Тьма, которая нас связывает - Ю. К. Перес

Приняв решение, я бросаюсь вперед, чтобы разорвать цепи руками. Я использую магию, чтобы остановить кровотечение, отбрасывая ведра с кровью в сторону, и позволяю ей вылиться на пол. Он ничего от нее не получит. Положив одну руку ей под плечи, а другую под ноги, я прижимаю ее к груди. Ее глаза закрыты, и, судя по ритмичным звукам ее дыхания, она спит. Должно быть, они дали ей успокоительное. Она вся в грязи, а ее одежда и волосы мокрые. Что они с тобой сделали, моя маленькая овечка? Они за это заплатят. Клянусь.

Бросив на нее последний взгляд и поцеловав в лоб, я бегу так быстро, как только могу, с ней на руках. Я держусь ближе к стене, к темноте, чтобы меня не поймали. Мне не требуется много времени, чтобы найти выход — звуки того, как люди кричат друг на друга, заставляют меня бежать быстрее.

Прижимая ее к себе, я выбегаю через выход, а затем пересекаю мост, соединяющий земли Каллторпов и мои. Я бегу через лес, через железные ворота к дому Каллторпов и попадаю внутрь ее дома, а она даже не шевелится у меня на руках. Сколько успокоительного ей дали?

Я поднимаюсь по лестнице и ищу её комнату. Войдя внутрь, я оглядываюсь в поисках места, куда ее усадить. Она слишком грязная и мокрая, чтобы положить ее на кровать. Я усаживаю ее на стул в углу и иду в ванную, чтобы наполнить ванну.

Когда я хожу по ее комнате, она оглядывается, дезориентированная. Я опускаюсь перед ней на колени, и когда она видит меня, она вздрагивает, глядя на меня с настоящим страхом в глазах. Я поднимаю руки в знак капитуляции и пытаюсь приблизиться к ней, но она поднимает дрожащую руку, сохраняя расстояние между нами.

— Не подходи ко мне, — говорит она охрипшим голосом, ее сердце бьется с бешеной скоростью.

Я смотрю на нее умоляющим взглядом.

— Амарис, пожалуйста, я не причиню тебе вреда.

Она скрещивает руки на груди и рыдает.

— Ты сделал это со мной. — Я хмурюсь и сжимаю губы. Что они ей там сказали? Почему она так думает?

Я делаю несколько вдохов и сдерживаю свой гнев. Сейчас ей не нужна эта моя сторона.

— Нет, я не делал этого, Амарис. Я спас тебя.

Она продолжает качать головой.

— Перестань мне лгать. Это ты сделал. — Она указывает на меня указательным пальцем, и я чувствую, как земля дрожит под моими ногами. Ее силы проявляются.

— Амарис, пожалуйста, успокойся. — Я понимаю, почему она могла подумать, что я могу причинить ей боль. Я не сделал ничего, чтобы она думала иначе.

— Из-за тебя они сделали это со мной. — Она показывает мне свои запястья, лодыжки и внутреннюю сторону бедер. У меня пересыхает во рту, когда я осматриваю ее. На ее теле глубокие порезы, а на внутренней стороне бедра выжжена буква «Б». Он, блядь, пометил ее.

Я осторожно беру ее за подбородок, потому что у нее синяк на лице, я не хочу причинять ей еще больше боли, чем уже причинил. Даже если это был не я, она права — это все равно моя вина. Слезы текут по ее лицу, и я вытираю их большим пальцем.

— Я не делал этого с тобой, Амарис. Я понятия не имел, что происходит, и когда я почувствовал, что с тобой что-то не так, — я выдыхаю, — я спас тебя. — Она всхлипывает, и я прижимаюсь лбом к ее. — Пожалуйста, ты должна мне поверить. Я не делал этого с тобой. — Она дрожит, и я снимаю свою куртку и накидываю ей на плечи.

— Ты заманил меня, — говорит она между всхлипами.

— Нет, я этого не делал. — Я поднимаю ее голову и заставляю посмотреть на меня. — Я не видел тебя с прошлой ночи. — Она всхлипывает, и я вижу в ее глазах проблеск надежды. — Я знаю, что наделал кучу дерьма, но к этому я не имею никакого отношения. Я пытался держать тебя подальше от моего отца. Почему ты думаешь, что я бы отдал тебя ему на блюдечке? — Она всхлипывает.

— Ты оставил мне записку с просьбой встретиться в лесу. Там был кто-то в твоей одежде и в той отвратительной маске черепа, которая была на тебе в моих снах. — Я раскрываю рот, и мои губы скривились. Он использовал меня, чтобы заманить ее. Мой отец знает. Черт.

— Я был с Астерией, пытаясь получить ответы. Она была единственной, кто, как мне казалось, мог нам помочь. — Я снова беру ее лицо в ладони, заставляя посмотреть на меня, и мягко целую ее в губы. Ее тело замирает, когда наши губы соприкасаются, и желание углубить этот поцелуй пугает меня. То, что я к ней чувствую, ново для меня. Она отстраняет свое лицо от моего и смотрит на меня с надеждой.

— Почему ты меня спас? — Я выдыхаю воздух, не подозревая, что задержал дыхание.

— Я не твой рыцарь в сияющих доспехах, Амарис, и то, что происходит между нами, не сказка. Я один из злодеев, а ты, моя маленькая овечка, ты принадлежишь мне. Никто и никогда не сможет отнять тебя у меня. — Ее сердце начинает биться быстрее, а щеки розовеют. Она отводит взгляд на несколько секунд и делает вдох, прежде чем снова посмотреть на меня.

— Что сказала Астерия? — Я ожидал какого-то комментария или замечания по поводу того, что я только что сказал, но, похоже, у нее больше не осталось сил.

— Я расскажу тебе все, обещаю, но сначала нам нужно тебя помыть. — Она кивает в знак согласия, я беру ее на руки и несу в ванную.

Я никогда не видел такого красивого тела. Ее растяжки — настоящее произведение искусства — мой член дергается в штанах. Желание прикоснуться к ней сводит меня с ума, и то, что она голая, а я ничего не могу сделать, действует мне на нервы.

Я беру ее за руку и веду к ванне. Когда она садится, она на несколько секунд полностью погружает тело под воду, затем выныривает и сидит, прижав колени к груди.

— Ты клянешься, что не имеешь к этому никакого отношения? — Я прикладываю ладонь к ее лицу, и она прижимается к ней.

— Нет, детка, не имею. Клянусь тебе. — Ее тело расслабляется, и я воспринимаю это как хороший знак. Не знаю, что бы я сделал,