзя.

— У меня… То есть у нас все хорошо. Не переживай. Я рада, что ты позвонил.

— Лен… — Антон тяжело вздыхает. — Боюсь, что я не смогу в ближайшее время приехать.

— Все в порядке? — осторожно спрашиваю. — Я могу чем-то помочь?

— Нет, тут только ждать, — опять вздыхает, и я чувствую, как тяжесть его вздоха ложится мне на плечи. — Я надеюсь, что ты меня дождешься, — горько усмехается.

— Я пока подам на развод. Не хочу, чтобы ребенка воспитывал Олег.

— Боюсь, что развод твой опять займет немало времени. По закону ты можешь подать заявление, но будет суд, так как я сомневаюсь, что Поклонский добровольно разведется. Тебе потребуется сильный адвокат, который будет представлять твои интересы. Я сейчас сходу не скажу имя, — Антон вздыхает, на некоторое время замолкает, а мне вполне достаточно того, что просто дышит мне в ухо. — Я подумаю к кому можно обратиться, потом напишу имя.

— Если я скажу, что беременна не