Надежда маяка - Анна Леденцовская

С неба в ореоле больших мыльных пузырей спускался здоровенный шар с темной фигурой внутри. Из него и доносился громогласный рев и, казалось, еще чье-то бормотание, почти неразличимое за истошными звуками.

По мере спуска пузыри вокруг шара лопались. Кто там и откуда он взялся над башней, было совершенно непонятно, но Крохалева, вглядываясь в темную фигуру, ощутила, как почему-то неожиданно сильно заколотилось сердце и сжалось в предчувствии чего-то поистине волшебного.

Вскоре пузырей почти не осталось, и шар стал просто падать на крышу. Надежда завизжала, испуганно прижав руки к груди, потому что узнала хрупкую фигурку в очках внутри прозрачной и, казалось, совершенно ненадежной сферы.

С неба на нашу затворницу в прямом смысле слова падала ее любимая драгоценная бабушка, растопырившись как звезда в своем пузырчатом вместилище.

«Разобьется же! Или отскочит куда-нибудь в страшный лес», — молнией мелькнула в голове кричащей девушки паническая мысль, но небесный шар, шмякнувшись с сочным «чавк», просто прилип к каменной площадке башни.

У пожилой дамы внутри ни нога, ни рука не дернулись. Она совсем не шевелилась, но глаза Надежду не обманывали: внутри точно была Клара Петровна. Старушка была бледная и зеленоватая, с зажмуренными глазами и застывшая, как манекен.

— Это чегой-то еще нам за несвежий трупик подсунули? — Алка Аргумент облетела вокруг магического НЛО. — Может, спихнуть тухлятину? А то вдруг вылезет да Надьку покусает? Потом нам скажут: не уберегли, да и отнимут фейскую магию. Я деревяшкой бессловесной больше быть не желаю!

— Точно! — Венька, задиристый, как все пацанята, тоже не хотел всю жизнь что-то взбивать и поддержал скалку.

— Нет! — хрипло, сорванным от визга голосом прошептала Надя. — Это моя бабушка. Только я не знаю, как она тут оказалась и что с ней. Винни обещал ей сказать, что со мной все в порядке! Бабушка!

Надежда кинулась к шару, пытаясь сообразить, где он открывается, но кочерга и ухват, как алебарды стражников, вдруг скрестились перед ней, перегораживая дорогу.

— Ты, девка, погодь, — начал дядька Ух, как всегда неторопливо и обстоятельно, — мы тут незнамо где, и штука эта шлепнулась тоже незнамо откель! Ежели бабушка, то, конечно, хорошо. А ну как не она?

Тетушка Агата, беспокоясь за Наденьку, ему вторила:

— Вот чуток подождем, посмотрим… Некроманта ты попросила, а он не зомби ли, часом, сделал из старушки? Может, она померла там с перепугу, а он ее вот так забрал и тебе попрощаться в посылочке отправил…

Крохалева от такого предположения чуть сама трупом не пала и схватилась за заколовшее от дурной мысли «а вдруг» сердце.

Хорошо, что пушистый и беззаботный Мимишка, обнюхивавший в это время прилипшую к крыше сферу, решил тоже добраться до ее содержимого, которое почему-то выусню приглянулось. Один тычок когтистой лапой — и из шара начал выходить воздух. Оседая, оболочка испарялась на глазах, и вскоре на каменных плитах, осоловело моргая, сидела еще зеленоватая, но, кажется, совершенно живая и реальная Клара Петровна с огромным рюкзаком, на который она опиралась спиной, и со слингом из шали на груди, в котором ворочалась… правильно! Беременная кошка Найдена, перенесшая в своей кошачьей жизни уже два сверхъестественных, магических путешествия.

— Бабулечка! — уже нисколько не сомневаясь и оттолкнув живой инвентарь, кинулась Надежда к пришедшей в себя старушке. — Как ты тут оказалась? Тебя Винни перенес? А где он сам?

Вот правду говорят, что пожилые люди советской закалки — совершенно иная порода. Казалось бы, попала в другой мир, кого только не перевидала, упала в шаре с неба на крышу башни, но Клара Петровна взяла себя в руки моментально, несмотря на то что мутило ее знатно. Быть на старости лет десантником бабуле не понравилось.

— Внученька! — Худенькие руки моментально вцепились в рухнувшую рядом на колени девушку и ощупали ее. — Живая! Здоровая! Слава богу! А это что за звереныш? Не опасный?

Любопытный выусень практически влез между ними, карабкаясь на колени пенсионерке и пытаясь добраться до кошки. Найдена, учуяв другое животное, взвыла, а потом застонала почти по-человечески жалобно. По животу Клары Петровны, намочив ткань, побежала теплая струйка.

— Божечки! Найденка рожает! Надька, помоги подняться. — Старушка оперлась на руку девушки и, спихнув с коленей раздосадованного Мимишку, кряхтя встала на еще нетвердые после эпичного десанта ноги. — Коробку бы надо…

— Ящичек подходящий у нас имеется, — подхватил рогульками ухват под руку не ожидавшую подобного обращения бабульку. — Мы проводим, и пожиточки-то скиньте. Алка вон и малец принесут за нами.

— Да вы не пужайтесь, — пропела кочерга, подныривая с другой стороны для равномерной опоры. Вдвоем с ухватом они практически понесли ошарашенную таким поворотом Клару Петровну к спуску с крыши. — Я Агата, а это Ух. Мы внучке вашей в помощь назначены и замагичены феями.

— Мы, между прочим, тоже! — недовольно и ворчливо буркнула в спину скалка, которой достался рюкзак пожилой попаданки и венчик в качестве напарника по его транспортировке. И назвалась сама, не дожидаясь, пока их представят: — Я Алевтина Аргумент, а мелкого Венька зовут.

— Ага, — вместо «приятно познакомиться» только и смогла кивнуть на все это Клара Петровна, изо всех сил стараясь не повиснуть кулем на летящем печном инвентаре. Она смотрела слезящимися от захлестывающих ее чувств глазами в спину идущей впереди Наденьки и прислушивалась к жалобным мявкам тяжело дышащей Найдены, которую прижимала к груди.

Вот на эту спину они чуть не налетели, когда девушка замерла в дверях, а потом ринулась внутрь, схватив по дороге старый веник, стоявший у стенки как раз рядом с входом.

— Ах ты дрянь зеленая! Мы тебя приютили, кормили, поверили! — Забыв на мгновение и про бабушку, и про рожающую кошку, Крохалева, вооружившись, принялась гонять по кухне заверещавшего Лыря, который, убегая, выронил из рук меховые лоскуты ее драгоценной шапки для сна.

— Лырь не хотели! — визжал подвластный духу вандал. — Лырь они хорошие! Лырь принести много грязь и садить все для большой тебя-а-а…

Прыжкам и петлянию по кухне внучки и зеленого человечка положил конец властный окрик бабушки и надрывный кошачий мяв.

— Прекратить! Этого пусть кто-нибудь поймает, чтобы не удрал, потом разберемся. Надежда, успокойся! Уважаемый, вы говорили про какой-то ящик?

Теперь движение в кухне упорядочилось, подчиняясь уверенным командам хрупкой пожилой дамы.

Надежда села на стул, приняв от Агаты чашку с успокаивающими травками и