Отвратительная жена. Попаданка сможет... - Анна Кривенко

— А с каким лицом я должен встречать свою жену, посмевшую тайно выбраться из дома непонятно куда? — осведомился мужчина и переплёл руки на груди. Кстати, одет он был очень легко — всего лишь в камзол и рубашку. Наверняка уже замёрз, но не подавал виду. Снег покрывал белоснежной пудрой его волосы и одежду. Однако сейчас в глазах Алексея Яковлевича горел такой огонь, что от него становилось жарко.

— А разве я должна отчитываться вам, куда иду? Мне нужно было в город. Я хотела прогуляться. Или я здесь, как в тюрьме?

Ноздри Алексея Яковлевича начали раздуваться. Кажется, он был возмущён, но старался не выплеснуть свою ярость слишком ярко.

— Ты должна была спросить разрешения! — процедил он сквозь зубы. — Я твой супруг, я господин, в конце концов!!!

— Никакой вы не господин, — парировала я. — И я вам не рабыня. Более того, мне и супружество ваше совершенно не нужно.

— Ты бегала на свидание к этому Воронцову, не так ли? — наконец взорвался Алексей Яковлевич и рванул к воротам, резко открывая их. Те натужно заскрипели, словно от страха или возмущения.

Я же, решив не отвечать на этот яростный выпад, ловко проскользнула под его рукой и поспешила в поместье. Алексей Яковлевич засопел, рванул следом, схватил меня за руку и заставил развернуться к себе.

— Отвечай немедленно! — процедил он яростно. — Ты изменяешь мне???

Я скривилась и выдернула руку из его захвата.

— Я вам не изменяю, — ответила максимально спокойно, — хотя уверена, что такая вещь, как доверие, вам чужда. Я ездила в город за покупками. Вас удовлетворит этот ответ?

— Ответь немедленно, — прошипел Алексей Яковлевич, — ты была с Воронцовым???

— Слушайте, — меня возмутил его мерзкий тон, — а вы вообще умеете разговаривать уважительно? Для вас не существует такого понятия, как дружелюбие, уважение к собственной жене, в конце концов?

— Так за что же тебя уважать? — закричал Алексей Яковлевич. — Ты не слушаешься, делаешь то, что вздумается. Это ты меня не уважаешь!

— А вас за что? — не выдержала я и тоже повысила голос. — Думаете, я не знаю, как вы отзываетесь обо мне вместе со своими друзьями? Всё скорбите о том, какую отвратительную жену вам подсунули. Вам же Ариночку подавай! Так забирайте свою Арину с потрохами, а меня оставьте в покое! Я предложила вам выход. Почему упираетесь?

Обрушив на Алексея Яковлевича эти обвинения, я замолчала, тяжело дыша. Он некоторое время хмуро рассматривал меня, но вдруг начал успокаиваться.

— Так это ревность, — прошептал он, отчего я устало закатила глаза.

— Да не ревность это, — произнесла раздраженно, как идиоту. — Я не могу ревновать вас, потому что я вас не люблю!!!

Сказав это, развернулась и устремилась вперёд. Алексей Яковлевич не стал меня догонять. Не знаю, что вертелось у него в голове на самом деле, но я больше не хотела об этом думать. Возмущённая и разозлённая, ворвалась в коридор и устремилась на свой этаж.

Послушание ему, видите ли, подавай! С чего вдруг, если он пожирает взглядом Арину? Зачем я ему сдалась? Что я понимаю неправильно? Мне казалось, он обрадуется. И очевидно же, что дело не в его религиозных заморочках. Он ведёт себя как собственник, который вдруг оценил нечто, прежде ненужное. Но меня это не устраивает. Если уж я оказалась в теле Марты, то хочу, чтобы с ней поступали по справедливости. Очевидно же, что это папаша толкнул девчонку на обман. С её характером она на такие козни просто не способна. Но этот чурбан — Алексей Яковлевич — не повёл себя как настоящий мужчина — стал поступать, как психованная истеричка, обрушив обвинения на несчастную девушку. Её отца нужно было обвинить, порвать с ним все связи, а не мириться при первом же удобном случае.

Только в комнате через некоторое время я поняла, что от возмущения до сих пор не разделась. Не знаю, сколько я уже ходила туда и обратно, яростным шепотом выплёскивая гнев, но это возмущение всё не заканчивалось.

Сверток с покупками был заброшен в кресло, от тёплого плаща стало даже жарко. Ладно, надо успокоиться. Попытка выбраться из этой семьи оказалась не такой уж лёгкой…

* * *

Алексей сидел в кресле в своём кабинете и напряжённо думал. Он не собирался устраивать такой агрессивный скандал — это вышло само собой. Об отсутствии жены узнал совершенно случайно. Дело в том, что именно сегодня ему захотелось, чтобы Марта пообедала с ним и детьми, потому что уже много дней она ела исключительно у себя в комнате. Чем было продиктовано это желание, он не знал. Просто делал так, как хотелось.

Однако служанка, вернувшись, сообщила, что госпожи в комнате нет. Он удивился, лично зашёл туда, посмотрел, нашёл её повседневное платье и нахмурился. Уж не сбежала ли она? В итоге, обыскал весь дом, а потом нашёл Настю, которая, по слухам, прислуживала Марте в последнее время.

Девчонка его очень боялась, поэтому, когда он чуть на нее надавил, тут же во всем призналась. Мол, госпожа уехала в город с самого утра покупать какие-то бумаги.

Алексей Яковлевич просто озверел. Как она могла уйти, не предупредив, не спросив разрешения, не узнав его мнение по этому поводу??? Лизонька никогда себе такого не позволяла. Муж всегда должен знать, где находится его жена.

Алексей Яковлевич рванул к воротам. Походил там некоторое время, тщетно высматривая непокорную жену, а потом — обозленный на весь свет — вернулся.

В общем, он ничем не мог заниматься, пока ждал возвращения Марты. Ядовитая ревность сжигала изнутри.

Почему эта женщина, которая совсем недавно мешала ему одним своим существованием, вдруг стала такой важной? Что произошло за последнее время? Почему ему нет покоя от мысли, что она где-то бродит без его ведома? Действительно ли это лишь желание всё контролировать? Или же она умудрилась каким-то образом зацепить его душу?..

Глава 32. Мама…

К счастью, больше Алексей Яковлевич ко мне не приходил.

В последующие дни я по-прежнему спускалась на кухню, чтобы готовить себе пищу самостоятельно, а по вечерам начала заниматься с Дашей математикой. Девочка оказалась очень способной. Буквально дня за три она усвоила огромное количество информации. Я искренне удивилась. Надо же! Да она просто маленький гений! Или же это огромное желание переплюнуть братьев делает её такой усердной?

Даша тоже радовалась. Она явно оттаяла ко мне. Часто улыбалась и совершенно не вспоминала о том, как относилась ко мне ещё недавно. Не то, чтобы