Дерзкая для имперца: союзники поневоле - Наталья Нежданова

Не могу сдержать возгласа восхищения, когда она приводит меня в свою ванную. Стены из светлого камня, такой же отполированный бассейн, да ещё и вода горячая. Кто и как сделал такое чудо прямо в толще горы?

— Уже вечер, и мы продолжим наш разговор завтра! — изрекает Регина, когда я выхожу из ванной, одетая в её платье, которое мне немного великовато.

Это хорошо, потому что я и двух слов связать не смогу. Устала, да ещё и от тёплой ванны так разморило, что едва ноги переставляю. Даже ужинаю с трудом. На удивление вкусной рыбой. Откуда только она в горах, непонятно.

Засыпаю, не успев донести голову до подушки. Только утром замечаю великолепный интерьер спальни, достойный богатого особняка. Единственный минус — из окна видны лишь голые скалы.

Вот куда Шан делся, непонятно. Правда, тут и двери толком нет, вместо неё завеса из тяжёлой ткани типа бархата. Выглядываю в коридор и зову, но его нигде нет.

Иду искать. По мере моего продвижения коридоры озаряются магическим светом. Как будто здесь установлены датчики движения, включающие светильники.

Хоть бы не заблудиться. Вчера я ничего толком не запомнила.

Нахожу столовую, где мы вчера ужинали. Рядом явно кухня, потому что там, судя по доносящемуся запаху, готовится что-то аппетитное. Только никого из людей не видно.

Иду дальше. Вот и коридор, по которому мы шли от входа в пещеру.

Внезапно вдалеке загорается свет и из-за закруглённого поворота появляется Регина вместе с Шаном. Увидев меня, тот радостно бросается ко мне.

— Не стала тебя будить после вчерашнего! — произносит магиня. — А твой друг явно хотел гулять!

— Спасибо! — вежливо отвечаю я.

— Но что мы стоим, уже завтрак готов!

За столом она спрашивает, куда я направлялась.

— В Загорье!

— Зачем?

— Мне не слишком понравилось в империи!

Регина ничего не отвечает, лишь улыбается.

— Жаль, немного не дошла, — продолжаю я. — Так хотелось увидеть это самое Загорье!

— Мы можем сделать это прямо сейчас! — усмехается она. — Как закончишь с едой.

Быстренько проглатываю оставшуюся на тарелке вкуснейшую творожную запеканку и запиваю чем-то типа компота.

— Я готова!

Регина ведёт меня по коридору, потом сворачивает в завешанную пологом арку:

— Это моя гостиная! Подойди к окну, Света!

Подхожу. И обмираю от восторга. Передо мной открывается совершенно фантастический вид на лежащую далеко внизу долину. Её поля и леса пронизаны извилистыми руслами рек, кое-где по их берегам расположены небольшие поселения. А вдалеке виднеется тонкая полоска моря, сливающаяся с горизонтом и переходящая в бесконечное небо.

Это просто потрясающе! Вид с птичьего полёта! Ах, если бы открыть сейчас это окно, взмахнуть крыльями и броситься туда, в эту ясную высоту! Окунуться всем телом в воздушную стихию, слиться с ней воедино!

Не в силах пошевелиться, я не могу отвести своего взгляда от этого великолепия. Такое чувство, что душа поёт. Никаких слов не хватит, чтобы это описать.

Не знаю, сколько времени проходит, но чувствую вдруг, как кто-то хватает меня за руку и оттаскивает от окна.

— В целях безопасности отойдём подальше! — бурчит под нос Регина и выводит меня в коридор. После чего суёт мне в руку какую-то палочку.

Ничего не понимаю, но беру. И в тот же миг мои ноги отрываются от пола и я начинаю подниматься вверх.

Совершенно растерянная, я испуганно озираюсь по сторонам.

— Держи его крепче! — взволнованно кричит Регина и дёргает меня за щиколотку вниз.

Забрав у меня странную штуку, она, наконец, поясняет:

— Этот жезл — артефакт полёта! И я впервые вижу человека, который установил с ним связь, в первый раз взяв в руки!

— В моём прежнем мире..., — начинаю я.

— Да, ты рассказывала вчера! — прерывает меня Регина. — Возможно это как раз и сработало. Ты не раз видела землю с высоты птичьего полёта, что непредставимо для большинства населяющих этот мир.

— Можно мне с этой штукой, ну, артефактом, туда? Я всегда мечтала самой подняться в небо!

— Э, нет, так сразу дело не пойдёт! — усмехается Регина. — Навернёшься с высоты — костей не соберёшь! Даже моя целительская магия не поможет. Будешь тренироваться потихоньку! Ты даже не представляешь, как трудно удержать равновесие в небе. Особенно, когда ветер. Запросто может о скалу приложить!

— Вы правда будете меня учить?

— Да уж придётся, раз тебя такую принесло на мою голову! В который уже раз зарекалась. И опять собираюсь наступить на те же грабли. Как же я устала от людской неблагодарности...

— Я всегда была благодарна своим наставникам! — возражаю я.

— Дело не в этом. Обрести могущество мечтает каждый. Знаешь, сколько таких заявляются ко мне? Даже деньги некоторые предлагают. Естественно, я их тут же гоню прочь! Не хочу умножать зло, которого и так хватает в этом мире.

— Но я хочу научиться целительству! Я не дорассказала, как попала в магическую академию в Ларенце. Хотела стать целителем, но у меня не было денег, чтобы оплатить учёбу на этом факультете. Пришлось пойти учиться на боевого мага.

— А ну, постой! — восклицает вдруг Регина. — Во-первых, давай на «ты»! Во-вторых, подробнее про академию! Хотя нет, лучше продолжи с того места, на котором ты вчера остановилась!

Продолжаю. Рассказываю про войну. И про то, как Арис забрал меня из родительского дома. Как я ненавидела его, а он, получается, меня этим спас.

Ну и лицо у неё стало! Не понимаю, разве я что-то необычное сказала? В этом мире такое сплошь и рядом происходит. И мне ещё повезло.

Описываю свою встречу с мятежниками и, наконец, добираюсь до второй встречи с Арисом.

Да что с ней творится-то? Аж дёргается вся.

— Продолжай, продолжай! — заметив, что я остановилась, произносит она каким-то сдавленным голосом.

Ничего не понимаю. Но продолжаю. Дохожу до академии и третьей встречи с Арисом.

И тут Регина не выдерживает и устремляет на меня полный всепожирающего интереса взгляд:

— А теперь объясни, почему ты сбежала от него перед самой свадьбой!

Глава 44

Слова магини — как гром среди ясного неба. Откуда она об этом знает вообще?

— Он оказался... В общем, не тем, кем я его считала! — смущённо начинаю я, заливаясь краской.

— Вот как? И кем же он оказался?

Мне становится стыдно. Не могу я