(Не)желанная истинная северного дракона - Илана Васина

В моей голове не укладывалась эта цепочка событий.

Я всё думала про двух драгархов, сцепившихся там, у горного каравана, не на жизнь, а на смерть. Временами трогала кулон под платьем — подарок Свейна. Вспоминала его почтительные прикосновения. Неужели те же пальцы, которые с трепетом прикасались ко мне, не колеблясь вонзили кинжал в сердце друга?

М-да…

Резко стало не до мертвия и не до разговоров.

— Мы можем продолжить завтра? — попросила я и, заметив, как ярко вспыхнули глаза Бьёрна, быстро добавила: — Нам надо поговорить про мертвий. Я хочу о многом тебя расспросить.

— Конечно, истинная. Мы будем говорить исключительно про мертвий! — уголки его губ дрогнули.

Я с подозрением на него покосилась. Он смеётся?

Но не смогла ничего прочитать по невозмутимому лицу.

— Бьёрн… — пролепетала я.

— Да?

— Мне очень понравился сегодняшний вечер. Точнее… ты мне понравился. Но это ничего не меняет, понимаешь?

Он медленно, напряжённо кивнул.

Такое чувство, что шея с трудом ему подчинялась.

Я поднялась и указала в сторону двери.

— Мы можем вернуться?

Он мотнул головой.

— Ты спрашивала меня, я отвечал. Теперь моя очередь спрашивать, Мия. О тебе.

После откровенности тиарха отказать ему было бы грубо и несправедливо. Поэтому я развела руками, но на скамью не села, показывая всем видом, что не в настроении болтать о себе.

— Хорошо. Я устала, но если ты настаиваешь, то отвечу. Один вопрос, Бьёрн.

— Расскажи, как ты попала под опеку к этому… Как там его? — он наморщился, то ли пытаясь вспомнить имя, то ли выражая своё презрение к моему бывшему жениху.

— К Грегору? — подсказала я.

— Именно. К Грегору.

Бьёрн произнёс имя бывшего с таким отвращением, будто сплюнул с губ.

Я всё-таки села обратно на скамейку.

Второпях говорить о болезненном не хотелось.

Рассказала, как мои родители заболели во время эпидемии красной лихорадки. Нас с Олией уберегла Милайда. Та самая служанка, которая сейчас заботится о сестре, увезла нас тогда из города на целый месяц к себе в деревню.

Мы выжили. А вот родители — нет.

Когда вернулись, их уже похоронили. Нашим опекуном, согласно последней воле родителей, стал дарн Томас. Он заботился о нас до самой смерти. Потом… мы с Олией достались в наследство его сыну. Таковы законы Нок-талара.

Грегор сделал мне предложение, и я согласилась. Мне казалось, это самым верным шагом — ведь он изначально заботился не только обо мне, но и об Олии. А затем в один прекрасный день он пригласил прогуляться по зимнему Нок-талару и сообщил, что продал меня…

Стоп!

Я зажала рот ладонью, сообразив, что рассказываю Бьёрну то, о чём не собиралась.

Что со мной?

Почему я это делаю?

Поймала его взгляд и тут же поняла почему.

Этот дракон умел слушать, как никто другой. Внимательно — так, будто кроме меня больше никого в целом свете не было. И это подкупало.

Я снова поднялась со скамьи:

— Когда человек устал, он говорит больше, чем следует. Думаю, нам пора вернуться.

Бьёрн с неохотой встал. Его радужки снова полыхнули золотом. Похоже, мой рассказ его взволновал. Он заглянул мне в глаза.

— Мне жаль, что твой отец слишком рано ушёл. И не смог защитить тебя от мерзавцев. Надеюсь, ты позволишь это сделать мне.

— Эм-м… Спасибо, что выслушал, но…

Бьёрн вдруг опустил палец на мои губы и покачал головой.

— Это был не вопрос, истинная. Идём. Ты устала.

Он открыл дверь и проводил меня в спальню. В голове был бардак. На сердце тоже. Поэтому я оказалась совершенно не готова, к тому, что увижу в спальне. Когда мы зашли, нас обдало густым, терпким ароматом хвойных веток и свежей древесной стружки.

Я замерла на пороге, не веря своим глазам.

На столе красовался поднос с фруктами, но не фрукты меня поразили. По всей спальне — на подоконниках, у камина и даже на полу вокруг кровати — были рассыпаны аккуратные кучки блестящей золотистой стружки. Между ними стояли невысокие пеньки, на которых горели толстые восковые свечи, а на столе высилась гора сосновых шишек.

С первого взгляда — бардак. Или чья-то шутка. Будто кто-то решил лесную опушку перенести сюда. А потом... я поняла. И сердце предательски ёкнуло. Неужели этот суровый дракон решил устроить для меня этот сюрприз? Неуклюжий, странный, совершенно мужской, но такой искренний?

Я медленно повернулась к нему. На лице Бьёрна отразилось целое созвездие эмоций, пока он, наконец, не прикрыл глаза, а пальцы не сжали эфес меча.

— Бьёрн… это так неожиданно... И так приятно!

Он резко посмотрел на меня. В его взгляде читалось такое удивление, что мне захотелось его обнять.

Наверное, сомневался, что мне понравится его сюрприз. А может, слуги, которым он приказал всё это устроить, что-то напутали, и поэтому рот тиарха поначалу был крепко сжат, а на щеках ходили желваки. Злился на нерадивых исполнителей?

Зря. Очень зря.

— Откуда ты узнал, что наш с Олией дом находится в сосновом бору? — прошептала я, вдыхая запах хвои. — Этот запах для меня слаще любого другого!

Бьёрн издал какой-то неопределённый звук, похожий на сдавленный выдох. Он выглядел так, будто мечтал провалиться сквозь землю прямо сейчас. Медленно, через силу кивнул. Я подошла к нему и осторожно коснулась его руки.

— Спасибо. Это самый оригинальный, самый прекрасный вечер в моей жизни.

Бьёрн посмотрел на мою ладонь на своём рукаве, потом на стружку под ногами, и в его глазах мелькнуло непонятное мне выражение. Он медленно накрыл мою руку своей ладонью, на мгновение задержав её, а затем его взгляд переместился на тяжёлую дубовую дверь.

— Ложись спать, истинная, — приказал он и вдруг он направился к выходу.

Я удивилась:

— Куда ты?

— Мне нужно срочно переговорить с одним… драгархом.

Меня кольнула тревога. Тиарх слишком мало спит, а недостаток сна ещё никогда не сказывался хорошо на психике. Ему бы отдыхать побольше...

— Но ведь уже поздно. Разве ты не устал?

— Всю усталость как рукой сняло, — произнёс он, обводя комнату взглядом, — при виде этих милых шишек.

Глава 38

Бьёрн

Я нашёл Айвара в тренировочном зале. Поздний час не мешал советнику изнурять себя тренировкой. К счастью, других драгархов здесь не было.

Окликать его