Запретам вопреки - Кристина Лин

Надеюсь, она поймет намек и наконец-то свалит. А, впрочем, мне уже на это наплевать. Зато мне совсем не наплевать на то, что Диана, наверняка, подумала, что я флиртую с другими женщинами, стоило ей отойти на пару минут. Чувствую себя мерзавцем. Непривычно. Что за ерунда? Раньше я не парился такой фигней.

— Это не то, что ты подумала, — начинаю оправдываться. Хотя раньше никогда такого не делал. Странное чувство. Будто я, и правда, виноват перед ней.

— А что я подумала, дорогой? — хмыкает Диана, снова делая неопределенное движение рукой.

— Сколько ты выпила?

— Не твое дело! — она повышает голос, и несколько человек обернулись в нашу сторону.

— Понятно, — я притягиваю ее к себе за талию.

И снова в ноздри бьет, едва уловимый, аромат ее духов. Как напоминание о наших встречах в темноте. Непроизвольно наклоняюсь носом к ее волосам, втягиваю запах. Вкусная. Вся вкусная. Когда не строит из себя недотрогу, не девчонка — огонь. А теперь еще и сцену ревности решила мне устроить. Боже, надеюсь это ревность и для меня не все потеряно.

— Ревнуешь? — спрашиваю шепотом ей в ухо.

Она дергается, вырываясь. Качнувшись, чуть не падает, но я снова ловлю ее и прижимаю к себе.

— Не дождешься! — брыкается она. — О репутации твоей забочусь, муж ненаглядный.

Она снова пытается вырваться. Но я не даю ей этого сделать. Думаешь, позволю тебе упасть? Нет, только, если на кровать. И лучше, если эта кровать будет в моей спальне.

— Кажется, нам пора домой, — шепчу ей в ухо.

— Как жаль! А мне тут нравится. — Говорит Диана заплетающимся языком, в то время, пока я аккуратно подталкиваю ее к выходу. — Ты можешь идти с этой… как ее? Я бы тоже себе кого-то подыскала. Что скажешь?

Ну да, ага! Разбежалась. Скажу, что только этого не хватало! Я еще прошлую твою попытку пойти налево не разрулил, а ты уже кого-то там еще собралась поискать. Вот неугомонная девчонка! С нее станется. А потом она будет невинно хлопать ресницами за завтраком.

— Ты ведь не будешь против, милый? — продолжает Диана развивать тему. Это было бы забавно, если бы я не знал, на что она способна.

Запускаю руку в карман брюк, достаю мобильный. Нажимаю клавишу быстрого набора номера.

— Оставь ключи в машине, и на сегодня свободен, — говорю в трубку водителю. Не нужны нам сегодня посторонние.

— Хорошо, Дмитрий Анатольевич, — отзывается он.

Диана послушно идет со мной, каким-то чудом ни разу не споткнувшись. Мы выходим во двор, я без труда нахожу глазами свой автомобиль.

— Пойдем к машине, — говорю Диане.

— А давай лучше вернемся в дом. Там было так весело, а ты все испортил, — Диана выдохнула, потом икнула. А потом попыталась развернуться в сторону входной двери дома.

Ну, уж нет! В таком состоянии ты туда не пойдешь!

Перехватываю ее за талию, а потом подхватываю на руки.

— Что ты делаешь? — возмущается Диана. — А ну, пусти меня быстро!

Она машет руками, пытаясь вырваться. Сильная девчонка, еще немного, и ей это удастся. Успеваю донести ее до машины, до того, как она выскользнет из моих рук. Опускаю ее ногами на асфальт, открываю двери и заталкиваю на переднее сидение. А сам быстро обхожу машину и сажусь за руль.

Завожу мотор, машина трогается с места. Мы выезжаем со двора, и я жму на газ. На дорогах сейчас пусто, можно ехать побыстрее. Да и Диану нужно отвезти домой, как можно скорее. Еще не хватало, чтобы ее стошнило прямо в машине. Зачем только она напилась на приеме? Я не ханжа. Хочешь пить — пей. Но не там, где каждый встречный будет рад утопить тебя в сплетнях, подленько хихикая за спиной.

— Как же я тебя ненавижу, — бормочет Диана, прикрыв глаза.

Вот те новость! Не ожидал такого. И чего я тебе сделал, детка, чтоб ты меня ненавидела? Надеюсь, это пьяный бред.

— Тебе нравится унижать меня? — продолжает Диана.

Больно. Я стараюсь делать так, как лучше для нее, а она, оказывается вот как обо мне думает? Что я специально ее унижаю. Когда это я унижал ее? Блть, ни разу не задумывался, каково ей рядом со мной. Раньше женщины не жаловались. А чего им было жаловаться? Я на шмотки и украшения никогда денег не жалел.

— Меня от тебя тошнит! — шепчет Диана, будто через силу. Эти слова больно бьют по самолюбию, отзываясь неприятным спазмом в животе.

— Меня тошнит, — Диана шепчет последние слова совсем тихо, я едва смог их разобрать.

— Да, я понял уже. Тебя тошнит от меня. — Вырвалось у меня жесткое. Зачем только я терплю этот пьяный бред? — Ничего не поделаешь, придется потерпеть меня какое-то время.

Я бросаю взгляд в сторону Дианы. Она побледнела и, кажется, ей плохо. На самом деле плохо. То ли от близости со мной, то ли от выпитого алкоголя. Вот черт! Останавливаю машину. Диана тут же открывает двери и делает жадный вдох свежего воздуха.

Выхожу из машины, подхожу к ее двери.

— Давай, помогу, — говорю, наклоняясь и отстегивая ремень безопасности.

Диана упирается лбом в мое плечо. Запах ее духов кружит мне голову. Когда она не брыкается и не говорит, как сильно меня ненавидит, я готов простить ей что угодно. Вот прямо сейчас уже все забыл. Конечно, она так не думает, на самом деле. И не ненавидит меня. Да таких, как я, единицы. Ей просто повезло. А она не ценит, потому что слишком избалована.

Провожу рукой по ее волосам. Она что-то мурчит в ответ. Вот так-то лучше. Почти идиллия. Если забыть причину. По которой она в моих объятиях.

— Тебе уже лучше? — спрашиваю.

— Угу, — мычит Диана.

Она делает движение, отодвигаясь от меня. Откидывается на спинку сидения, прикрыв глаза.

Закрываю двери и возвращаюсь в водительское кресло. Когда машина трогается с места, выворачиваю руль влево, чтобы съехать с обочины и вернуться на дорогу.

Диана ничего не говорит. Она сидит, откинувшись головой на спинку кресла. Может, ей снова плохо?

— Диана, — зову ее тихо. Она не отвечает.

Пока мы стоим на светофоре, я аккуратно беру ее руку.

— Диана, как ты? — тихонько тереблю за руку.

— Мммм…, — мычит она, не открывая глаза.

Уснула что ли? Ну, молодец! Наговорила мне, что ненавидит и теперь спокойно спит. Сладко так причмокивая.

Быстро доезжаем до нашего дома по пустым улицам. Уже довольно поздно, и мне совсем не хочется видеть кого-то из прислуги.

Диана спит. Как маленький ребенок,