Симбиоз. Моя чужая вина - Майя Фабер

Том перевел тему:

— И много там таких записей?

— В «Поддержании»? Прилично, — подтвердил опасения Финн. — Я почему-то сразу думал, что искать надо там. Жаль, что так легко их не достать. Эту систему вообще невозможно взломать снаружи. Если у нас получится добраться до места Бригера, я думаю… Честно говоря, не знаю, что, просто…

— Месть.

— Справедливость.

Том кивнул, мысленно соглашаясь. Ему не было дела до проблем и реальных мотивов обитателей трейлера и Дыры. Но с Финном его объединяла ноша другого сорта.

— И шеф тоже не сказал, откуда записи?

— Сказал, что уточнений нет. Конфиденциально. «Поддержание» получает и контролирует все, что связано с хаарс, но относится к безопасности клиентов с особым трепетом.

— Веришь ему?

— Верю. — Он горько усмехнулся. — Я же вроде как всем верю.

Финн наклонился, облокотившись на бортик кроватки и глядя куда-то в ее середину, а Тому стало стыдно за разом вываленные вопросы. К сочувствию он не привык, а может, и навсегда растерял этот навык.

— Это ей все нравились. Им обеим. Я просто стараюсь за троих.

— Нездоровая тяга к незнакомым людям, м?

Финн еле заметно улыбнулся.

— Да, именно она. Как Чарли и говорит. Хм, нездоровая тяга к людям… Надо это где-нибудь использовать.

Пикнул за ухом сигнал входящего сообщения. Том так быстро привык к блокировке локатора, что перестал выключать комм. Душа требовала хоть какой-то вольности среди бесконечной паранойи. Он приподнял рукав и мельком глянул на крошечное виртокошко. Напоминание из медицинского центра: «Оплата пропущена».

— Что там? — спросил Финн.

Том посмотрел на свое бледное отражение в его зрачках.

Из коридора донесся далекий глухой хруст трескающегося стекла.

Глава 42. Том

Звук шел издалека и откуда-то сверху, скорее всего, с первого этажа, но точно не снаружи. Том не вовремя подумал, что изоляция тут должна быть нехилая: не криков о помощи, не выстрелов никому нельзя услышать. Впрочем, снаружи слушать-то некому…

Он зыркнул на Финна — сигнализацию, значит, успокоил? Тот, от страха опять превратившись в костлявого студентика, вцепился руками в бортик кроватки. Повернувшись вполоборота, уставился на распахнутую дверь и приоткрыл рот, поразительно напоминая фотографию огромной трески-мутанта из Сети.

Отмерев, Финн метнулся к панельке у двери и принялся тыкать в сенсор в поисках блокировки, то и дело попадая не просто не туда, а вообще мимо сенсора. Том неотрывно следил за ним. На мгновение стены перед глазами расплылись, превращаясь в другие, слишком знакомые. Его буквально разрядом долбануло от одной мысли оказаться запертым здесь, в крошечной камере, пусть и не в одиночку.

Снова.

— Стоять! — прошипел он, рванулся к Финну, схватил его за шкирку и швырнул в дверной проем перед собой. — Даже не думай!

Времени рассчитывать силы не было, и Финн даже возмутиться не успел, когда влетел в противоположную стену узкого коридора. Руки вперед выставил, и то потому, что они уже подняты были, так что лицом воткнулся все-таки в них, а не в стену. Хорошая подушка безопасности.

Финн, пошатываясь, развернулся. Из ноздрей к губам протянулись темно-алые дорожки. Посмотрел странно — не злобно, скорее, оценивающе — и многозначительно пискнул, зажимая нос руками: только теперь его догнала боль.

Звуки не повторялись.

— Ушли? — прогундосил в кулак Финн.

— Ага, щас!

Том был уверен, что устроенный ими шум не остался незамеченным. Финн, смешно зажимающий нос, молча показал в сторону одной из дверей, но Том покачал головой. Достал бластер и снял блокировку. Раз сразу на штурм не пошли, значит, их немного. Место у них с Финном было неудачное: стороной не обойти, только в лоб, а палить, скорее всего, начнут не глядя. Что бы ни случилось — нельзя позволить запереть себя в тупике.

Том двинулся по коридору к повороту. В голове прояснилось, пальцы уверенно держали рукоять, ноги сами выбирали чистые места для следующего шага. Давно забытое ощущение накрывало с головой: Том внезапно почувствовал себя охотником, поджидающим жертву в засаде. Словно стерлись из памяти последние полтора года, позволяя расправить грудь и дерзко скалиться добыче, еще не догадывающейся о своей участи. Адреналин подталкивал к действиям.

Том выглянул из-за поворота и сразу отпрянул, прижал бластер к груди. Успел увидеть четверых, слишком дерьмовый был угол обзора. Чужаки, в спецовке, но без брони, вооружены получше него. Рассредоточены, значит, собрались проверять каждый закоулок. Такие на случайный звук не дернутся, будут территорию тщательно обходить, планомерно. Убеждены, что бежать отсюда некуда: крупновата должна быть крыса, чтобы на нее сигнализация сработала, а значит, в щель не забьется.

«Самоуверенность иногда выходит боком, — подумал Том. — Прорываться?»

Он оглянулся на пустой коридор и мысленно выругался. Надо было лбом этого засранца приложить, а не носом, отдыхал бы сейчас спокойно в сторонке и не доставлял проблем. Том двинулся обратно, заглядывая в открытые двери, но Финна нигде не было. Как назло, теперь каждый шаг сопровождался шорохами и хрустом разбросанного мусора, грозя выдать его. Перебрав в голове ругательства, Том пообещал себе, что если Финн сныкался в какую-то дыру, а не находится в поисках чудесного решения проблемы, то он просто удобно прикроется его тушкой, пробиваясь к выходу из лаборатории. Ширины как раз хватит, а все, что надо, — это продвинуться до первого незваного гостя, а там и «щит» можно обновить.

Из предпоследней двери высунулась лохматая голова, за ней последовала пара отчаянно жестикулирующих рук. Том показал кулак и бластер одновременно, испытав при этом поразительное удовлетворение, и Финн поспешил скрыться из виду. За дверью была комната для охраны. На стене остался висеть огромный экран: когда-то сюда транслировалось изображение с каждой камеры. На миг Тому показалось, что он их видит, что экран светится, целый и работающий, в окошках шевелятся крохотные фигурки. Сейчас охранник закончит тыкать жирным пальцем в комм и пинками потащит пленника дальше. Сейчас… Том зажмурился и помотал головой, та отозвалась резкой болью. Он отвернулся от экрана.

Финн не терял времени даром, успел подключиться к едва заметному сенсору в углу и теперь что-то набирал в виртокне. Щелкнула невидимая задвижка, на уровне головы в стене разъехались две пластины, открывая темную вентиляционную шахту с торчащими из нее оборванными концами проводов. С одного из них свисал кусок старой серой паутины. Финн, опасающийся говорить, изобразил руками что-то нервное и непонятное, опустился на колени, а потом и на локти. Том, который уже успел оглянуться в поисках подходящей подставки, идею оценил, но смолчать не смог:

— Помолиться решил, м?