Подонок. Забери моё сердце - Дана Алексеева

— Ай! Сучка! — взываю от боли и съезжаю коленом ей по носу.

Она заваливается на асфальт, и мы обе падаем. В агонии даже не замечаю, как вокруг нас начинает толпиться народ. Парни ржут, снимают.

— Дебилка, отпусти! — визжит подо мной Яся.

— Извиняйся! Прилюдно!

— Иди на хрен.

Мы опять сплетаемся, хаотично хлестая друг друга. По вискам бьёт дикий адреналин. Тут Яся освобождает руку и как ударяет кулаком в нос. У меня аж помутнение случается, и звездочки мерцают сквозь темноту. В момент моей заторможенности она срывает с меня шапку.

— Фу, уродские пакли! — брюзжит она и тянет за волосы.

Обе визжим, вцепившись друг в друга, переворачиваем по очереди друг друга на спину. Шмотки уже все в грязи, но вообще плевать. Главное — замочить противницу.

— Менты! Мусора! Валим! — орёт кто-то в панике.

На дороге мигают проблесковые маячки полицейских машин.

Все разбегаются по тачкам, как тараканы по углам на включенный свет.

— Яся! Лиза! Да ё-моё! Разнимайте их. — К нам подбегает Петр Немцов, брат гадючки. — Тоха, помогай. Обеих грузи в машину.

Нас, прилипших друг к друг, поднимают парни и несут к автомобилю. Остервенело рычим на ходу, как бешеные овчарки.

— Я вас в обезьянник отправлю, если не успокоитесь прямо сейчас! — громогласно орёт Петр.

Яся вздрагивает и первая отпускает. Я — следом. Шумно пыхча, загружаемся в салон.

— Пусть эта идиотка едет в другой машине! — огрызается Яся.

— Пошла в жопу.

— Цыц! Уматываем быстрее, — командует её брат и давит на газ.

Мы благополучно выезжаем на трассу. Прилипнув к окну, я со сбившимся дыханием наблюдаю за тем, как Германа и Мишу принимают менты.

Глава 32

Лиза

— Эй! Петя, открой! — стучит по стеклу Яся своему братцу. На меня озирается с пренебрежением. — Я с этой идиоткой не хочу тут сидеть!

— Выйдете, когда по-людски поговорите, что вы там между собой не поделили, — строго отвечает Немцов и разворачивается спиной.

— Я писать хочу-у! — взвывает сестра, бессильно припечатывая ладонь к тонированному окну автомобиля.

Не обращая внимания на хитрые приемы, парень набирает кого-то в телефоне.

Мы заехали в город и сделали остановку на заправке.

— Дьявол! — ругается Яся.

Я усмехаюсь на её истерику. Сложив руки на груди, сижу молча в противоположном углу.

— Это всё из-за тебя! — рычит девушка.

— Ну да. Молчала бы. Ты переспала с Мишей у меня за спиной, — припоминаю этой бессовестной.

— Его никто не заставлял, понятно?

— А тебя?

— А меня подкупили его слова, которые наутро ничего уже не значили, — цедит Яся. Поджав губы, отворачивает голову к окну.

Молчим.

— Что он тебе сказал? — тихо спрашиваю.

— Неважно. Он сам ничего не помнит.

— Ты явно обижена на него.

— Нет. На себя. Я поддалась чувствам, которые следовало держать при себе, — сдавленно произносит Яся.

— Любишь его?

— После дня рождения мы друг другу никто. Даже не общаемся. Так что можешь быть спокойна.

— Неужели ты думаешь, что после измены я буду встречаться с ним? — озадаченно приподнимаю брови. Фыркнув, мотаю головой. — Нет. Между нами всё кончено.

Яся поворачивается ко мне с недоуменным выражением лица.

— Поэтому ты устроила драку из-за него?

— Я устроила драку? Это ты первая меня толкнула. Ты растравила своими нелицеприятными высказываниями про меня. А в лицо всегда улыбалась!

Яся дергает плечом, признавая факты, которые её ничуть не смущают.

— Ну извините... А чего ты от одного к другому прыгаешь? Как теннисный мяч. Дай отгадаю: от Миши ушла, сейчас к Герману вернёшься?

— Ни к кому я не собираюсь возвращаться, — напряженно выдавливаю.

— Они друг друга там чуть не убили из-за тебя. Не понимаю, что нашли, — вздыхает Яся, глядя на меня искоса.

— Наверное, то, чего нет в тебе? — парирую. Просканировав её потрепанный видок, сильно негодую: — Как вообще можно согласиться на секс по дружбе?

— Очень просто, — хмыкает она. — Остановиться трудно.

— Угу. По-любому Миша тебе изначально нравился и ты хотела с ним близости. О какой дружбе речь?

Яся закатывает глаза, типа я ничего не понимаю.

— Да он не воспринимал меня как девушку. Я была сестрой его друга, которая вечно крутилась в их компании. Потом я попросила его научить меня целоваться перед свиданием Дальше — больше. Его главное условие — никаких отношений, чисто секс.

— А ты, конечно, втюрилась, — прицокиваю в догадке.

— По уши! До последнего надеялась, что он тоже однажды почувствует ко мне нечто больше, чем физическое влечение. Но тут появилась ты, которая какого-то хера вдруг стала его девушкой! Титова неожиданно заинтересовали серьезные отношения, а меня он послал. Обидно ли мне было? Сама подумай.

В салоне повисает тишина. Яся мнет губы, скрестив руки на груди.

— Извини, но ты сама виновата, — высказываю своё мнение. — Согласилась на такой формат отношений. Он же тебе ничего не обещал.

— А кто спорит? дура дурой! Ой, ладно. — Она потирает лоб и морщится, как при мигрени.

— Да я тоже не лучше — вздыхаю.

— Ты почему с Германом рассталась? — переключается на мою историю Яся.

— Не оправдал ожиданий — если коротко.

— От парней сплошное разочарование. Но мы сами влюбляемся, а потом страдаем. Самый лучший вдруг становится злейшим врагом. Хотя по факту он такой же, какой и был.

— Ты права, — киваю, поразмыслив над сказанным. — Все мы ошибаемся, но Стоит ли давать второй шанс тому, кто единожды предал?

— Высоки риски напороться на то же самое.

— О-очень высоки, — подтверждаю со вздохом.

— Зачем ты начала встречаться с Мишей? — вдруг спрашивает Яся. — Ты же его не любишь.

— Дура потому что, — пожимаю плечами.

— Объективно.

Мы давим смешки, потому что воспринимать всерьёз объяснения глупых поступков не представляется возможным.

Прикрыв глаза, я потираю побитую переносицу.

— Болит до сих пор, — жалуюсь той, кто, собственно, мне врезал. — Удар поставленный, конечно.

— У брата груша дома есть, я на ней тренировалась, — посмеивается Яся, облизывая треснувшую губу. — А у меня корни волос ужасно ноют. Вцепилась как репей.

— У тебя очень густая грива. Кстати, каким шампунем пользуешься? Лошадиная сила?

— Это гены, детка.

— Повезло.

Мы хихикаем, украшая исцарапанные лица улыбками.

Брат Яси открывает водительскую дверь.

— Ну что, не поубивали друг друга? — Опустившись на кресло, оборачивается к нам и подозрительно рассматривает.

— Пришли к выводу, что нам нечего делить, — говорит Яся и смотрит на меня.

Я киваю в подтверждение.

— Класс. Поехали домой тогда. — Петр заводит машину.

— Папе звонил? — спрашивает Яся. — Освободят парней?

— Куда денутся. Не впервой. Хотя батя сказал, что полезно было бы им посидеть, — хмыкает