Приват для Ректора, или Возраст имеет значение - Рика Лав

— Потому что я не коллекционирую женщин. Мне сорок семь лет, Лера. Я прожил достаточно, чтобы знать цену настоящему. Ты — та, ради которой я готов ждать столько, сколько потребуется. Которой я готов отдать всё, что имею, лишь бы увидеть эту улыбку.

Коснулся губами её губ в почти целомудренном поцелуе. Лера приоткрыла рот, несмело прося о большем, но я лишь усмехнулся и на секунду мазнул кончиком языка по кайме её губ.

Оторвался от девушки, отводя взгляд от сползшего ещё ниже белья.

— Но сейчас не время для большого разговора, девочка. Одевайся, җаным (3), — прохрипел, отстраняясь и помогая ей соскользнуть со стола на ноги. — Нам нужно ехать.

Лера молча кивнула, не произнося ни слова. Руки её тряслись, когда она застёгивала лифчик обратно. Когда она оделась, я взял её за руку, переплетая пальцы с её пальцами, и повёл к выходу из кабинета.

Виктор ждал нас в кабинете на втором этаже прокуратуры, развалившись в кресле за столом, заваленным папками. Он поднялся при нашем появлении, протягивая руку для рукопожатия.

— Вадим, — кивнул, потом перевёл взгляд на Леру, оценивающе окинув её взглядом с головы до ног. — А вы, наверное, Валерия?

Лера кивнула и потянулась ко мне ладошкой, я сжал её, притягивая к губам для поцелуя, отчего девушка зарделась. Полицейский участок пугал её, это читалось в каждом движении и в том, как она вжималась в меня боком.

— Присаживайтесь, — Виктор указал на стулья.

Сев, я перетянул ладонь Леры к себе на колено, поглаживая. Виктор открыл папку, достал несколько распечаток и положил их перед нами.

— Я проверил номер, с которого рассылали видео, — начал он без предисловий. — СИМ-карта была куплена на имя Максима Олеговича Крылова, тридцать восемь лет, работает заместителем управляющего в стрип-клубе. Знакомая фамилия?

Лера ахнула и едва не подскочила на стуле. Свободная рука метнулась ко рту.

— Максим… — прошептала она сквозь пальцы. — Это же он... Он был мой заместитель. Зачем ему это? Зачем делать такое?

Виктор кивнул, перелистывая страницы.

— Да, да, тот самый. А вот это уже интереснее. Более того, мы проверили его телефонные разговоры за последнюю неделю. Он активно общался с человеком, который работает в органах опеки и попечительства. Звонки были длинные, по несколько раз в день, причём все они пришлись на период после того, как началась рассылка видео. Подозрительно много для таких совпадений, как у вас, не находите?

Лера на моих глазах побледнела, я протянул руку, обхватывая ножку её стула, и придвинул к себе со скрежетом о плитку. Приобнял девушку за плечи поверх куртки.

— Что это значит? — спросил друга, хотя уже догадывался, но хотел услышать вслух.

— Это значит, — Виктор посмотрел на Леру с сочувствием, — что видео было разослано не просто так. Классическая схема выведения родителя из строя. Сначала создают репутационные риски, потом подключают опеку, которая получает анонимные жалобы на, в нашем случае, мать, проводит проверки и находит основания для лишения прав.

— Но зачем?! — Лера наконец обрела голос. — Зачем Максу это делать?! Он же... мы работали вместе три года! Я ему ничего плохого не сделала!

Виктор развёл руками.

— Тут два варианта. Либо ему заплатили, чтобы он помог вашему бывшему. Либо он действовал по собственной инициативе, мстя за что-то. А может и то, и другое. Первое, приправленное вторым. У вас были… конфликты на работе?

Лера покачала головой, но после задумалась и нахмурилась.

— Андрей, — прошептала она наконец с такой ненавистью, что я едва узнал свою робкую Леру. — Это Андрей затеял! Он хочет забрать Мишу…

Виктор кивнул, соглашаясь.

— Очень похоже на правду, да, — он потянулся к чашке с остывшим кофе, сделал глоток и поморщился. — Но формально доказать это сложно. Крылов может сказать, что его телефон украли, что он не имеет отношения к рассылке, что это кто-то другой воспользовался его номером. Можно, конечно, подать заявление, возбудить уголовное дело по статье "Клевета" и "Нарушение частной жизни", но это муторно, и шансы на успех не самые высокие. А без Крылова перейти к вашему… мужу сложно.

Я сжал кулак, положив его на стол.

— Есть другой вариант, — произнёс, смотря Виктору в глаза и видя, как тот усмехается, понимая, к чему я веду. — Неформальный, но более эффективный.

— Слушаю, — друг приподнял бровь, ожидая.

— Этот Крылов работает в стрип-клубе, правильно? — я наклонился вперёд. — Значит, у него есть что скрывать. Таких заведений без грязи не бывает. Мы находим его слабое место и надавливаем, а потом предлагаем сделку: он приносит извинения Лере и выплачивает компенсацию за моральный ущерб, в также полностью передает всю информацию по своему дружку, мужу моей девочки. Взамен мы не подаём на него в суд и не инициируем проверки в его клубе.

Виктор кивнул, обдумывая предложение.

— Это может сработать, — согласился он. — Если он согласится. В крайнем случае, зайдём через владельца, а тот дожмет Крылова. Такие типы обычно не любят лишнего внимания со стороны закона. Но если откажется, что тогда?

— Если откажется, — я скривил в усмешке губы, — то мы идём другим путём. Подаём заявление, возбуждаем дело. И параллельно я использую связи, чтобы в его клубе провели все возможные проверки. Налоговая, санитарная, пожарная, миграционная служба. Поверь мне, Виктор, когда захочется найти нарушения, они найдутся всегда.

Лера стремительно повернулась ко мне, смотря с искренним восхищением, как, наверное, дети смотрят на Деда Мороза.

— Вадим Дамирович, — прошептала она. — Спасибо вам… Спасибо за то, что вы делаете для меня и для Миши! Я не знаю, как отплатить вам за это, я...

— Ну-ну, җаным, — перебил, поднимая её руку к губам. Когда-нибудь она отбросит эту глупую затею платить мне за заботу. — Я никогда не позволю никому обидеть тебя.

Виктор откашлялся, привлекая наше внимание.

— Ладно, голубки, хватит воркования, — он одобрительно усмехнулся. — Я свяжусь с Крыловым сегодня же, передам твои условия, Вадим. Думаю, он согласится. Такие, как он, быстро сдуваются, когда понимают, что игра закончилась. Дам знать, как только будут результаты.

— Отлично, — я поднялся, помогая встать Лере и обнимая её за талию. — Буду ждать звонка. Если что-то пойдёт не так, звони сразу, в любое время дня и ночи.

Мы попрощались с Виктором и вышли из участка на улицу, где ветер сразу же обрушился на нас порывами. Я обнял Леру за плечи, притягивая к себе и прикрывая своим телом от холода.

— Всё будет хорошо, девочка, — шепнул. — Этот кошмар скоро закончится, и ты сможешь жить спокойно, не оглядываясь. Я перенес все дела на понедельник,