Запретам вопреки - Кристина Лин

немного приоткрыв рот. Выхожу из машины, а потом подхожу к двери с ее стороны. Моя девочка. Слишком красивая в этом наряде. Немного нереальная. Подхватываю ее на руки, несу в дом. Поднимаюсь по лестнице и заношу ее в спальню. Аккуратно кладу на кровать.

Сейчас она похожа на спящую красавицу. Поцелуй ее — и она проснется. Так в сказке. А у нас что? А в нашей с ней сказке она мне рассказывает, как ее от меня тошнит. Как только мы дошли до такого?

Аккуратно, едва касаясь, снимаю с нее обувь. Она крепко спит, даже не пошевелилась. Наклоняюсь к ней, снова вдыхая аромат волос, смешанный с запахом ее кожи. Я хорошо помню, какая она на вкус.

— Что тебе снится, принцесса? — спрашиваю шепотом.

Но Диана молчит, она все так же крепко спит. Она немало выпила. Наверняка, утром будет болеть голова. Но это будет утром. А сейчас ей надо отдохнуть. Я бы остался с ней здесь. Как этой ночью. Но тогда предлог нашелся. А теперь я даже не знаю, как она отреагирует на мою инициативу утром. Говорила ведь, что ненавидит. Это после чего? После этой ночи? И кто-то настроил ее против меня? За что ей ненавидеть? Глупости все это, пьяный бред.

Встаю с кровати и выхожу из комнаты. Всего в паре шагов по коридору дверь в мою комнату. Такая нелепость эти раздельные спальни. Хотя, когда она это сама предложила, мне идея понравилась. Теперь сам не рад.

Ну и денек сегодня! Как знать, чего от нее ждать завтра?

Кручусь в кровати, уснуть все не получается. Внезапный звук входящего сообщения звучит слишком громко для ночной тишины. И кому не спится так поздно?

Смахиваю блокировку. Чат. Тот самый. Сообщение от нее:

«Давай снова встретимся».

Как удар под дых. Вот как? Наверное, она проснулась. И первое, что сделала — написала ему. Она ведь не знает, что сообщение прочту я. Хочет встретиться? С ним? Чем же я тебе так не мил, Диана? Он лучше? Но он- это я. Других не будет, привыкай. С самого начала вся эта история с встречами в темноте мне не нравилась. Глупость какая-то, надо прекращать. Да, поначалу было забавно. А теперь вся эта история переросла в непонятно что. Мне значит «ненавижу», а ему «давай встретимся»? Зашибись, блть.

«Давай», — набираю ответ.

Глава 26

Диана.

Выхожу из машины и иду к гостинице, опасливо оглядываясь по сторонам. Необходимая предосторожность, учитывая то, что муж не должен знать, где я. Он убьет меня, если узнает.

Подхожу к двери и дергаю ручку на себя. Просторный холл, залитый ярким светом люстры, встречает прохладой кондиционера. Приятная атмосфера гостиницы, сразу ощущаешь, что персонал настроен сделать все возможное, чтобы угодить клиенту. За стойкой ресепшена приветливо улыбается девушка-администратор. Я подхожу к ней и, не снимая огромные солнцезащитные очки, закрывающие половину лица, говорю:

— Здравствуйте. Для меня забронирован двести десятый номер.

Девушка здоровается, заученно улыбаясь. Смотрит в монитор.

— Да, вот ключи, — и она протягивает мне пластиковую карту, которой я смогу открыть двери.

Забираю карту, иду к лестнице и поднимаюсь на второй этаж. Двести десятый номер нахожу быстро, а ключ срабатывает с первого раза. Надо же, а говорят, что эти замки вечно заедают.

Свет не включаю, прохожу в комнату. Подхожу к окну и задергиваю штору, чтобы ни один проблеск уличного фонаря не проник в комнату.

Оказавшись в полной темноте, снимаю длинный жакет и кидаю его на спинку дивана, который стоит рядом. На мне только тонкое шелковое платье, настолько невесомое, что я почти не ощущаю его на теле. То самое, которое было на мне в нашу первую встречу.

От волнения сердце гулко стучит в груди. Я знаю, что мой поступок нельзя понять, тому кто не захочет его понимать. А в том, что он ни за что не захочет меня понять, я уверена. И как-то оправдать себя у меня не получится. Поэтому мой муж не должен знать об этой встрече.

Он не поймет. И никогда не простит меня. Возможно, даже накажет.

Это предательство, как не назови. И потом мне предстоит привыкнуть к постоянному чувству вины. Но таков мой выбор. И я не передумаю. Ведь уже приняла решение. А Ахмедов слишком сильно зациклен на себе, чтобы заметить неладное.

В голове всплывает воспоминание о том, как он пришел ко мне ночью, чтобы развеять мои кошмары и дать то, чего в тот момент больше всего не хватало — ощущение безопасности. Зачем он так сделал? Быть может, я так сильно кричала во сне, что он не мог спать? Глупости! Между нами толстая стена, он просто не мог услышать. Разве только, если стоял в этот момент у меня под дверью. Но вот это как раз было бы самым странным.

Нет, тогда — это просто стечение обстоятельств. Наверняка, он случайно оказался рядом в нужный момент. Просто совпадение. И почему только я вспомнила о нем так некстати? Ведь этот вечер совсем не для моего мужа.

Напряжение охватывает тело, меня немного потряхивает, дыхание сбивается. Отгоняю от себя дурные предчувствия, нельзя, чтобы они завладели мной. Все равно, никто не узнает, где я. Нужно просто успокоиться, просто наслаждаться жизнью и этим моментом.

К черту Ахмедова! Он не имеет права выставлять мне счет за супружескую измену, когда сам не стесняется флиртовать с другими женщинами. Наверняка, одним флиртом он не ограничивается. Так уж повелось в нашем браке с самого начала — ни один из супругов ни во что не ставит верность и супружеский долг. Странно, что я вообще думаю об этом. Ведь раньше у меня не было сомнений. Даже наоборот, после каждой встречи с моим незнакомцем из чата я чувствовала удовлетворенность, похожую на сладкую месть.

Несмотря на темноту в комнате, я закрываю глаза, снова вспоминая горящий взгляд черных омутов. И, как обычно, по телу бегут мурашки. Так, будто он сейчас стоит рядом. Что за наваждение? Мотаю головой и открываю глаза.

Внезапная вспышка света от торшера позади меня заставляет вскрикнуть от испуга. По телу пробегает холодный пот. Я нервно сглатываю, зажмуриваю глаза. Но, когда снова их открываю, понимаю, что это все мне не привиделось. И мое местонахождение раскрыто.

Медленно поворачиваюсь. В кресле у стены напротив вижу мужской силуэт, который слишком хорошо мне знаком.

— Ну, здравствуй, жена, — разносится по комнате знакомый голос, отлетая от стен и оседая камнем внизу живота.