Тьма, которая нас связывает - Ю. К. Перес

в моих легких покидает мое тело от осознания того, что только что произошло. Это был не просто секс, это было нечто большее. Я почувствовал, как что-то щелкнуло в груди. Наши души соединились, словно они были разлучены много лет назад и снова нашли друг друга.

Я притягиваю ее к себе. Она прислоняет голову к моему плечу, а руку к моей груди. Я целую ее в лоб. Мы стали одним целым. Это было похоже на начало чего-то нового между нами. Она моя.

Глава 24

Натаниэль

Меня будит тихая вибрация. Я смотрю в сторону и вижу Амарис, все еще крепко спящую рядом со мной. Который час? Я вытаскиваю руки из-под нее и медленно встаю с кровати. Дотянувшись до штанов, я достаю телефон из кармана. У меня три пропущенных звонка и сообщение от Оникса, плюс одно от отца. Я открываю сообщение от Оникса.

Оникс: Эй, чувак, где ты? Что, черт возьми, происходит в твоем доме? Я заходил, чтобы найти тебя, и даже дворецкий выглядел встревоженным. Нам нужно поговорить.

Черт. Я отправляю быстрый ответ.

Я: Встретимся за домом Каллторп через пять минут. Нам действительно нужно поговорить. Приходи один.

Он — единственный, кому я могу доверять сейчас. Я знаю, что остальные находятся под влиянием моего отца и сделают все, чтобы попасть в его милость, даже предадут меня, но я знаю, что Оникс так не поступит. Мы заключили нерушимый договор всегда поддерживать друг друга, что бы ни случилось.

Мой телефон вибрирует от его ответа.

Оникс: Тебе придется многое объяснять.

О, я знаю, что придется, но как мне объяснить то, чего я сам еще не понимаю? С тревогой ожидая, что будет дальше, я открываю сообщение от отца.

Отец: Ты нужен дома, сейчас же. Нам нужно кое-что обсудить.

Я смотрю на то место, где спит Амарис. Я понятия не имею, зачем я ему нужен, но я знаю, что это связано с ней. Сердце начинает биться чаще. Я подношу руку к затылку. Черт. Неужели он узнал, что это я ее забрал?

Нет, не думаю. Этого не может быть. Я хорошо спрятался и избегал камер, уверен, что меня никто не видел. К тому же, если бы он узнал, что это был я, сообщение было бы гораздо хуже, или пришло бы голосовое сообщение с кучей ругательств.

Амарис шевелится и открывает глаза. Она смотрит в сторону, где я спал, а затем оглядывает комнату, пока наши взгляды не встречаются. Она приподнимается, и покрывало, которым она была укрыта, сползает, обнажая ее грудь. Мой член мгновенно дергается. Я хватаю трусы и одеваюсь, прежде чем у моего члена возникнут какие-то идеи.

— Ты уходишь? — Спрашивает она сонным голосом. Я подхожу к ней и целую ее в губы.

— Да. Отец написал мне, что хочет поговорить со мной. — Ее глаза расширяются.

— Пообещаешь мне кое-что?

— Все, что угодно, — говорю я без колебаний.

— Вернись, когда поговоришь с ним, пожалуйста. Мне нужно знать, что с тобой все в порядке. — Мое сердце наполняется теплом.

— Я вернусь. — Поцеловав ее в последний раз, я ухожу, чтобы встретиться с Ониксом. Вместо того чтобы выйти через парадную, я иду через кладбище и перепрыгиваю через ворота. Я приземляюсь на землю с глухим стуком, до смерти напугав Оникса.

— Чувак, какого черта? — Он прижимает руку к груди, и я даю ему несколько секунд, чтобы успокоить его бешено бьющееся сердце. Он оглядывается на дом, и его лицо мрачнеет. — Ты вышел из этого дома? — Я кладу руки в карманы и киваю. Он качает головой и начинает ходить взад-вперед.

— Успокойся, Оникс. Позволь мне объяснить.

— Ты был в доме врага. — Он указывает на дом. — Это уже за гранью безумия. Ты рассказал ей правду о своем безумном плане?

— Да, рассказал. — Он выдыхает. — Все сложно.

— Еще бы, — говорит он, и я смеюсь. — Объясни мне, что произошло. В прошлый раз, когда мы говорили, ты выглядел как сумасшедший, бьющий кулаками по дереву, потому что она запутала тебе голову. — Он движет руками, и я чувствую, как нас окружает пузырь тишины.

И я начинаю. Я рассказываю ему о письмах, о дневнике, о том, в каком состоянии была Амарис, когда я нашел ее, о том, что сказал мой отец. Я рассказываю ему, что я чувствую к Амарис. Я рассказываю ему все. Спустя целую вечность я наконец заканчиваю. Он смотрит на меня, быстро моргая глазами, с открытым ртом, руки безвольно висят по бокам. Он начинает ходить взад-вперед. Я закатываю глаза. Ну вот, опять.

— Все это дерьмо звучит нереально. Ты веришь во все это?

— Да, Оникс. Верю. Назови это интуицией.

— То, что ты чувствуешь, это не любовь, Натаниэль. Ты не можешь чувствовать любовь. Ты забыл о проклятии? — Он кричит мне последнюю часть. Конечно, я не забыл о проклятии. Оно не дает мне покоя. Я понятия не имею, как на это ответить. — Ты одержим этой девушкой. Другого логического объяснения нет.

— Она моя истинная пара. — Я бросаю ему эту бомбу, и он раскрывает рот, пытаясь что-то сказать, но выглядит как рыба, вытащенная из воды. Я кладу руку на затылок. — Она не знает.

— Что, черт возьми, ты имеешь в виду, что она не знает?

— Я боюсь ей сказать. Она не из нашего мира, чувак. Я не знаю, как она отреагирует, и с учетом всего происходящего и того, что ты и мой отец пишут мне. Я не сказал ей.

— То есть, я правильно понимаю, что ты трус, который боится поговорить со своей истинной парой, потому что боится, что она не захочет быть с тобой?

Схватив с земли камень, я бросаю его в него, попадая прямо в грудь.

— Мы можем на секунду поговорить серьезно? Я написал тебе, чтобы ты пришел, потому что мне нужна твоя помощь в планировании. Думаю, сегодня тот самый день, когда мой отец вызовет демона. — Он приподнимает бровь, услышав мой комментарий.

— Как, по-твоему, ты его остановишь? — Спрашивает он, и я задумываюсь над этим вопросом. Понятия не имею. — Может, Амарис — единственная, кто может его остановить.

Я вздыхаю.

— Она еще не умеет пользоваться своей магией. Она только вчера сняла заклинание, блокирующее ее силы. Я чувствую, насколько сильной она может стать, но ей понадобится много практики.

— Мы можем найти место, где твой отец держит жертв для демона. Если у него