Фредерик - Алиса Бастиан

— Боюсь, у вас не хватит платьев, — спокойно улыбнулся он.

В какие бы игры ты ни играла, как бы приятно ему ни было выглядеть с тобой парой на мероприятиях или ощущать твои руки на его коленях, он оставался — и навсегда останется — доктором Ч. Мужчиной, который любит съязвить, сострить и прокомментировать всё в своей манере.

Даже когда это не очень уместно.

— Не бойтесь, — точно так же улыбнулась ты ему в ответ.

Уж точно не этого.

— Презентация книги завтра, — посмотрел на тебя доктор Ч.

Чёрт.

— Отлично.

То платье, на которое ты возлагала большие надежды, должно было прийти завтра утром, но могло и задержаться. Только бы пришло!

— Успеете принарядиться? — усмехнулся он.

— Вы с ума сойдёте, — многозначительно отозвалась ты.

Правда.

Доктор Ч. явно был очень доволен тем, куда завернул ваш разговор.

— Я заеду за вами в семь, — сказал он, наотмашь ударяя тебя по лицу. И в солнечное сплетение. И в самое сердце.

Я заеду за тобой в семь.

У меня нет телефона.

И у меня ничего не изменится.

— Вы в порядке? — доктор Ч. с тревогой посмотрел на тебя, и ты боялась представить, что же такое было на твоём лице. Наверное, всё, что ты чувствовала.

— Конечно, — ответила ты, беря себя в руки. — Но я могу приехать сюда.

— Не стоит. Завтра у нас не была запланирована встреча, да и ехать нам в другую сторону, как раз мимо вашего дома.

— Вы знаете, где я живу?

— Разумеется, — блеснул доктор Ч. той самой белозубой улыбкой, по которой ты, увы, не успела соскучиться.

— Откуда?

— Адрес был в документах.

— Неправда, — сказала ты. — Там указан его адрес.

Ты захлопнула рот, поняв, что выдала себя. Хотя, наверное, доктор Ч. не просто так спрятал те бумаги со стола. Может, он даже заметил пятнышки крови от твоего пореза. В любом случае, было бы логично предположить, что в каких бы то ни было бумагах указан адрес твоей любви, а не твоя квартирка, в которую ты прибежала после той ночи и в которой несколько часов лежала на полу, не в силах позвонить в полицию.

— Нет, — сказал доктор Ч. — В тех бумагах, которые вы заполнили, подавая первый запрос о посещениях.

Что?

— Вы же их выбросили! — возмутилась ты скорее тому, что он действительно отправил тогда в мусор твой запрос, чем тому, что он взял оттуда твой адрес.

— Может, я хотел, чтобы вы так думали.

Прекрасно.

Вы посмотрели друг на друга, и ты в который раз поняла, что от доктора Ч. можно ожидать чего угодно. Что у него может быть припрятано своих личных намерений и дерзких секретиков не меньше, чем у тебя. Но это не должно помешать. Ты делала ставку на то, что очень скоро должно произойти. И на то самое платье.

Золотое, с превосходящим все твои представления о приличиях разрезом.

— И зачем же?

— Чтобы вы поняли, что это бесполезно, и больше не приходили.

— Но я приходила.

— Но вы приходили, — эхом отозвался доктор Ч.

— И всё ещё прихожу, — сказала ты, смотря ему в глаза.

— И ещё придёте, — ответил он на твой взгляд.

Ты улыбнулась. Доктор Ч. не спрашивал. Он утверждал. Тебе это понравилось.

— Да уж, просто так вы от меня не отделаетесь, — усмехнулась ты.

— Как и вы от меня, — улыбнулся он.

Да он сегодня в ударе.

— Как вы себя чувствуете? — спросил доктор Ч., вставая со своего кресла.

— Хорошо, — осторожно ответила ты. Он как-то резко сменил тему.

— Не хотите прогуляться?

Ты машинально повернула голову к окну — лил дождь.

— О, нет, нет, не там. Здесь. Небольшая экскурсия? — предложил он.

— Конечно, — согласилась ты.

Особенно тебя интересовало одно конкретное место, но ты решила сама не затрагивать эту тему.

Он закрыл свой кабинет, и вы отправились на экскурсию. Конечно, ты уже много раз здесь бывала, но в основном по одному и тому же маршруту — фойе, лестница, коридор, кабинет. Иногда, вместе с доктором Ч., другой коридор и крыло с пациентами. В принципе, всё, хотя больница, конечно, была гораздо больше вышеперечисленного. Доктор Ч., размахивая своим пропуском, провёл тебя по всей административной части, по хозяйственной, мимо медицинского и терапевтического блока, пройдя здание по периметру. Ты вежливо кивала, когда он рассказывал и показывал тебе, что у него тут имеется. К тому моменту, когда вы снова оказались у крыла с пациентами, ты уже устала. Но доктор Ч., казалось, этого не замечал.

— Кое-что комиссию всё-таки не совсем удовлетворило, — признался он, останавливаясь у дверей.

— Да?

— Мне, знаете ли, посоветовали проявить больше усердия в отношении налаживания коммуникации, — сказал доктор Ч. с явным сарказмом.

— С кем? — спросила ты, почему-то подумав о персонале.

— С пациентом, — ответил он, прикладывая пропуск к считывателю, — не желающим идти на контакт.

Открывшаяся дверь в отсек, где располагалось стерильное пристанище твоей души, красноречиво говорила, с каким именно.

— А я не очень люблю, когда комиссия даёт мне советы, — закончил доктор Ч.

Ещё бы.

— Может, вы намекнёте ему, что это ради его же блага?

— Его или вашего? — прямо спросила ты.

— Общение здесь — это естественный процесс, но он должен быть обоюдным.

— Разве он обязан с вами разговаривать?

— Скажем так, — доктор Ч. слегка наклонил голову, — так было бы лучше.

— И как же я должна ему намекнуть?

Дорогой, не мог бы ты быть поразговорчивее с доктором Ч.?

— Например, сказать, что беседы с врачом благотворно влияют на вас. То же может сработать и с ним.

— На меня благотворно влияют наши беседы? — фыркнула ты.

— Конечно. Вы даже изъявляете желание социализироваться, хотя до этого два года находились в отношениях, полностью ограждающих вас от социума, — кивнул доктор Ч.

По правде, ты не могла понять, серьёзно он говорит или нет.

— Ладно, — пробормотала ты, только чтобы закончить этот неожиданный разговор.

Вскоре ты оказалась лицом к лицу со своим сердцем, спрятанным за стеклом. Доктор Ч. находился неподалёку, делая вид, что не прислушивается к вашему разговору. Ты изо всех сил старалась выудить из головы, в которой смешалось столько мыслей, столько фраз, планов и линий поведения, то, что было бы уместнее всего. В итоге вы ограничились двухминутным разговором, настолько безликим, что тебе даже было стыдно. Но ты знала, что он всё понимает. Ты видела это в его глазах. Таких родных, таких тёплых, смотрящих на тебя, таких холодных, видевших доктора Ч. за твоей спиной. Ты сказала то, что просил тебя психиатр, но вы оба получили в ответ лишь усмешку. Впрочем, ничего другого