Дерзкая для имперца: союзники поневоле - Наталья Нежданова

— Увидишь!

— Э, нет, — отвечаю я. — Сначала скажите, кто вы такие!

Включаю ментальную магию, но понимаю: если тот, кто со мной разговаривает, хорошо поднаторел во лжи и притворстве, мне это не поможет. Тем более, на таком расстоянии.

— Неважно! У тебя всё равно нет выбора! Не знаешь дороги — не дойдёшь!

Последний аргумент — очень весомый. Делаю Шану знак успокоиться и решительно произношу:

— Ладно!

Долго шагаю следом за тем, с арбалетом. В направлении Загорья, и это вселяет в меня надежду, что всё будет хорошо.

Наконец, сворачиваем в сторону и спускаемся по неприметной тропе. Когда оказываемся на дне впадины, замечаю вход в пещеру.

— А ты крепкий, хорошо ходишь! — кажется, это комплимент.

С опаской ступаю под каменный свод. Надо же, у них тут уютно даже. В очаге, над которым отверстие для дыма, пылает яркий огонь. Деревянные лавки застелены шкурами.

В пещере всего пятеро. Мужчины. Явно только что вошли. И старуха у очага сидит. Шерсть прядёт.

Если это все, и среди них нет магов, то мне здесь точно будет безопасно.

— Сначала проверим тебя! — замечает плотный темноволосый мужчина. — Снимай мешок и иди сюда!

Что они собираются делать? Мне становится не по себе.

— Не бойся! Просто возьми её за руку и отвечай на мои вопросы!

Старуха откладывает пряжу и поднимается с лавки мне навстречу. Чувствую прикосновение ментальной магии. Ага, она у них типа детектора лжи!

— Мне показалось, что не врёт, но ты посмотри как следует!

Её и правда не обманешь, очень сильна. О чём они спрашивать будут?

— С тайной стражей не связан?

— Нет, что вы!

— Зачем тебе в Загорье?

— Просто жить хочу спокойно, по-человечески. Надеюсь, получится.

— Возможно. Кто ты на самом деле?

Вот что мне отвечать на это? Она ведь почувствует ложь.

Я начинаю дрожать. Действительно, кто я? В прошлой жизни меня звали Светой. Потом Ларой и Ренией. Так кто же я на самом деле?

Да кому какое дело до моего имени! — решаю, наконец, я. Дело вовсе не в имени. Дело в другом.

Кто я? Той девочки с больным телом и надломленной душой больше нет. Она действительно умерла.

Древлянская поселянка? Нет. Боевой маг? Тоже нет! Так в чём моя суть?

А бабушка, что держит меня за руку, очень непроста! — осознаю вдруг я. Моя магия входит в резонанс с её и я ощущаю пронизывающий поток света, высвечивающий всю суть, как она есть. Вспышка. Озарение.

— Я — целительница! — решительно произношу я.

Вот она, моя истинная суть! Целитель — тот, кто делает целым опять. Тот, кто врачует израненное, искорёженное, бросая бескомпромиссный вызов сотворившему это злу.

В устремлённых на меня взглядах вспыхивает изумление. Прямо на глазах из фигур окруживших нас людей уходят последние остатки напряжения.

— Чего не сказала сразу, что ты девушка? — улыбается тот, что был с арбалетом. — Я бы твой мешок понёс!

Вскоре я сижу на лавке с блюдом вкуснейшего жареного мяса в руках. Шан у моих ног довольно урчит, наслаждаясь аппетитной косточкой.

Приютившие меня люди, как и я, не хотят подчиняться абсурдным имперским законам. Они — контрабандисты. Ходят через горы туда-сюда и доставляют в империю драгоценный загорский жемчуг.

Там, за горами, лишь узкая полоска суши, омываемая морем. Основная же масса загорцев живёт на островах.

— У них там необычно всё! — объясняют мне. — Самая деликатесная рыба — повседневная еда бедняков. И все девушки носят жемчужные ожерелья и вплетают жемчужные нити в волосы! Они же за ракушками-жемчужницами и ныряют. А мужчины занимаются рыбной ловлей и земледелием!

Укладываясь спать на застеленное шкурами ложе, я опять вспоминаю про Ариса. Это всё жемчуг. Перед тем самым днём, изменившим всё, он купил мне драгоценное ожерелье.

Я оставила его там. Не взяла с собой ничего из его подарков. Не хочу иметь с ним ничего общего. Хочу стереть его из памяти вообще.

Знаю, это невозможно. Моё тело до сих пор помнит его объятия. Воспоминания о его поцелуях бросают в жар. Я его ненавижу!

До боли сжимаю кулаки, а лицо опять мокро от слёз. Когда же эта рана, наконец, перестанет так сильно болеть?

Следующим утром я занимаюсь делом своей жизни — целительством. Лечу сорванную спину, повреждённое сухожилие и застарелый кашель.

Нет, сегодня я явно не пойду дальше. Но это ничего, ведь мне обещают указать путь в Загорье и даже провести через самый сложный участок.

Поэтому остаток дня я посвящаю сбору трав и приготовлению простого, но эффективного зелья от простуды. Шастающим через вечные снега и льды оно точно пригодится.

Утром следующего дня выходим в путь. Меня сопровождают двое контрабандистов. Несмотря на мои протесты, они забирают и по очереди несут мой рюкзак.

Вот и главный хребет с цепью высочайших пиков. Не знаю, как я смогла бы перейти через него, не ведая пути к подходящему перевалу? Да одно то, что почти всю дорогу мы ночевали в искусно замаскированных хижинах с запасами продуктов и дров, дорогого стоит.

Наконец, прощаемся.

— Мы бы тебя и дальше проводили, но сама видишь, погода портится! Дело к зиме, тогда главный хребет станет и вовсе непроходимым. Мы можем не успеть вернуться!

Ну, то, что мне осталось пройти — просто ерунда по сравнению с тем, что мы уже преодолели! Да и нацарапанная на куске коры карта последнего отрезка пути не даст заблудиться.

От всего сердца благодарю своих провожатых. Закидываю на спину рюкзак и иду дальше. Передо мной вздымается последний хребет. Сразу за ним — Загорье.

Контрабандисты уверили меня, что там нет законов, отравляющих людям жизнь. И загорцы будут только рады, если я со своими целительскими способностями поселюсь на их землях.

— Может, ещё и в море успею до зимы искупаться, — мечтаю я. — Я же теперь плавать умею!

Меня опять буквально сплющивает от боли. Арис ведь этому научил. В сознании всплывает ощущение его сильной руки, поддерживавшей меня под спину.

Плакать на пронизывающем ледяном ветру — плохая идея. Стискиваю зубы и иду дальше. Скоро перевал.

Впереди очень неприятный участок — голый лёд. Но к моим сапогам крепко привязаны полоски с шипами — подарок контрабандистов. Бедняга Шан несколько раз оскальзывается и скатывается, потом опять взбирается следом за мной. Надо будет обязательно отдохнуть, как пройдём это место.

Внезапно я спотыкаюсь. Взмахиваю руками,