Тайная сила врача-попаданки - Анастасия Александровна Гудкова

для совсем необычных для меня хлопот. Пришлось наспех разбираться с артефактом, который никак не желал выдать мне хоть сколько-нибудь теплую воду, чтобы привести себя в порядок. Кажется, в конце концов я вскипела, а пода не потеплела ни на градус.

Благо, Джули вовремя появилась, приложила магический пульт к нужному месту, задумчиво на меня посмотрела, головой печально покачала и ушла готовить завтрак. Меня тут же переполнило чувство благодарности: кухарка из меня и на обычной кухне весьма посредственная, а уж на магической мы рисковали спалить дом раньше, чем доварится каша.

Подруга, в отличие от меня, готовила с удовольствием и изюминкой. Например, в простой овсянке сегодня оказались яблоки, корица и мед. И вкусно было настолько, что я чуть язык не проглотила.

— Мари, ты уверена, что сможешь принять госпожу Лиру? — осторожно поинтересовалась Джули, забирая опустевшую тарелку. — С памятью у тебя не очень... Вдруг и с растиранием что-то не то выйдет...

— Вот тут я в себе уверена, — заверила я подругу. — Руки помнят, телесная память, все дела. В общем, не волнуйся, все с госпожой Лирой и ее шеей будет прекрасно.

Джули недоверчиво покачала головой, явно в моих словах сомневаясь. Но долго думать ей не дали — входной колокольчик оповестил о том, что пациентке уже не терпится размять шею.

Госпожа Лира оказалась дамой лет пятидесяти, кокетливой и жеманной. Сперва она долго рассказывала о том, с какими препятствиями она до нас добралась. Преграды на ее пути и впрямь были ужасные: сначала ее облаял чей-то пес, замечу, за забором, потом — пришлось перешагивать лужу, но растяжки бедолаге не хватило, так что она намочила каблучок. А после и вовсе ужасный ужас: кажется, пока она звонила в колокольчик, ее укусил комар. Но это неточно.

С трудом сдерживая смех, я проводила впечатлительную даму в массажный кабинет. Точнее, это в моем мире он бы так назывался, здесь же это была небольшая комнатушка, которую с утра мне показала Джули. Как и остальной дом, обставлена она была деревянной мебелью, повсюду пестрела зеленоватым декором. Хотелось зажечь ароматические свечи и наслаждаться уютом и тишиной. Надеюсь, хотя бы свечи-то мы можем себе позволить?

Вместо привычной кушетки в комнате оказалось несколько стульев и обычный стол, на котором взрослый человек вряд ли поместился бы целиком. Пришлось экспериментировать. После быстрого опроса выяснилось, что мается госпожа Лира, вероятнее всего, остеохондрозом. Да еще и рукодельничает, скрючившись в дугу, каждый вечер по несколько часов.

Дама была усажена на один из стульев, лицом к его спинке. Руки — крест-накрест, голова на руках.

— Милочка, вы уверены? — недоверчиво поинтересовалась госпожа Лира, неуклюже седлая стул. — Прежде я сидела в удобном кресле...

— Сильно помогало? — уточнила я.

— Могло бы и лучше...

— Вот и попробуем так, — отрезала я. Только иномирных советчиков мне не хватало.

Дама, оставшаяся в одном нижнем платье, испуганно затаила дыхание. А уж когда я освободила шею и плечи, едва не завопила, словно мы чем-то крайне неприличным занимаемся. Может, так оно и было, но я решительно не собиралась делать массаж через одежду.

Капнула на руки пару капель масла, а потом приступила к привычной работе. Разогрела мышцы, старательно избегая линии позвоночника. Тщательно размяла обе части спины, а затем перешла к шее. Осторожно, но достаточно сильно, чтобы пациентка ощутила воздействие, я промассировала все нужные точки. Госпожа Лира, охавшая от первых прикосновений, во время массажа, кажется, со своей участью свыклась. Кричать и топать ногами тоже перестала. А со стула и вовсе слезла с ловкостью юной девушки.

— Ну как? — улыбнулась я. — Легче?

— Милочка, ты кудесница, — всплеснула руками пациентка, качая головой как китайский болванчик. — Мне еще никогда не было так легко! Пожалуй, я зайду и завтра...

В мои руки перекочевал небольшой кошелечек с монетами. Госпожа Лира удалилась, оставляя меня в состоянии крайней задумчивости. Ну как у массажистки с постоянными клиентами может не быть денег?

Впрочем, правда выяснилась ровно в тот момент, когда через порог шагнул второй пациент — вихрастый восьмилетний мальчишка по имени Мик. И с него, как быстро напомнила мне Джули, я деньги не брала. Потому что упал он на моих глазах, а я — женщина жалостливая. Да и вообще, с детей в бедных кварталах деньги никто не брал: работать-то они не способны, а за пригрешения и безденежье родителей расплачиваться тоже не должны.

В общем, Мик убежал, почти не прихрамывая, а я задумалась. Благотворительность — дело чудесное и правильное. Но и на платеж за дом заработать как-то нужно было. Так ничего внятного и не придумав, мы с Джули собрали сумки с отварами и отправились на площадь, что располагалась в самом центре столицы.

— Только бы не погнали... - бормотала Джули. — Такой шанс, такой шанс... Ой, Мари, что это там?

На площади собралась толпа. Такая, какая бывает при неприятностях: люди метались, нервничали, но помочь ничем не могли. На земле сидел мальчишка лет десяти, мать которого настойчиво звала целителя, вот только на площади ни одного не оказалось.

Я прикусила губу. Мальчик рыдал и хватался за щиколотку, потом щипал себя за икроножные мышцы и протяжно выл.

— Подержи, — приказала я Джули, едва не бросая ей сумку с отварами.

А потом — рванула к мальчугану, пока подруга кричала, что к нему меня и близко не подпустят. Вот только она ошиблась.

Глава 5

Мальчуган, едва я подошла к толпе, взвыл так отчаянно, что слезы полились уже из глаз стоящей рядом с ним женщины лет сорока. Хотя, поди разбери возраст дам в этом мире: ни грамма косметики, зато одежда такая, что и не понять, не то девушка, не то бабушка. Правда, из причитаний я разобрала, что плачущая мадам — мать мальчишки.

— Что случилось? — спросила я, расталкивая охающих, но совершенно бесполезных в этой ситуации женщин.

На меня тотчас посмотрели так, словно паука увидели. И ответом не удостоили. В другой момент я бы, может, и обиделась. Но сейчас меня куда больше заботил ребенок, чем моя гордость. Так что я присела на корточки и обратилась уже к нему, надеясь, что я не получу удар в спину в самом прямом смысле этого выражения. К счастью, причитающая толпа признала право матери решать судьбу случайной помощницы своего ребенка, а мать была слишком занята собственными рыданиями.

Что до мальчика... Когда так больно, и говорящей гадюке обрадуешься, лишь бы помогла.

— Я шел, — всхлипнул он. — А потом вот тут ка-ак заболело. Как будто схватил кто