Холодное сердце - Кристина Лин

Малышка выронила игрушку, а я, как завороженный смотрел на нее сверху вниз. Опустился рядом с ней на корточки, поднял с пола мишку, и на меня уставились голубые глаза. Так неожиданно непохожие на карие глубины, но смутно знакомые.

Новость, что у нее есть ребенок, настолько ошеломила, что я даже не поздоровался. Прошел мимо и вернулся в машину. Положив голову на руль, я не мог поверить, что у нее есть ребенок. И одновременно чувствовал себя идиотом. Я давно должен был догадаться, что сбегает она не кошку кормить.

Выехал из двора и поехал в офис. Все данные о сотрудниках хранились в единой базе данных. И теперь мне было непонятно, как я раньше не догадался посмотреть ее личное дело. Такая недальновидность была мне не свойственна. Я встречался с женщиной, о которой толком ничего не знал. Вернее, думал, что знаю. Но оказалось, что я совсем ее не знаю.

Несмотря на субботний вечер, меня легко пропустили в здание, ведь пропуск всегда с собой. Зашел в кабинет и включил ноутбук. Обычно базу данным по сотрудникам можно просматривать только тем, кому эти данные необходимы для карового учета. Но у директора есть доступ к любым данным.

Мой вечерний забег ничем не помог. В личных данных не было информации о ребенке. Просто потому, что она ее не указывала. Обычно эти данные сотрудники заполняют, когда хотят получать новогодние подарки и путевки в лагерь летом. А Рита, как обычно, рассчитывала только на себя.

Разочарованно выдохнул и позвонил своему давнему знакомому, попросил узнать о Марго все, что можно, а главное — о ребенке. Когда девочка родилась? И кто отец?

Всю ночь не сомкнул глаз, вспоминаю встречу в магазине. Почему она не сказала? Сколько малышке? Год? Полтора?

Весь день я метался по квартире, расхаживая из угла в угол. Ворох воспоминаний двухгодичной давности обрушились на меня. Я хорошо помнил, как тогда все закончилось. Тогда я быстро собрался и уехал, и ни разу за два года не пытался связаться с ней. И, насколько я знаю, она меня тоже не искала. А если это мой ребенок? Да, нет, не может быть. Она бы сказала мне уже. Она бы разыскала меня еще два года назад. Да и теперь, когда мы вместе почти каждый день, с утра до вечера, наверняка, она бы нашла время сообщить мне о ребенке. Тогда от кого малышка?

Больше всего я ждал информацию из свидетельства о рождении. И только вечером мне на почту пришли документы. Фамилия отца, как и его имя, мне не говорили ни о чем. Глянул дату рождения, и стал считать. Если отсчитать девять месяцев, то как раз тогда у нас был роман. Разве могла она тогда встречаться еще с кем-то? Нет, это невозможно. Я приходил к ней каждый день. Рита, конечно, уникальная женщина, но даже ей не под силу находиться одновременно в двух местах. А, значит, малышка — моя дочь.

У меня есть дочь, а я узнаю об этом вот так, совершенно случайно. Она ничего мне не сказала тогда. И молчала теперь. Почему? Разве я не имею право знать?

Я никогда не был идеальным, возможно, у меня хватало недостатков. Но отказываться от своего ребенка я бы не стал. Почему она мне не сказала?

К тому, что она все решает сама, ни с кем не советуясь, я уже привык. И в этот раз она точно так же сама все решила. И что-то мне подсказывает, что, если бы не инсульт отца и эта случайная встреча сегодня, я так и не узнал бы о ребенке.

Злость на грани с отчаянием разлилась по венам. Все, чего мне хотелось, это найти и разорвать стерву на части. Всегда сама по себе, она не хочет понять, что теперь ведь речь не только о ней одной, ребенку нужны оба родителя. А она все решила и за меня, и за малышку.

Не помню, как оделся и вышел из дома. Ехал в машине, а потом вышел, остановившись возле ее двора. Знакомую фигурку на детской площадке я узнал издалека. Я шел к ней, и все, о чем думал, это — каким способом придушу эту дрянь? Вечно она должна побеждать, даже, если при этом речь идет о жизни маленького ребенка. И теперь я со злорадством думал о том, что она всегда на высоте, даже тут она меня сделала. Как же я ее теперь ненавидел!

Словно почувствовав мое приближение, она повернулась, и на миг я увидел страх в карих глазах. И сейчас мне это понравилось. Хотелось, чтобы она боялась, потому что она заслуживала наказания. Я подошел еще ближе, и такой знакомый аромат ее духов заполнил легкие. Руки сжались в кулаки, жаль, что не на ее шее. А потом легкое касание к моей ноге вышибло разом весь воздух из легких.

Я посмотрел вниз и увидел, как малышка цепляется за мою ногу. Еще и что-то бормочет, такая смешная и маленькая. Она посмотрела на меня своими синими глазами, точно такими, как у меня. И вся злость куда-то делась. Наклонился и подхватил ее на руки, а, когда она доверчиво прижалась к моей груди, понял, что не отдам ее. Что бы там Марго себе не надумала!

Рита взяла у меня ребенка и пошла в дом, а я поплелся за ними.

Смотрел, как она укладывает ребенка спать, рассказывает сказку и малышка зевает, а потом глазки ее закрываются. И думал о том, сколько всего я пропустил. Сколько было за два года таких моментов, когда меня не было рядом. Просто потому, что гордость не позволила ей сказать о том, что я нужен. Два года назад она сделала мне очень больно, но то, что я чувствовал сейчас, невозможно было даже сравнить. Тогда мне казалось, что хуже уже быть не может. Оказалось, что еще как может.

Когда девочка уснула, мы зашли в кухню, Рита тихо прикрыла за нами двери. Она молчала, а я хотел объяснений. Хоть и понимал, что никакими объяснениями ее поступок не оправдать.

— Почему ты не сказала мне? — этот вопрос вертелся на языке весь вечер, пришло время его озвучить.

— Ты ушел, и я думала, что тебе вряд ли нужен ребенок. — Она смотрела на меня своими карими глазами, сейчас в них не было привычного высокомерия, но легче от этого не становилось.

— Ты думала?! —