Боевая академия: курс-на-падения - Надежда Николаевна Мамаева

Гаргульи облили меня ответной ненавистью, словно кто-то из их товарок нашептал по секрету о том, что у меня с кланом этих бестий профессиональная вражда.

Одна из каменно-пернатых даже встрепенулась и что-то там зарокотала, да так, что клетка затряслась.

В ответ я незаметно показала твари жест из двух оттопыренных пальцев. Клекот стал сильнее и голосистее — заточенное за решетку трио запело хором. Нет, все же правы те бестиологи, которые утверждают, что у этих тварей есть сознание. Правда, одно на всех, коллективное… Но есть же! А у некоторых людей и такого не имеется.

Меж тем тренер продолжал:

— Мишени будут пытаться атаковать, сбить с траектории. Ваша задача — не просто попасть в них, но и поймать вот ту милашку, у которой красная метка на хвосте, — и наставник указал на самую дальнюю гаргулью, тылы которой и правда пометили краской.

М-да… Раньше я удирала, воруя что-то из дома, охраняемого гарпией. Но мне что, теперь нужно спереть… В смысле, схватить эту сторожевую пакость?

Кажется, летунья тоже творческого подхода лысого не оценила и переключила уже все свое негодование на него.

«Меня⁈ Хватать за задницу? Вы в своем уме, уважаемый?» — так и читалось в ее каменном взгляде.

— А если не сможем поймать? — спросил кто-то.

— Тогда будете прыгать с драконов, пока руки не перестанут быть дырявыми! — гаркнул тренер. — А сейчас даю вам время обсудить, кто за кем прыгает, кто кого прикрывает, и объяснить новенькой основные связки.

Хотя объяснить — оказалось неверным словом. Мне показывали. На земле. Улегшись на нее животами, как если бы дело было в воздухе. И все это под хихиканья собравшихся у края арены зрителей. То бишь адептской экзальтированной биомассы.

Для начала мы схватились руками, образовав круг. Этакий ведьмин хоровод, только без костра по центру и ногами-лучами во все стороны. И едва все наши ладони сомкнулись, как Кернир скомандовал:

— Волна!

И я ощутила, как по нам, точно по живому контуру, пробегает энергия, усиливаясь с каждым кругом. И резонатором был беглый.

Скорость сначала была не столь большой, но спустя дюжину ударов сердца превратилась в бешеный водоворот. Этакий динамический сферический щит. Такой способен выдержать лобовой удар мощного боевого аркана. А если атака будет хоть под малым углом — то центробежка просто пустит его вбок по косой.

После «солнышка» мы развернулись на пузе в завиток, когда вся шестерка кладет правые ладони друг на друга и посылает импульс. В результате чего тот возвращается мощной волной, откидывая всех на одинаковое расстояние, и тем формирует этакую сеть, на концах которой мы выступаем в роли грузил.

В эту ловушку можно поймать цель или противника.

А после были отработка лесенки, когда мы выстраивались парами: одна под другой. И верхняя двойка прикрывала, центральная — атаковала, нижняя была ловчей.

Потому как выяснилось, что помимо просто прыжка (мне бы его для начала не завалить, как и задание Ио!), уклонений от атак команды противника, защиты себя любимых при парении и бросков в цель в турнире нужно было еще и поймать шустрый артефакт, который запустят в небо.

Да, для зрителей это было красиво и захватывающе, но то, что сейчас называли соревнованиями, на самом деле было банальной отработкой боевых приемов. Потому как в условиях сражения, когда маг сигал с дракона в условную точку противника, его могли пытаться подбить, он сам должен был атаковать и… порой задача была перехватить кого-то. Или что-то. Например, выбив из седла другого погонщика, взять в руки удила его дракона…

Об этом нам вещал наставник, пока мы ползали на животе в мокрой глине, оттачивая перестроения в двойках, ротации троек, скоростные формации.

А я слушала лысого, все больше проникаясь мыслью о том, что я влипла по-крупному и по уши во… всем! И в грязи тоже!

Лишь спустя удар колокола, когда мы были, по мнению наставника, достаточно подготовленными (в смысле изгваздались с головы до ног), нас окатили очищающим заклинанием, от которого зачесались под одеждой те места, о коих я в своем теле и не подозревала, нас отправили к заждавшимся неба драконам.

Адепты, глазевшие на бесплатный цирк, радостно загалдели.

Драконы тоже были в восторге, но от иного: наконец-то им разрешали взлет! Крылатые взмыли с нами в небо, и когда они набирали высоту, я увидела, как тренер внизу дал отмашку. Жест «выпускайте тварей!» был красноречив.

Двое адептов, до этого стоявшие поодаль от клетки, взялись за цепи, державшие створки. А третий распахнул засов и отпрыгнул. И не успели магики как следует потянуть кованое железо на себя, открывая решетки, как гаргульи буквально протаранили каменными башками двери, едва не снеся те с петель.

Твари взметнулись в небо, что-то яростно вереща на своем гаргульем и хлопая гранитными крыльями.

Драконы меж тем стремительно набирали высоту — так, что ветер свистел в ушах. Я судорожно вцепилась в луку своего седла, не веря, что снова оказалась среди облаков.

И вдруг услышала, как Кернир, сидевший снова позади, положив руку мне на плечо, крикнул:

— Спасибо!

Я оглянулась на миг, поймав мужской взгляд.

— Тебе это дорого обойдется, — бросила я в ответ.

Умеет же этот тип найти время… что извиняться, что благодарить.

Беглый только хотел было что-то сказать, но тут погонщик, не оборачиваясь, гаркнул:

— Приготовились!

В тот же миг дракон заложил стремительный круг. Я же, полоснув по Беглому взглядом, предупредила:

— Больше бросать меня не смей! — крикнула я сквозь ветер, припомнив, как этот гад впихнул меня из седла в тот раз.

— Бросить такую девушку? Да ни за что! — нагло отозвался Кернир, и я сиганула с дракона в небо.

Вот только в этот раз ветер был куда сильнее. Меня несколько раз перевернуло, прежде чем я выровнялась. Ну и плевать. Жизнь в этот миг была хороша, как ни крути! Я вдруг осознала: в этом затяжном свободном полете — да именно полете, а не падении! — я жила по-настоящему! Жила свободно.

Пусть и всего пару мгновений. И они закончились, когда гаргульи вынырнули из облаков черными молниями. И все разом — на меня.

Тьма подери, а я оказалась демонски популярна у этих птичек. Три твари, каменные, с горящими красными глазами и когтями, которые могли распороть драконью шкуру. Они не летели — они планировали, рассекая воздух гранитными крыльями, и каждая была размером с добрую лошадь.