Сердце стаи - Мариана Запата

а Данкан попятился назад, пока не уселся задом на мою ногу. На протяжении нескольких безмолвных безмятежных минут мы вдыхали в себя сладость воздуха, которая не должна была быть настолько заметной для меня, ведь я не обладала таким хорошим обонянием. Вероятно, все дело в масштабах этого места.

Листва зашелестела.

Кто-то большой завыл вдалеке.

Мой маленький Пончик многозначительно посмотрел на меня через плечо и, сорвавшись, убежал в лес.

* * *

– Как ты стал такой быстрый? – пропыхтела я некоторое время спустя, лежа на спине посреди какой-то рощи в стороне от здания клуба. Можно подумать, что я уже привыкла бегать за ним, раз мы занимались этим каждый день до его изменения, но это было не так. Нам приходилось неделями заменять уличные прогулки умственными тренировками в помещении, так что к этому моменту мои легкие не привыкли ни к чему быстрее пешей ходьбы.

Я захрипела, когда он прыгнул ко мне на живот и прижался своим пузиком, грызя где-то подобранную им ветку, очищенную от коры.

– Придется купить тебе беговую дорожку, приятель, – сказала я, все еще ловя ртом воздух и вслепую потянувшись к нему, чтобы пробежаться пальцами по его шерсти.

Он дышал как обычно. Выпендрежник.

– Кажется, я потянула сухожилие под коленом, когда перепрыгнула через то бревно, – пожаловалась я ему, между тем стараясь вдыхать через нос и выдыхать через рот, чтобы успокоиться. Пожалуй, беговая дорожка была нужна и мне. Две беговые дорожки. Может, придется заняться и тяжелой атлетикой, ведь, с учетом темпов его роста, скоро мы окажемся в ситуации, когда я не смогу носить его на руках.

Он размахивал хвостом, напоминавшим падающую звезду.

Я снова прошлась пальцами по его шерстке, восхищаясь ее мягкостью.

– Пончик, – сказала я ему и позволила взгляду остановиться на кругляше луны, по-прежнему видневшейся в проеме между громадными деревьями, окружавшими нас. – Если тебе не нравится здесь, ты мне скажи, хорошо? Я серьезно. Я хочу, чтобы ты был счастлив.

– Люблю, – ответил он, и это поразило меня точно так же, как и в первый раз, когда он выразил эту эмоцию. У меня к горлу подкатил ком.

– Я тоже тебя люблю. Всем сердцем. Ты ведь знаешь это, да?

– Да, – ответил он.

Я обхватила его мордочку ладонями и поцеловала в нос, зная, что мы понимали друг друга. Как только я отпустила его, тело Данкана вдруг напряглось, и он развернулся, а из его глотки вырвалось слабое рычание. Я мигом села. Я ничего не слышала, но доверяла ему и знала, что он учуял что-то.

Поднятый хвост Данкана застыл в темноте, когда низкий голос пробормотал:

– Все в порядке, малыш.

Пончик сел, но его тельце было все еще напряжено, и в глотке рокотало протяжное тихое рычание.

Мэтти клялся, что здесь мы в безопасности. Ближе к клубу стояла высокая ограда. К тому же вся эта территория должна была быть помечена запахом крупных хищников.

И все же мы находились в незнакомом месте посреди ночи, среди незнакомых людей, ни один из которых не клялся нам в верности. В моем теле ожили предвкушение и волнение, когда я заметила трех человек, которые направлялись к нам между деревьев. Двое были мужчинами, а третий – женщиной, в тридцати метрах от нас. Пока они пересекали расстояние, их движения не издавали ни звука.

Неудивительно, что я не увидела и не услышала их до самой последней секунды, ведь они практически сливались с тенями и шагали по воздуху.

Оставаясь сидеть, мой щенок зарычал громче.

– Ну-ну, – поправил его низкий голос. – Вы в безопасности. Мы не собираемся ничего с вами делать.

Я вдруг поняла, что это Генри, и положила руку на вставшую дыбом шерсть на спине Данкана. Этот хриплый властный голос мог принадлежать только ему.

– Все в порядке, но ты молодец, что учуял их, Пончик, – похвалила я его.

Он махнул хвостом из стороны в сторону, хотя все его тело оставалось напряженным и сосредоточенным на незнакомцах, которые чертовски тихо приближались, что было довольно впечатляюще, если учесть тот факт, что, по моим прикидкам, рост крепко сложенного, мускулистого Генри составлял порядка 195–198 сантиметров. Мужчина сбоку от него был ниже, но тоже хорошо сложен. Женщина, следовавшая за ними, не сильно проигрывала в размерах.

Как давно эти трое крались по лесу? Шли они не то чтобы быстро.

Некоторое время назад я споткнулась о ветку – не то чтобы меня беспокоило, что кто-то мог увидеть, как я шлепнулась на зад, но я была вроде как рада, что они не появились тремя минутами раньше, когда я лежала на спине и стонала, обхватив ногу.

– Почему у тебя кровь? – спросил вроде бы знакомый голос, который отчего-то звучал еще грубее в темноте… и подтверждал то, что они, вероятно, все-таки были свидетелями того моего замечательного падения.

Не повезло мне.

– Мою голень царапнула ветка, через которую ты только что перешагнул, – отозвалась я. Это была та же нога, которую Мэтти пинал сегодня днем. Я закатала штанину, чтобы посмотреть, отчего она так сильно болела. На ней виднелась довольно серьезная царапина.

Кузен Мэтти выскользнул из-за деревьев, и чистый, ясный лунный свет то и дело озарял его силуэт, пока он шел мимо стволов с таким изяществом, как не сумел бы человек и вполовину меньше его ростом.

Я подумала о том, что он все притягивал к себе мой взгляд не только из-за этого – не считая способности незаметно подкрадываться.

Как он стал таким здоровым? Я не назвала бы его громадиной, но он был весьма близок к этому. Широкая шея, широкая грудь. Бицепсы? Большие. Бедра? Большие. Он был…

Гордость не позволила моему горлу сжаться и громко сглотнуть.

Одних женщин привлекали кубики пресса, которые были результатом строгих диет и трехчасовых занятий в тренажерном зале.

Меня же всегда привлекал крепкий мускулистый типаж. В моем воображении чем больше тела я могла обхватить, тем лучше. Чем шире бедра, тем лучше награда – и это не то, на чем мне нужно было фокусироваться.

Если б мне захотелось попялиться на здорового сильного парня, я могла бы посмотреть матч по американскому футболу. Или матч по регби. А не на мужчину, которого я раньше называла Пушком и который, кажется, был не особо рад моему присутствию здесь, даже если обладал именно тем телосложением, которое привлекло бы мое внимание в толпе