Ненужная жена, или Развод по-королевски - Ани Марика

и тенями новых гостей. Не успеваю ничего даже сказать, вскрикиваю от резкости. Сумрак срывается на бешеный бег. Легко перепрыгивает кучку поверженных и уносит нас по извилистому тракту.

— Люций, — оглядываюсь, замечая, как эльф взлетает с пылающими ярким светом руками до самых плеч. Завораживающе. Эффектно.

Отворачиваюсь, смотрю вперёд и чертыхаюсь. Морт тоже чертыхается. Потому что к нам навстречу скачут теперь гвардейцы Авалора.

— Ты у меня самая популярная нынче, — ворчит тёмный принц, крепче стискивая и наклоняя нас от летящих стрел.

Артефакт на запястье беспрестанно вспыхивает, закрывая нас куполом от снарядов. Подарок Люция работает.

Сумрак громко и зловеще ржёт и перепрыгивает всю эту делегацию одним махом. Гвардейцы даже удивлённо тормозят своих лошадей, и те на дыбы встают от возмущения.

— Ура! Мы смогли! — кричу я, вскинув руки вверх. — Я уже хотела артефактом воспользоваться и отправиться сразу в храм.

— Зачем? — удивляется Морт.

— Чтобы завершить эту гонку и пожениться. Это ведь точно остановит всех этих мужиков, желающих трон, — хмыкаю я.

Эдриан резко тормозит Сумрака, я чуть не вываливаюсь из седла и возмущённо пихаю в плечо.

— Что ты творишь, Эд?!

— Я отказываюсь жениться! — чеканит он.

— Что, прости? — перебиваю, ошеломлённо развернувшись. — Ты передумал?!

— Нет… Нет, Мира. Я не женюсь на тебе… — не успев договорить, Эдриан громко рычит и наваливается на меня.

Вскрикнув, успеваю придержать и смотрю на торчащую стрелу в плече.

— Пекло! — хрипит мужчина, пытаясь выпрямиться. Но вторая стрела прилетает ему в спину.

На нас опять летят стрелы, обнимаю его и опускаю взгляд на запястье. Браслет пуст. На нём больше нет стеклянных шармиков с защитным куполом. Драконье стекло сделало своё дело.

Эдриан вскидывает здоровую руку, отрезая нас тёмным щитом. Только это ненадолго. Он уже ранен двумя стрелами.

— Держись, — прошу, сжимая кулон перемещения. Хватит с меня драк.

Я представляю себе Магический лес. Ту самую полянку с озером, где мы с Мортом познакомились впервые. Возле тех самых гор, откуда я спустилась. Это ведь нейтральные территории. Туда можно переместиться. И они находятся с другой стороны Авалора. Нас не будут там искать. Не должны.

И почему я об этом не подумала раньше, глупая Мира!

Два удара сердца — и вакуум засасывает нас.

Ночь. Тишина. Лес.

Сумрак устало и громко фыркает. Переминается с ноги на ногу.

— Сейчас. Сейчас, подожди, — пыхчу я, сползая с коня и придерживая раненого Эдриана.

Потеряв опору в виде меня, тёмный принц просто кулем падает на бок и, матерясь сквозь зубы, рычит. Отправляю Сумрака на водопой и нависаю над лежащим мужчиной. Из его спины торчат две стрелы. Ужасно страшные и пугающие стрелы.

— Сейчас что-нибудь придумаю. Ты только не умри, — бормочу и быстро вытаскиваю из сумки накидку.

Постелив возле дерева, бросаю туда остальные вещи и возвращаюсь к Эдриану. Помогаю подняться и довожу до лежбища.

— Вынь стрелы, — требует он, садясь и выпуская из рук тёмную магию вверх.

— Это будет больно.

— Да, но их надо вынуть, чтобы моя регенерация начала работать, — хрипит Эдриан.

— Как это сделать? Тут зубцы, и они нанесут больше повреждений.

Эдриан тяжело дышит, секунду обдумывает и, схватившись за наконечник, который торчит из плеча, ломает его.

— Теперь вытаскивай, — приказывает и отключается.

Успеваю поймать и уложить на живот. Копаюсь в сумке и беспощадно разрываю одно из домашних платьев на лоскуты. Нависнув над мужчиной, собираюсь с духом и, зажмурившись, дёргаю ту стрелу, что он уже сломал.

Матерясь и проклиная весь мир, быстро и туго перевязываю и падаю рядом. Осталась ещё одна стрела. Её никак не сломать, поэтому придётся тянуть так. Наживую. И надеяться, что она не так глубоко застряла.

Я собираюсь с силами и сама себя уговариваю. Хватаюсь за стрелу и тут же отпускаю. Пока я копаюсь, Эдриан приходит в себя.

— Мира? — дёргается он, отчего я, шарахнувшись, падаю рядом.

— Ты вынула стрелы?

— Только одну. Ты меня напугал.

— Вынь вторую, малышка, — просит он, роняя голову обратно на накидку.

«Вынь вторую». Будто это легко сделать. Я вообще ни разу не медик. И от вида крови меня уже знатно колотит. А стрела торчит прямо из позвоночника. Вдруг задену что-то — и он окажется инвалидом. Я не хочу мужа-инвалида. Так, стоп!

— Ты сказал, что не женишься на мне?! — склоняю голову и нависаю, злобно смотря на профиль.

— Ты хочешь прямо сейчас это обсудить? — спрашивает, открыв один глаз.

— Да, знаешь ли, хотелось бы ответ получить.

— Я не женюсь на тебе… А-а-а-а!

Мужской голос срывается на ор, потому что я, разозлившись, со всей силы дёргаю. Чтобы не смотреть на кровь и часть плоти, выбрасываю куда подальше этот снаряд и, подхватив подготовленные бинты, прижимаю к ране.

— Я не женюсь на тебе…

— Хватит это повторять. Я не выйду за тебя замуж!

— Пекло! — шипит сквозь зубы заплетающимся языком. — Ты дашь мне договорить, женщина?! Я не женюсь, только чтобы облегчить нам жизнь!

Удивлённо отстраняюсь и в глаза заглядываю.

— Что это значит? — уже тише спрашиваю, помогая ему сесть и снимая безнадёжно испачканную в крови рубашку.

Эдриан выпускает холодную тьму на плечо, замораживая рану. Я поливаю рану на спине водой и, прижав посильнее, обматываю его по корпусу, чтобы кровь остановить. Потому что досюда он не дотянется. И не заморозит.

— Если ты хочешь выйти за меня замуж, только чтобы остановить своего отца или этих… всех. То у нас большие проблемы, — устало и тяжело дыша, говорит он. — Потому что ты нужна мне вся.

Двигаюсь ближе, в тёмные глаза смотрю и ловлю каждое слово, затаив дыхание. А Эдриан говорит тихо. Почти шепчет и сам тянет к себе. Его ладони скользят по талии и смыкаются на пояснице, припечатывая к груди.

— Нужна целиком и полностью, Мира. Со своим строптивым и временами скверным характером. Вредным и переменчивым настроением, оригинальным и уникальным мировоззрением, хорошим аппетитом, острым язычком, обезоруживающей улыбкой, сильным ударом и с шикарными изгибами и формами, от которых у меня стояк даже после большой кровопотери.

Мужские ладони смещаются ниже, прижимая меня к этому самому стояку. Аж дыхание сбивается. Он гладит меня, мнёт полупопие пальцами и смотрит завораживающе прямо в глаза.

— Я готов к трудностям