Дерзкая для имперца: союзники поневоле - Наталья Нежданова

Неужели я стану такой, как Арис? Однажды я не удерживаюсь и задаю Регине этот вопрос.

— Такой, как он, ты точно не станешь! — усмехается она. — Он почти никакой целитель. Довольно слабый ментал. А вот в стихиях ты до него явно не дотянешься. Он — прирождённый боевой маг!

Её взгляд затуманивается вдруг печалью.

— Знаешь, что больнее всего? — произносит она. — Когда мои ученики убивают друг друга!

Мне становится страшно. Я чувствую, что ей действительно очень больно. И не знаю, как помочь. Да и возможно ли это в данной ситуации?

— Вот поэтому я давно никого не учила. Разве что по мелочи, — продолжает она. — Людям нужны только магические техники. А смыслы и ценности их не интересуют, хотя именно они и есть самое главное.

— Я... понимаю, — отвечаю я. — Знания и навыки, полученные теми, чьи души ослеплены ненавистью и жаждой власти или наживы, могут принести очень много зла!

И начинаю рассказывать про Ригера и Кароса.

— Именно для разговора об этом мы и уединились тогда с Арисом! — уныло замечает Регина. — Ты совершенно правильно подметила странную особенность подобных людей — потирание правого виска. Мы попытались разобраться с этим, но не достигли успеха. Точнее, мы смогли выяснить вероятную причину их навязчивого действия. Но что за ней стоит, так и осталось неразрешимой загадкой.

— Расскажи! — восклицаю я, до крайности заинтригованная её словами.

— Перед моим визитом в Ларенцу подчинённые Ариса втихаря схватили парочку таких людей. Нет, не Ригера и не Кароса. Менее заметных. Вот только пообщаться с ними не удалось. Оба умерли сразу после того, как их арестовали. Без видимой причины, просто сердце остановилось.

— Ничего себе! Почему вдруг? — изумляюсь я.

— Я же говорю, без видимой причины! Я исследовала тело последнего. Никаких болезненных изменений или ранений там не было. Правда, одну интересную вещь я всё-таки обнаружила. Там, где висок, прямо в кость черепа было вставлено очень странное зёрнышко. Я даже не поняла, что это такое. Его устройство оказалось невообразимо сложным. Тончайшие, невидимые глазу структуры из материалов, которых я никогда раньше не встречала.

Не верю своим ушам. Судя по описанию, это похоже на микрочип! Но откуда в этом мире такие технологии?

— Задумалась? — спрашивает Регина. — Сдаётся мне, ты что-то знаешь об этом! Учитывая тот странный путь, по которому пошло развитие твоего прежнего мира...

— Я не совсем уверена, — перебиваю её. — Но это действительно может быть устройством для передачи и приёма информации!

— То есть у вас такое имелось?

— Скорее всего. Только держалось в секрете. Но информация о том, что подобное может существовать, была общедоступной.

Теперь задумывается Регина.

— Похоже, нам с тобой в самое ближайшее время придётся наведаться в Загорье! — сообщает она.

— Зачем?

— Пообщаться с одним таким! Тем более, он давно напрашивается на то, чтобы призвать его к порядку! Собирает вокруг себя всяких проходимцев и мутит воду на вече. Подозреваю, что пытается захватить власть в одном из городов. По манере общаться очень похож на твоего Ригера! Так же дурачит народ своими разглагольствованиями.

Что-то мне как-то не по себе становится. Получается, такие люди везде? Кто же за ними стоит?

Страшновато мне в это ввязываться, если честно. Но вспоминаю разгромленный Перелесск и порубленные мечами тела под копытами коня, на котором я бежала из города.

И Ларенцу, где мне самой пришлось отбиваться от обезумевших бунтовщиков, одурманенных речами агентов неведомого пока зла. И залитые кровью улицы с разгромленными домами, которые никто не смог отстоять.

Да и Регина вселяет в меня уверенность своим могуществом. И Арис тоже. Ещё я вспоминаю тех, с кем вместе училась в академии. Если мы все вместе возьмёмся, должны справиться с угрожающей этому миру бедой!

Остаток дня пребываю в раздумьях. Как мы будем общаться с этим «чипированным»? Вдруг он так же умрёт, как и те? Запрограммирован на самоуничтожение или получает соответствующий сигнал от того, кто им управляет?

Сигнал? Внезапно меня осеняет одна идея. Бегу к Регине и спрашиваю:

— Скажи, ты можешь сплести такую магическую защиту, которая полностью экранирует не только эфирное поле, но и, допустим, свет, звук и, главное, особый вид волн, которые у нас называются электромагнитными?

— Опиши, что это за волны! Насчёт света и звука проблем не будет!

Вот как ей описать-то? Ведь здесь не пользуются электричеством. И даже соответствующих понятий в языке нет.

Ага, придумала! Бегу в одну из комнат и хватаю статуэтку из янтаря. Натираю её куском меха и показываю Регине вспыхивающие крошечные искорки.

— Странно. Никогда не обращала внимания, — изумляется магиня. — Это и есть то самое поле?

— Ну да.

Она касается пальцем янтарной фигурки и ощущает лёгкий удар током.

— Это похоже на одну из магических техник. И да, я смогу создать непроницаемый для него кокон!

Глава 46

Весь вечер обсуждаем детали нашей авантюрной операции и собираем вещи в дорогу. Рано утром встаём и после плотного завтрака выходим в путь.

Спускаемся в Загорье с другой стороны хребта. Чертоги магини пронизывают его насквозь. Ещё солнце не село, как мы оказываемся в одном из посёлков.

Регину здесь явно любят. Приветствуют с радостными улыбками. Дети выбегают навстречу и рвутся пожать ей руку или хотя бы дотронуться до её плаща.

— Они знают, кто ты? — спрашиваю я.

— Просто считают меня сильной ведуньей! — отвечает Регина. — Если бы все знали о моём могуществе, мне бы жизни не дали! И так слухи расходятся и ко мне порой заявляются с нехорошими просьбами. Например, извести кого-нибудь или приворожить.

Да уж. Я тоже с подобным столкнулась в самом начале своей целительской карьеры. Ещё там, в древлянской деревне.

Когда меня на выходе из леса подловила одна разбитная бабёнка и стала предлагать деньги, чтобы я вытравила зачатого ею ребёнка. Гульнула, когда её супруг, мастер-плотник, уезжал строить дом в Перелесск.

Услышав это, я тогда просто в шоке была. Я ведь целительница, а не убийца! Да за такое злодеяние можно и вовсе дар потерять.

Ещё некоторые девушки просили парней приворожить. Но мне моя первая наставница строго-настрого запретила такими вещами заниматься. Да я и сама это понимала.

Уже не в первый раз мне становится искренне жаль Регину. Несмотря на