Развод. Ты сделал свой выбор - Наталья Ван

— Всё? — тихо спрашивает мама.

— Всё, — улыбаюсь я. — Мы его прижали.

Впервые за долгие месяцы я чувствую не облегчение. Я чувствую победу. Ещё не одержанную, но уже неизбежную.

Глава 41 

Кристина

К моему удивлению, но спустя всего несколько дней мне уже назначили дату на психологическую экспертизу. И это не частная клиника, а государственная. Максим здесь бессилен. Он не сможет здесь ничего сделать.

Я оформляю все необходимые документы, заполняю согласия. Много согласий, и мне выдают мою карту с пометкой: “триста второй кабинет”.

Поднимаюсь на нужный этаж и осторожно стучу. Я знаю, что здорова, что не несу в себе угрозы для наших детей, но внутри все равно присутствует легкая нервозность.

— Добрый день, — тихо произношу, приоткрывая дверь комиссии.

— Здравствуйте, Кристина Олеговна?

— Да. Это я.

— Проходите.

Я делаю шаг вперед и сразу замечаю, что передо мной сидят три врача. Не один, как я предполагала, а сразу трое и становится еще больше не по себе.

— Не волнуйтесь. Мы с вами только побеседуем и сделаем пару тестов.

В кабинете пахнет антисептиком и строгостью. Я сажусь на жесткий стул и чётко, по делу, отвечаю на все вопросы. Представляюсь. Озвучиваю свой возраст. Рассказываю о работе. О том, что сплю нормально. Что панических атак никогда не было. Аппетит в норме. Работаю, воспитываю детей. Стресс? Да, конечно, развод. Но я справляюсь. Одна из врачей, женщина лет шестидесяти, с умными, внимательными глазами, кивает, делает пометки.

— Пройдёмся по кабинету? — предлагает она.

Я прохожу по прямой, касаюсь пальцем носа с закрытыми глазами. Всё чётко, ровно. Я успокаиваюсь. Из головы исчезает весь страх и неуверенность, а вместо них остается только холодная решимость.

— Кристина Олеговна, как вы думаете, почему ваш муж говорит о вашей “невменяемости”?

— Он хочет оттянуть момент развода и припугнуть меня тем, что если я не откажусь разводиться, то он сделает все, чтобы отнять у меня детей.

— Хорошо. Я вас поняла. Подождите, пожалуйста, в коридоре. Мы с коллегами сейчас посовещаемся, и я вынесу вам заключение. Также это заключение будет автоматически направлено в суд.

— Благодарю, — поднимаюсь со стула, выхожу в коридор и облегченно выдыхаю. Прокручиваю в голове, как я отвечала на вопросы, как выполняла все, что мне говорили, и последние сомнения рассеиваются. Я здорова. Я не угроза для своих собственных детей.

Не проходит и пяти минут, как дверь кабинета открывается и та самая женщина, которая сидела во главе стола, протягивает мне листок.

— Вы абсолютно здоровы, Кристина Олеговна, — заключает она. — Никаких отклонений не наблюдается. Рекомендую избегать стрессовых ситуаций, но, полагаю, это и так очевидно.

Я киваю и беру заветный листок. Он кажется невесомым, но его вес как целое состояние. Моя адекватность, моя нормальность, подтвержденная официально. Выхожу из поликлиники на яркое солнце и делаю глубокий вдох. Воздух больше не пахнет больницей. Он пахнет свободой.

И тут меня осеняет. Я больше не хочу возвращаться в ту квартиру. В эти стены, которые помнят каждый его крик, каждый мой сдержанный вздох, каждый детский испуг. Я хочу нового начала. Чистого листа.

Сажусь в машину, достаю телефон. Набираю в поиске: “аренда с правом выкупа”. Выбираю спальный район, рядом с детским садом Киры, со школой Саши, с больницей. Варианты есть. Не шикарные, но светлые, уютные. И главное наши. Только наши.

Еду на работу. Сегодня мои уроки английского пролетают незаметно. Дети стараются, я включаюсь в процесс с головой и на полтора часа забываю обо всем. Выхожу из школы, все еще перебирая в голове варианты квартир, и чуть ли не сталкиваюсь с Сашей.

— Саша? — удивленно моргаю. — Ты откуда тут?

— Хотел удивить, — он пожимает плечами, но по его едва заметной улыбке видно, что он доволен. — Получилось?

— Более чем, — улыбаюсь я. — Как учеба? Все нормально?

— Нормуль. Даже домашку уже сделал. Пока ты на работе была.

Мы идем вместе, а я перебираю в голове, как начать разговор о переезде.

— Саш, а как ты смотришь на то, чтобы переехать? — наконец, решаюсь я.

Он настороженно смотрит на меня.

— Куда?

— В другой район. Поближе к твоей школе, к садику Киры, к больнице…, — добавляю я, видя его напряженную позу. — Мне... мне просто не хочется возвращаться в ту квартиру. Она о слишком многом напоминает.

Он молчит, обдумывая.

— Не знаю… Вообще я не против, но…но деньги? Нам хватит? Аренда, садики, коммуналка...

— Хватит, Саш. Ты ж не такой взрослый, чтобы думать о счетах. Оставь их мне. Поживи еще свое детство, — говорю я с улыбкой на лице. — Я позабочусь обо всем. И вообще, мне сегодня премию выдали. Приличную. И работа у меня стабильная. Мы справимся.

— Не знаю, — он все еще колеблется, но я вижу, что идея ему не противна. — Может, пока хотя бы просто сходим, посмотрим что-нибудь?

— А давай! — подхватываю я. — Может, начнём с чего-то нового? Диван, например? Наш уже старенький. Посмотрим. Пощупаем. Вдохнем в наши легкие немного жизни.

Его лицо наконец освещается улыбкой.

— А давай!

Мы идём в магазин, и я впервые за долгие годы выбираю мебель сама. Только для себя. Не оглядываясь на его вкус, на его “это не практично” или “это слишком дорого”. Я выбираю мягкий угловой диван цвета тёплой слоновой кости. Именно тот, что нравится мне.

Пока не покупаю. Еще слишком рано. Но уже останавливаюсь на нем. Даже представляю как бы он смотрелся в квартире. Но не в этой. А в новой. В той, что я видела на фотографиях.

— Красиво, — одобряет Саша, развалившись на нем прямо в магазине. — Одобряю! Как только решим все вопросы. обязательно за ним вернемся.

— Согласна, — подмигиваю, чувствую легкость в груди.

Это мои первые дни свободы. Всё идёт отлично. До тех пор, пока мы не забираем Киру из садика.

Воспитательница встречает нас с обеспокоенным лицом.

— Кристина Олеговна, Кира сегодня сама не своя. Весь день капризничает, кричит, не слушается. В сон-час никак не могли успокоить.

— Я с ней поговорю. Простите, за ее поведение. У нее сложный период в жизни.

Кира сидит на веранде одна, отвернувшись от всех, и упрямо ковыряет палкой в