Аморальные - Алайна Салах

Бля-я, я, по ходу, реально тряпка. Всего вторые сутки без неё, и уже конкретно поплохело. Про работу нихера не думается… Вообще ни о чём не думается, кроме неё.

К вечеру ещё хуже становится. Эрик съебал Ариэль в рисовалку отвозить, а меня так разматывает, что сидеть на месте становится невозможно. По кабинету миллион кругов намотал, и потом осеняет меня, что уёбан этот губастый, который меня опрокинул, стопудово в курсе, где Эмма шкерится.

Его номер у меня ещё из ФСБ-шного досье имеется. «Педик» он у меня записан.

У окна торможусь и ему набираю. Спрошу, где Эмма. Если начнёт буровить — на хуй пошлю.

С третьего гудка он аллокает.

— Здорово, — говорю. — Это Костя.

А этот как моё имя слышит, сразу вызов сбрасывает. Я ещё набираю, а на том конце автоответчик сразу врубается. Пидор, он и есть пидор.

И, блядь, после этого меня так накрывает, что хоть на пол ложись. Потому что нихуя никаких концов нет. ФСБ-шнику можно набрать, чтобы местоположение её пробил, но, бля-я… Платить ФСБ-шнику, чтобы найти телку, которой ты больше нахуй не нужен? В прошлом году хоть реальный обоснуй был — она меня на бабки киданула… А сейчас стремно так.

То, что она другану своему со мной говорить запретила, о чём говорит? О том, что не просто выёбывается, а концы зачищает, чтобы её больше не доставал.

А я, блядь, жить без неё не могу.

Хочу в кресло упасть, но тут мобильник начинает трезвонить. Аслан звонит.

Я аж в себя прихожу резко. Этот хер когда просто так позвонит? Только по делу.

— Привет, Костя. Не отвлекаю?

— Нет, вола ебу. Что хотел?

— Да решил узнать, как у вас с Эммой. Всё нормально, нашлась?

Вроде и не отвечать ему можно, но так хуево, что даже на выебоны сил нет. А этот вроде какая-никакая, а семья.

— Нет, не нашлась. Мы посрались накануне, она шмотки собрала и съебала.

— Что, так серьёзно?

— Тема была такая.

— И что, как искать будешь?

Я ржу зло.

— Думаешь, мне не похуй?

— А тебе похуй разве? Ты же её любишь.

Я в кресло плюхаюсь и глаза рукой прикрываю. Блядь, хуево так, что реально охота реветь. И этот Ромео горный еще нагнетает.

— Я её другану детдомовскому звонил, — сиплю. — Этот стопудово знает, где она, но спецом динамит. Я ему в последнюю встречу ебало намылил.

— Так давай я к нему подъеду, поговорю. Номер кинь.

— А тебя он, блядь, слушать будет. Он не здесь даже, а в Зажопинске живёт.

— Ну, если по телефону не получится, скатаюсь к нему в Зажопинск. От нас сколько километров примерно?

Я ржу, а у самого аж в глотке першит, что ему не похуй. Кто я ему, по сути? Хер с горы, который два месяца назад нарисовался. А этот уже куда-то катить намылился, чтобы мои дела порешать.

— Тебе делать, что ли, нехер? Туда часов восемь ехать.

— Ну и нормально. За сутки, значит, точно управлюсь.

Этот чует, что молчу, видать, и сверху добавляет:

— Ты мне объект подогнал, в дом к себе пригласил как брата. Я только рад помочь буду. А зачем тогда ещё нужна семья?

43

И полчаса не проходит, как Аслан перезванивает и сходу начинает отчитываться.

— Трубку он взял, мы поговорили. Где сейчас Эмма, он точно знает, но адрес называть отказался. Поэтому надо с ним ещё раз с глазу на глаз по-человечески перетереть. Так-то он парнишка вменяемый.

— Этот пидор — кидала со статьёй. Так что ты булки не расслабляй.

— Всякое в жизни бывает, — этот выдаёт по-философски. — Меня самого по малолетке в обезьянник закрывали.

— За то, что людей на бабки кидал? — подъёбываю.

— Нет, за драки. Я подростком совсем неуравновешенным был. Чуть что не по нраву — сразу кулаками лез махать.

— Ну это, блядь, точно родственное у нас. Я с психу до сих пор могу ебальник расколотить.

Аслан давай ржать.

— Да, Эдик мне рассказал, что ты ему зубы сколол.

— Хера вы попиздели… Он уже и поныть тебе успел?

— Это он объяснял, почему вы не ладите.

У меня аж челюсть скрипеть начинает оттого, что этот гондон ещё и меня виноватым выставить пытается. Зубы я ему сколол. Если бы не Эмма, мог бы второй срок на зоне мотать.

— А как он меня на двадцать пять лепех киданул, не рассказал?

— Про это нет. Короче, всё сложно у вас, я понял, — Аслан тон на деловой меняет. — Ты со мной поедешь или мне одному топнуть?

— Тебе реально не в лом в другой город ради разговора с этим козлом таскаться? — переспрашиваю и опять охуеваю его простоте. И ведь хер пойми, будет результат или нет, а он всё равно готов подорваться.

— Я же не ради разговора, а чтобы вам с девушкой помочь отношения наладить.

— Да ясен хер поеду, — буркаю. — Только водила мой два выходных себе взял, поэтому на порше поехать придётся.

— Не-не. Я сам за рулём. Вообще не могу на пассажирском ездить.

— Да ты же, блядь, ездишь как отморозок, — ворчу. — В прошлый раз весь посёлок распугал.

— Аккуратно поедем.

Мне аж ржать над собой охота. Вот скажи мне раньше, что я буду ради телки по чужим городам гонять вместе с этим горным орлом, ни в жизнь бы не поверил.

— Ладно. Во сколько выезжаем?

— Через полчаса у тебя могу быть.

— Нихера ты быстрый. Давай часа через два. Я хоть пожру и переоденусь.

В десять вечера стартуем. Ещё из посёлка выкатиться не успеваем, а я уже завыть готов.

Отвык я на всяком пацанском говне кататься. Тачка у Аслана мало того что брюхом по асфальту шкрябает, так в ней ещё и ковши спортивные стоят, в которых сидишь как на деревянной скамейке. Плюсом резина низкопрофильная все кочки собирает. И ещё этот аккуратист форсажа пересмотрел и во все повороты на скорости заходит.

— Тебе в бизнесе по-любому развиваться надо, — ворчу, — потому что таксовать тебя ни хера не возьмут. Мы ещё километр не проехали, а я уже готов проблеваться.

— У тебя, может, вестибулярка слабая? — этот на меня косится.

— Да с хера это слабая? С тобой только космонавты ровно сидеть смогут.

— Девушка со мной ездит и вообще не жалуется.

— Она, походу, в тачках нормальных никогда не сидела, — хмыкаю.

— Ездила и ещё как, — Аслан бурчит и в окно насупленно пялится. — У неё «Бентли».

Тут я вспоминаю, что Эмма когда-то про его