Запретам вопреки - Кристина Лин

Она ведь с самого начала хотела, чтобы мы были женаты только формально. И тогда я на это согласился. Стыдно признать, даже с радостью согласился. Как же все изменилось с тех пор.

Для меня изменилось. Но не для нее.

Выходим из гостиницы, идем к машине. Привычно открываю двери, забираюсь за руль. Все еще не могу отойти после полного фиаско этого вечера. Поэтому не сразу замечаю, что Диана и не думает садиться в машину.

— Я лучше вызову себе такси, — предлагает она.

Казалось, что лимит пинков в мой адрес на сегодня уже исчерпан. Но нет, Диана превзошла саму себя. Очередная пощечина, которую я не заслужил. И это уже слишком! Вылезаю из машины. Если понадобится, я силой затолкаю ее в автомобиль, она у меня поедет, как миленькая.

— Говорю последний раз, иди по-хорошему или…, — но договорить не успеваю.

Машина взрывается, а нас отбрасывает в сторону, как тряпичных кукол.

Первая мысль после взрыва — Диана. Когда подбегаю к ней, она лежит неподвижно. Что? Слишком сильно ударилась? Дышит? Жива? Прикладываю ухо к груди. С облегчением выдыхаю, когда удается расслышать сердцебиение. Руки дрожат от волнения. Не помню, когда последний раз мне было так страшно.

— Диана, детка, очнись, — шепчу, почти умоляю.

Мой голос такой далекий и непривычный сейчас. Он срывается на последнем слове, к горлу подступает ком. А если все серьезно? Если она не придет в сознание?

Трясу ее, пытаясь разбудить. Но она же не спит. А я просто не знаю, что еще делать. Она не может умереть, просто не может. Не отпущу.

Наконец она открывает глаза. Какое же это облегчение — понимать, что с ней все в порядке. Она ведь пришла в сознание. Значит все хорошо, да?

— Что случилось? — какой тихий у нее голос. Я едва смог понять, что она сказала.

— Нам нужно выбираться отсюда.

Бережно, как хрустальную куклу, поднимаю ее на руки. Мне казалось, что она тяжелее. Она вертит головой, пытается сопротивляться, но сил вырваться не хватает. Снова закрывает глаза. Только не теряй сознание, пожалуйста, лучше говори свои гадости. Я все стерплю, только не отключайся. Ведь я понятия не имею, что стану тогда делать. А оставаться тут нам никак нельзя. Машина просто так не взорвется. Кому-то очень хотелось отправить меня на тот свет. Но меня спасло ослиное упрямство Дианы, которое я всеми способами хотел искоренить.

— Отпусти она, — шепчет одними губами.

Совсем свихнулась? Ну, не может же тебе быть настолько противно в моих руках? Или может? Очередной удар по яйцам. Детка, на черный пояс идешь? Будто мало мне волнений за вечер. Думай теперь еще, не упадет ли Диана по дороге.

Но останавливаюсь и отпускаю ее. Она чуть качнулась, но устояла на ногах. Растерянно смотрит по сторонам. А потом, не говоря ни слова, лезет за мобильным в сумочку. А вот это ты зря! Мой телефон точно не прослушивается и не прослеживается, а вот твой, наверняка проверяется. Надо было сразу его выбросить. Но сразу после взрыва было не до этого. Выхватываю мобильник у нее из рук, вырубаю его к черту и выбрасываю, не глядя, в сторону.

— Я хочу позвонить отцу, — возмущается Диана.

Ага, даже не думай. Никому ты не позвонишь, пока я не разберусь с проблемой и не выясню, кто тот мудак, что пытался меня убить. Вряд ли целью взрыва была Диана. Машина моя. Да и не мог никто знать, что я на свидание с собственной женой поперся в отель на краю города.

Я все выясню, а потом просто куплю ей новый.

Но Диана, кажется, решила отправить в нокаут мою гордость. Она лезет за телефоном, чтобы позвонить любимому папочке. Конечно, он все разрулит. Только мне Дудаева-старшего сейчас не хватало!

Вытаскиваю ее на освещенную дорожку. Чуть грубее, чем следовало. Но терпение уже на исходе. Мне сегодня досталось так, как никогда в жизни.

— Нам нужно убираться отсюда, — говорю ей. — И домой нам тоже нежелательно возвращаться.

— И куда же мы пойдем?

Хороший вопрос. Диана практична, как всегда. Даже, если все идет не по плану, она не скулит и не жалуется. Сильная девочка.

— Есть одно безопасное место, — вовремя вспоминаю.

Есть у меня друг, которого я знаю с детства. Никита. Когда-то мой отец дружил с его папашей, и мы часто виделись. Потом они уехали, но вернулись. Сейчас моих родителей нет в живых. А вот его папаня смог пристроить сына в одно из ведомств в органы безопасности. Никитка толком не рассказывает, где служит. Но, похоже, что дела у него идут неплохо. Квартиру купил недавно, ремонт в ней делает. Я был там один раз всего, не так давно, приезжал поздравить с приобретением. Помню, он ключи оставлял над дверью. На время ремонта там никто не живет. Думаю, он не будет против, если мы с Дианой у него заночуем сегодня.

Приезжаем к дому, поднимаемся на одиннадцатый этаж. Диана даже не смотрит в мою сторону. Чем же я заслужил такую немилость?

Открываю квартиру ключом, который, слава Богу, оказался на месте. Включаю в квартире свет, прохожу внутрь. М-да, надо бы видеть лицо Дианы. Нет, милая, я не настолько мудак, чтобы везти жену в квартиру, предназначенную для встреч с другими женщинами. Ты за кого меня принимаешь?

— Это квартира моего друга, а не то, что ты подумала, — оправдываюсь, будто есть, за что.

Диана кивает. С опаской проходит в комнату. Там пусто. Хоть и стало получше, чем было, когда я бывал тут в прошлый раз. Вон даже ламинат лежит на полу. Кажется, в тот раз не было.

— И где мы будем спать? — спрашивает Диана.

Вопрос на сто баксов. Можно звонок другу? Кстати, Никитосу надо бы позвонить, сказать, что пришлось к нему вломиться на ночь. Может, я так и сделаю, заодно спрошу, где у него хотя бы одеяло. Но, вместо того, чтобы достать из кармана телефон, с деловым видом расхаживаю по квартире в поисках чего-то полезного для ночлега. Из находок — коробка с надувным матрацем, который еще надо чем-то надуть, и покрывало. Так себе набор. Но в нашей ситуации сгодится и это.

— В ванной есть чистое полотенце, ты можешь принять душ, — говорю Диане. Полотенце обнаружил, пока искал что-то, пригодное в качестве кровати.

— А ты?

Я? Я бы с удовольствием принял душ вместе с тобой. Тебе бы понравилось не меньше, чем мне. Так ты же меня не подпустишь,