Те самые Сейморы - Саванна Роуз

— Я учту, — перехватив дыхание, сказала я.

Он рассмеялся, все еще находясь близко ко мне, его дыхание было горячим на моей шее.

Не дав ему отстраниться, я повернула голову, коснувшись его губ своими — не нежно, но и не совсем напористо. Он вздрогнул от шока, и мне доставило удовольствие выбить его из колеи.

— У меня в жилах течет кровь американки, — прошептала я, позволяя губам скользить по его губам, пока я говорила. — А мы не очень сильны в том, чтобы избегать чумы.

Он прижался своими губами к моим, не открывая их, хотя я была податлива и готова к большему. С легким, удовлетворяющим звуком мы разомкнулись. Когда я взглянула на него, его глаза потемнели, уши покраснели, а в ямочке на горле я видела, как бешено пульсирует его кровь.

Я ухмыльнулась ему и развернула машину, чтобы отвезти его домой.

Он не проронил ни слова, пока мы не оказались в квартале от его дома.

— Ты этого хотела? — спросил он.

— Ага, — сказала я. — И того, в старой химической лаборатории, тоже вроде как хотела.

Он резко кивнул, все еще выглядя ошеломленным.

— Приятно это знать. — Он секунду смотрел на меня, когда я остановилась у его дома, затем просто покачал головой и вышел из машины.

Мое сердце бешено колотилось, пока я смотрела, как он уходит, надеясь, что только что не разрушила наши жизни. Но когда он обернулся у двери, чтобы взглянуть на меня, я не смогла заставить себя об этом беспокоиться.

Я не могла припомнить, когда в последний раз чувствовала себя более живой.

ГЛАВА 23

Школьная беговая дорожка представляла собой петлю длиной в милю, огибающую футбольное поле, поле для софтбола, теннисные корты и бассейн. Пробегая по ней, то и дело пропадаешь из виду то в одном, то в другом месте — всего на несколько секунд, если бежишь быстро. Но если кто-то специально не засекает время в этих слепых зонах, никто не заметит, если ты остановишься перевести дух. Или поцеловаться.

Мы с Руди уже успели доказать, что мы самые быстрые бегуны в команде, так что ни для кого не стало сюрпризом, когда мы начали соревноваться друг с другом. И когда мы остановились на следующий день после того, как я проводила его домой и прокатила с ветерком, рядом никого не было, чтобы увидеть, как он прижал меня к большому зеленому трансформаторному щиту и выцеловал из меня всю душу.

Его внимание заставляло мое сердце биться чаще, чем любая пробежка, а от его прикосновений перехватывало дыхание. Громоподобный топот приближающихся одноклассников заставил нас оторваться друг от друга, но я едва могла стоять на ногах. Руди рассмеялся надо мной и рванул с места.

Не в силах позволить ему победить таким образом, помчалась за ним. Я настигла его за стеной уличного душа, крутанула за плечо так, что его ноги подкосились, оседлала его, когда он упал, и поцеловала в ответ. Это было нечестно, я знала, как он сможет бежать, когда у него в шортах палатка? Но я лишь рассмеялась ему в лицо и побежала дальше.

На финишной прямой он все равно обогнал меня. Я уже строила планы мести, когда к нам подошла мисс Роуч, качая головой и хмурясь.

— Вы оба потеряли тридцать секунд по сравнению со средой. Мне бы не хотелось думать, что вы даете друг другу поблажки только потому, что обогнали класс. Если хотите соревноваться — соревнуйтесь в первую очередь с самими собой. Побивайте собственное время. Не начинайте сейчас расслабляться.

Едва она закончила, как остальные одноклассники начали пересекать финишную черту, и она просигналила свистком. Разминка, затем растяжка и моя передышка от девочек, а заодно и возможность стащить у Руди еще поцелуев, закончилась.

Не желая, чтобы этот кайф угас, я толкнула его плечом, проходя мимо.

— Встретимся у старого моста, под сломанным знаком «Купаться запрещено», в четыре, — пробормотала я, глядя в сторону.

— Буду там, — сказал он в свою майку.

Я быстро увеличила дистанцию между нами, пока теннисисты потянулись с поля к раздевалкам.

Пробежав трусцой, я успела принять душ раньше, чем Мэйси и Джулианна добрались до двери, создав себе буфер на случай, если они что-то заметили. Я не думала, что заметили. Мы с Руди были осторожны в выборе мест и времени, но мой параноидальный страх перед тем, что они сделают, если узнают, не позволял мне чувствовать себя в безопасности даже тогда, когда для этого были все основания.

Когда я вышла, полностью одетая, они обе ждали меня. Джулианна выглядела задумчивой. Мэйси, как обычно, скучала.

— Знаешь, получается, что между бегом и музыкой ты постоянно бросаешь вызов Руди. А с Сейморами на авторемонте… — она сделала паузу, содрогаясь, — …ты так или иначе соревнуешься со всеми ими.

— Кроме Гэри, — заметила я. — Я не вижу его ни на одном из наших занятий. Он второкурсник?

Джулианна нетерпеливо вздохнула, словно отвечала на этот вопрос в миллионный раз.

Снисходительно она сказала:

— Нет, он старшеклассник. Просто он не берет факультативы, потому что ходил в дерьмовые школы для бедняков и отстает на световые годы от базовой программы. Он довольно тупой, знаешь ли, прямо как все они.

— Переходи к сути, Джулианна, у меня на следующей неделе запись к маникюрше, и я бы хотела выбраться из этой раздевалки до того, как она наступит, — безразлично пробормотала Мэйси, разглядывая свои кутикулы.

Джулианна бросила на нее раздраженный взгляд, затем заговорщически улыбнулась мне.

— Суть в том, что ты занимаешь идеальную позицию, чтобы унизить их всех. Даже если у тебя нет общих занятий с Гэри, унижение его братьев ударит и по нему. Так что… я вижу, ты уже на пути к тому, чтобы обойти Руди на дорожке, но сегодня он все же тебя опередил. Нам нужно придумать, как гарантировать твою победу.

Я удивленно моргнула, гадая, не собирается ли Джулианна нанять мне тренера по бегу. Злобный блеск в ее глазах говорил, что нет, но я не могла придумать другого объяснения ее словам. Вернее, не хотела.

— Если получится, стоит сделать это вдвойне унизительно… Может, старый трюк с шоколадом на штанах, но я не знаю, как это замедлит его… О! Слабительное в его бутылку с водой! Бег ведь вызывает желание сходить в туалет, верно? Добавь слабительное — и он обгадит всю дорожку, а ты его наверняка