Тьма, которая нас связывает - Ю. К. Перес

В глубине души я знаю, кто этот человек, даже если его черты не напоминают мне Натаниэля. В отличие от Натаниэля, этот человек окружен злой аурой, его зеленые глаза имеют такой взгляд, что любой захотел бы убежать в страхе. У него квадратная челюсть, густая борода и кривой нос. Он протягивает руки и касается моего лица. Я вздрагиваю, заставляя его усмехнуться.

— Я советую тебе перестать сопротивляться, Амарис, и принять свою судьбу. — Он смеется, поворачивается и начинает уходить. — Не принимай это на свой счет, Амарис. Так должно быть.

Я рычу от разочарования. Сукин сын. Прежде чем выйти за дверь, он наклоняется и обращается к тому, кто слизывал мою кровь с ножа.

— Выпусти из нее всю кровь. Мне нужна каждая капля. Никаких оплошностей. — Он уходит, а я кричу, бьюсь и пытаюсь разорвать цепи. Я игнорирую боль от металла, царапающего порезы, которые они нанесли. Если я умру, то не сдамся без боя.

Мое тело начинает ощущать то, что я связываю с магией, и из ниоткуда обрушивается сильный порыв ветра, с силой отбрасывая всех их к стенам и удерживая на месте. Гром раскатывается по комнате, и начинается дождь. Улыбка трогает уголки моих губ, и жгучее ощущение, пронизывающее мои вены, становится все сильнее. Гром гремит все громче, по мере того как нарастает моя ярость.

Острая боль пронзает мое лицо, и от удара моя голова откидывается в сторону. Во рту появляется привкус железа. Какого хрена? Грубые руки хватают меня за челюсть и резко дергают мое лицо обратно. И снова я смотрю в лицо отца Натаниэля. Он сжимает мою челюсть еще сильнее.

— Думаешь, ты сильнее меня, девчонка? Ты, блядь, понятия не имеешь, с кем имеешь дело. Игра, в которую ты играешь со своей слабой магией, не остановит меня. — Он взмахивает свободной рукой в воздухе, и ветер с громом исчезают, в комнате воцаряется зловещая тишина. Я сглатываю. Блядь, я в заднице.

— Это мой мир, Амарис. — Он кричит своим приспешникам, чтобы те вставали. — Ты просто задержала меня. — Один из них встает рядом с ним. — Уведи ее в камеру. Мы продолжим, когда этот беспорядок будет убран. — Он щелкает пальцами. — Уберите этот чертов беспорядок.

Парень принимается снимать с меня цепи. Это может быть моим шансом сбежать, так как только один из них обращает на меня внимание. Когда он снимет последнюю цепь, я смогу убежать. Я задерживаю дыхание и жду, пока он закончит. Мое раздражение растет от того, как долго он их снимает. Его босс, возможно, не почувствовал силу моего ветра, но этот человек почувствовал.

Когда он наконец добирается до последней цепи, я готовлюсь бежать, но в тот момент, когда цепь падает, я не могу. Я продолжаю пытаться, пытаюсь заставить свое тело двигаться, но ничего не получается. Черт. Меня удерживает магия. Вот и провалился мой план.

Я чувствую укол в шее, и мое тело начинает расслабляться, глаза тяжелеют. Черт, это успокоительное. Я пытаюсь сопротивляться, но погружаюсь в черную бездну.

Глава 21

Натаниэль

Где, она, черт возьми? Я уже десять минут бегаю кругами, пытаясь найти ее. Я знаю подземелья под особняком Блейкли как свои пять пальцев, но сейчас у меня в голове полная путаница. Мне нужно добраться до нее.

Звук приближающихся шагов заставляет меня остановиться и спрятаться в темной расщелине стены. Меня обдает запахом древесного лосьона после бритья. Мой отец здесь. Это странно. Обычно он посылает своих приспешников выполнять всю грязную работу. Если он здесь, значит, он взбешен, и Амарис, должно быть, оказалась для него большим испытанием, чем он думал. Я прячусь глубже в темноте, стараясь остаться незамеченным.

Он поворачивается к одному из своих людей и прижимает его к стене. Я чувствую исходящий от него гнев.

— Слушай меня, ты, никчемный кусок дерьма. Завтра все должно пройти гладко. Если что-то пойдет не так, отвечать будешь своей головой. — Мужчина только хмыкнул в ответ. Я никогда не слышал, чтобы кто-то перечил моему отцу. Мне интересно, держит ли он всех своих приспешников под заклинанием.

— У тебя есть работа. Закончи ее. — Он отпускает его и уходит в ярости. Я никогда раньше не видел своего отца таким разъяренным. Что произойдет завтра, что его так взволновало?

— Я хочу каждую каплю ее крови, — говорит он на полпути по коридору, и мое тело напрягается. Зачем ему кровь Амарис? Я позволяю приспешнику немного отдалиться от меня, прежде чем следую за ним. Пройдя через пару коридоров, я попадаю в проход, о существовании которого не знал. Я прячусь в углу и жду. Я не могу позволить себе быть замеченным. Это мой единственный шанс.

Он возится слишком долго. Я не думаю, что он скоро выйдет. Мне нужно как-то выманить его. Мой отец установил в подземелье пожарную сигнализацию. Я оглядываюсь в поисках сигнализатора, но безрезультатно. Бегу так быстро и тихо, как только могу, и добираюсь до места, где, как я знаю, находится один из сигнализаторов. Я дергаю за рычаг и через несколько секунд бегу обратно.

Я вижу, как мужчина выбегает из коридора, когда срабатывает сигнализация. Я жду несколько секунд, чтобы убедиться, что больше никто не идет, а затем вхожу. Это длинный проход с железными камерами по обеим сторонам. Я заглядываю в одну из них, и запах гнили ударяет в лицо. Желчь подступает к горлу, и я сдерживаю рвотный позыв. На стене висят два скелета, прикованные цепями. Похоже, мой отец не утруждает себя уборкой.

Мне страшно подумать, что еще он здесь прячет. Во рту появляется горький привкус. Вот какое наследие он планирует оставить мне: правление с помощью страха, убийств и кто знает что еще. Отгоняя эту мысль, я продвигаюсь глубже в комнату. Наконец, я дохожу до последней. Я чувствую, как вся кровь отливает от моего тела, когда я вижу Амарис, прикованную цепями к столу, с порезами на конечностях, кровь капает в ведра внизу. Моя грудь сжимается, и на несколько секунд я забываю, как дышать. Я смотрю на ее неподвижное, бледное тело, и по мне пробегает неконтролируемый дрожь.

Ее голова безжизненно склонилась влево, на лице темно-фиолетовый синяк, по всему телу порезы и ссадины. Что эти монстры сделали с ней? Что-то внутри меня ломается, и