Развод. Ненужная жена генерала-дракона - Анастасия Борисова

Но понимаю, что это маловероятно!

Поэтому я целыми днями только и занимаюсь тем, что пишу письма в столицу. Я пишу императору и военному министру, вдовствующей императрице и первому советнику, заместителю Роберта на посту начальника тайной полиции и министру иностранных дел.

В какой-то момент от постоянного напряжения строчки разбегаются перед глазами, а голова кружится настолько, что я едва успеваю дойти до дивана и рухнуть на него.

Кажется, я себя загнала.

Лежу на мягком диване у окна, положив ладони на округлившийся живот, и мысленно молюсь вечноспящей богине, чтобы с Робертом всё было хорошо, чтобы он выжил в этой про́клятой стране и поскорее вернулся ко мне.

Вот только одними молитвами нельзя помочь моему брату. Нужно подниматься и писать снова.

Каждый день через магическую шкатулку я отправляю десятки писем. Но не получаю ответа ни на одно.

Они просто падают на дно шкатулки, а стоит мне закрыть крышку, как исчезают бесследно.

Каждое утро я проверяю шкатулку перед тем, как сесть за новую порцию писем. И каждый раз я надеюсь получить хоть что-то! Уведомление, что моё письмо приняли к рассмотрению, отписку, что поиск опального начальника тайной полиции не в компетенции военного министерства. Хоть что-нибудь!

Тишина и пустота угнетают.

Время утекает, как вода сквозь пальцы. А я нисколечко не приблизилась к спасению Роберта!

Цепляюсь за спинку дивана и поднимаюсь.

Нужно дописать сегодняшние письма. С каждым днём малыш всё активнее пинается и вытягивает из меня слишком много сил.

Но я не сдамся…

Поднимаюсь с трудом, делаю шаг, другой и падаю, как подкошенная. Больно ударяюсь коленями о паркетный пол.

Острая вспышка боли пронзает меня. Низ живота каменеет.

— Ааа! — кричу и валюсь набок.

В комнату тут же вбегают слуги. Подхватывают меня на руки, заносят в спальню, укладывают на кровать.

— Нет, нет, — шепчу как в бреду. — Мне нужно к секретеру. Сейчас это пройдёт… мне ещё рано…

— Госпожа, ваше платье! — шепчет испуганная горничная, что пытается уложить меня в постель.

— Что с ним?

— Оно мокрое! У вас отошли воды! Вы рожаете!

— Нет, я не могу! Я ещё не встретилась с императором, — повторяю как заведённая.

Хочу сказать, что мне ещё рано. Но в последний момент осекаюсь и понимаю, что уже ни демона не рано. Кажется, мне действительно уже пора рожать.

Новая волна боли накатывает на меня. Острая, разрывающая низ живота и отдающая в поясницу, она скручивает меня и заставляет хрипло стонать.

— Лекаря! Позовите лекаря, — выдыхаю между начинающимися схватками.

Служанки переглядываются.

— Что?

— В замке нет лекаря, — произносит одна бледнея.

— Даже повитухи нет, — добавляет другая бледнея. — Ох, госпожа! У вас…

Но первая девушка толкает её вбок.

— Нужно отправить послание господину ван Дердену! — служанка бросается к магической шкатулке.

— Нет! — рявкаю я с такой силой и яростью, что она замирает на полпути и приседает. — Генерал не должен ничего знать. Вам ясно?

— Но госпожа…

— Замолчите, — морщусь от вновь подступающей ко мне боли. — Где есть лекарь?

— В Тулоне, у подножья скалы. Но до него спускаться только сутки в хорошую погоду…

Я чувствую, что вместе с новой волной боли у меня в груди вспыхивает яростный огонь. Нестерпимый, опаляющий меня жар прокатывает по телу и концентрируется на ладонях.

Опять!

Тру ладони между собой в слабой надежде, что поможет.

— … в ночь обещают непогоду. Лекарь не успеет…

— Вызовите его! Лучше так, чем никак! А мы с малышом постараемся его дождаться. Да хранит нас вечноспящая богиня… — стараюсь, чтобы мой голос не дрожал. Но мне ужасно страшно.

Я одна в высокогорном замке, без лекаря, без брата, без кого-либо, кто вообще понимает, что со мной происходит. Ещё и магия эта!

Где ты сидела, дурная, всю мою жизнь?

Я уже привыкла справляться без тебя? Зачем ты пробудилась? Мучить меня?

Глава 48

Глава 48

— Ох, госпожа, — молоденькая горничная всхлипывает, меняя очередную влажную тряпицу на моём пылающем лице.

Но этой прохлады хватает ненадолго.

— Нужно отправить послание генералу ван Дердену! Он прилетит за считаные часы… он знает, что делать…

Я могу только невесело усмехнуться тому, как слуги верят своему хозяину.

Что он может?

Он же мужчина! Дракон!

Не лекарь и даже не мой муж! Тем более неистинный!

Я слышала старинные легенды, в которых рассказывалось, что две души, связанные истинной связью могут чувствовать друг друга за многие мили, дарить друг другу покой, передавать часть сил и поддерживать в трудную минуту.

Когда-то мне хотелось, чтобы и у нас с Эриком было так.

Но он жестокий, мерзкий предатель!

И он не прикоснётся ни ко мне, ни к моему ребёнку.

— Не смей, — шиплю сквозь сжатые зубы, — ни строчки ему отправлять. Я запрещаю! Где лекарь?

— Ждём. Но до подножья сутки при хорошей погоде. А там…

Её голос обрывает раскат грома.

С каждым новым часом боль становится всё сильнее. Поясницу уже не просто тянет, а ломает. Живот напрягается всё чаще, болезненнее, а боль стекает в промежность и обливает меня кипятком.

Тьма за окном сгущается, сквозь тонкие занавески я вижу росчерки молний, по подоконнику и балкону барабанят крупные капли дождя.

Боль больше не пронзает меня, как раньше, теперь она разрывает меня изнутри.

Страх за малыша накатывает волнами в короткие секунды передышки.

Я ловлю ртом раскалённый воздух, сжимаю в кулаках влажные простыни, а в голове бьётся всего одна мысль: мы справимся, малыш, я тебе обещаю. А потом…

Очередная судорога выкручивает моё тело и заставляет кричать.

— Госпожа… — две служанки своими телами прижимают меня к кровати, но им не хватает сил. Меня ломает, выгибает, бьёт от озноба.

Кровать ходит ходуном.

А следом я чувствую, как раскаляются ладони.

Нет, нет, нет! Только не выброс! Если магия вырвется из-под контроля, я спалю фамильный замок со всеми слугами, а мой малыш…

Закусываю губу и пытаюсь взять себя в руки. Но боги, как это сложно сделать, когда считаешь секунды до новой вспышки боли. А потом считаешь заново, пока тебя разрывает пополам от напряжения, страха, жажды покоя.

С оглушительным рокотом расколовшихся надвое небес, ночную мглу разрезает молния.

Служанки слетают с кровати и поскуливают от страха.

Очередная вспышка озаряет спальню.

Высокая