Рябиновая кровь - Марина Адлер

Руки сжались в крепкие кулаки, когда Волибор вновь принялся окуривать ладаном тело, претерпевающее ежедневные несносные муки. Дарованное нечестивое колдовство, всякий раз, как его использовал, наносило непоправимый вред живой плоти.

— Хватит, государь, колдовать. Всё сложнее лечить вас становится, — надсадно выдохнул верный слуга. — Ещё немного, и совсем…

— Перестань, Волибор, поучать меня. Лучше добавь ладана в кацею[5].

Друг смиренно подложил смолы в ёмкость и дыма стало гораздо больше. Повёл рукой над кацеей, направляя сизую мглу к моим обнажённым участкам тела. Боль, что съедала разум ежечасной мукой, тут же стала утихать. Покои заволокло дымкой. Волибор закашлялся, но продолжил своё дело. Только это действо помогало мне восстановить хоть немного живую плоть, которая хранила в себе уж не один век нечестивую силу. Подарок, от которого не избавиться. Подарок, который и стал наказанием за ошибки ужасные. Подарок, который стал для меня поучительным проклятием и продлевал жизнь вместе с мучениями. Чем больше применял «дар», тем тяжелее становилось…

Юноша направил немалую порцию дыма к лицу, теперь непокрытому опостылевшим металлом. Боль окончательно унялась. Серебристые волосы, мирно лежащие на плечах, дарованные мне от мига первого вдоха при рождении, приятно засияли, принимая благодатные ароматы священного дерева. Парень же отвернулся. Даже ему было сложно смотреть на меня без маски. Но он не мог отказать в помощи, поскольку обещал десятилетия назад идти со мной сквозь вечность в ногу, помогать. Теперь и он не смел отказаться от данного слова. Волибор ни разу за долгие годы не озвучил своих сожалений о том, что вместе со мной замер во времени. Но таковое желание часто читалось в его глазах. Он страдал не меньше, но не смел жаловаться. Исполнял то, на что согласился, со всей ответственностью.

Воспряв духом, я поднялся с постели уж полнясь силами. Волибор поспешил надеть на меня широкие одеяния, скрывающие тело и, надев маску на лицо, внимательно окинул взглядом. Было важно, чтобы Ягда не видела меня пока не исполнит предначертанное. Знал, если увидит, то никогда не примет такое чудовище… Моё же сердце пылало при виде княгини. Это была она. Знал это. Хотелось всё рассказать. Сжать в руках и целовать. Бесконечно любить и заботиться. Но даже этого не мог сделать. Не даст проклятие могучее, открыть правду раньше времени. А посягать на девушку не имел права, не смел навязывать близость, хоть и супругами отныне стали. Помнил слишком хорошо, насколько провинился перед чистой душой. Не мог себе позволить упустить единственный шанс вернуть порядок и возвратить всё на свои места.

— Позови Ягду в основную светлицу сегодня, да холст с красками прикажи туда отнести.

— Обедает княгиня.

— Значит не тревожь. Пусть поест спокойно, после прикажи привести ко мне.

Волибор с тоской обратил внимание, как взял в руки посох и сел в кресло.

— Покои приказать проветрить?

— Нет. Немного побуду ещё тут.

Волибор отправился по поручениям. Я же стал раздумывать. Воспоминания накинулись на разум словно голодные птицы. Клевали беспощадными ударами совести. Образ Ягды так походил на образ той, за которую готов был отдать жизнь, но ошибся и проиграл в сражении с ложью…

* * *

Много лет тому назад…

— Выкраду, княжна, коль будешь так дразнить! — с усмешкой пригрозил. Сделал вид, что шучу, однако, мысли такие уж слишком часто посещали меня. — Выкраду, увезу на родину и женюсь!

Девушка заливисто рассмеялась, наблюдая за мной из окна княжеского дворца. Поправила чёрную косу, что блестящей змеёй вилась по её плечу, дразня мой взгляд. В карих глазах искрились задорные искры благородного янтаря. Рада намеренно выглянула из окна, не надев убранство на голову. Так принято было являться деве только перед мужем. Иначе — молва нехорошая понесётся быстрее ветра. Однако, свидетелей нашего вечернего разговора не было. Это хорошо проверил.

— Укради, княжич. Укради! — Вновь продолжила подтрунивать Рада. Уж не первый день так донимала она меня, зная точно, что не отдаст её отец мне в жёны.

Княжичу колдовских земель, который и сам, по слухам, родился сребровласым не с проста, не спешил князь Дарский давать ответ. Зато, заметил я согласие, покрытое поволокой насмешливости в словах самой Рады. Глядела лишь на меня княжна с самой первой нашей встречи. Распознал её благосклонность без труда. Оставалось договориться с её отцом, Святославом.

Приехали свататься к красавице— дочери князя Дарского многие. Среди них были и сыновья бояр, и княжеские сыновья, и даже молодой князь великого Варского княжества. Последнего то и готовили в мужья Раде. Я же, сгорал от ревности, когда её намеренно сводничали с ним, заставляя прогуливаться, беседовать. И хоть такие свидания проходили не наедине, как и полагалось, но мне не становилось легче. Желал, чтобы все эти разговоры с княжной принадлежали только мне. Чтобы и руку мне её отдали. Однако, отец Рады настаивал, чтобы дочь ближе узнавала князя варского. Со мной ей и вовсе мало давали говорить. Однако, нашёл я как беседовать с княжной. Вечером, когда никто не видел, мы часами говорили с ней. И каждый вечер Рада ждала меня у окна. Иногда мы шутили, а иногда о серьёзном рассуждали. Таких долгих разговоров Рада не вела даже с Младом. Я же хотел отнять её у всех гостивших во дворце молодых мужей.

Некоторые женихи, заметив, как влиятелен варский повелитель Млад, как статен, хорош собой и богат, быстро сдались и отправились восвояси. Некоторые же, как и я, остались, желая испытать удачу.

— Укради, колдун, ни то уеду с Младом. Стану его женой! — Улыбка на красивых губах девушки вдруг сникла. Она продолжила гораздо тише, заставляя и меня подойти к стенам дворца ближе. Окно из которого выглядывала Рада располагалось высоко, не давая сильно приблизиться к девушке. — Я слышала разговор отца с его советниками. Завтра даст своё благословение папенька на брак наш с Младом.

Глаза княжны наполнились страданием и слезами. Я понял, что не желает Рада выходить за варского повелителя.

-только скажи, княжна, и украду сегодня же. Без насмешек ответь, готова ли уехать со мной?

— Нас станут преследовать, — с опаской осмотрелась в поиске свидетелей разговора девушка. — Тебя убьют, если поймают.

Я выдохнул от облегчения и приятнейшего осознания — Рада переживала только о моей судьбе. Сама же, хоть сейчас готова была отправиться со мной в Ярое княжество.

— Не поймают. Млад и сам не погонится. С того мгновения,