Симбиоз. Моя чужая вина - Майя Фабер

внутрь, я остановилась на пороге, пытаясь справиться с подступающей волной страха: кровать измята, простыни сброшены на пол, а вещей Тома нигде не было видно. Точно его вообще здесь никогда и не существовало.

— Том? — произнесла я, понимая всю глупость попытки дозваться его. Естественно, никто не ответил.

Меня захлестнуло негодование: конечно, он куда-то исчез посреди ночи, не потрудившись оставить записку. Я уже начинала привыкать к его раздражающему героическому одиночеству, но сейчас оно выводило меня из себя больше обычного.

Пытаясь успокоиться и убедиться, что зря волнуюсь, я двинулась к комнате Финна и без стука распахнула дверь. То, что я увидела внутри, заставило меня застыть на месте от недоумения и злости: комната выглядела так, будто здесь прошел тайфун. Разбросанные вещи, инструменты валялись на полу, а раскрытая сумка казалась нелепой насмешкой над аккуратностью Финна, которую он соблюдал везде, кроме рабочего места. Его самого, естественно, тоже нигде не было видно.

— Гениально, просто великолепно, — прошипела я себе под нос. Внутри закипала смесь ярости и бессилия. — Конечно, зачем меня предупреждать? Я же абсолютно бесчувственный кусок бетона, у которого, разумеется, нет никаких нервов и который ни капельки не переживает!

В бешенстве я почти бегом вернулась к себе в комнату и, открыв коммуникатор, начала судорожно вбивать запрос на локаторе. Я с трудом попадала по виртуальным кнопкам, а в голове уже разворачивались сценарии похлеще триллера из Сети: похищение, засада, лаборатории, ловушка «Поддержания», Бригер со своими псами… Все что угодно, но уж точно не банальная прогулка.

Коммуникатор несколько бесконечных секунд молчал, нагнетая напряжение, а потом на экране появилась точка. С каждым мгновением мои подозрения становились все реальнее, пока я смотрела, как координаты перемещаются в сторону старой лаборатории — той самой, куда Финн поклялся никогда в жизни больше не соваться.

«Отлично, Финн. Ты решил устроить Тому экскурсию по собственному персональному аду? Показать, что не он один страдал, не он один терял близких? Вот только ты совсем не подумал, что у Тома свои кошмары, гораздо более дикие и жестокие!»

От осознания того, как глупо и опасно они поступили, стало совсем плохо.

— Вы просто идиоты… — прошептала я, с трудом справляясь с накатывающим страхом. — Оба полные безнадежные идиоты!

Отключив комм, я метнулась к шкафу, торопливо вытащила бластер и, путаясь в рукавах, надела куртку. Никогда не думала, что дойду до такого состояния, когда два придурка смогут совершенно выбить меня из колеи. И это злило больше всего — злило то, что теперь мое спокойствие зависит от этих двоих недоумков с комплексом супергероя.

Выскочив наружу, я едва не упала на лестнице и метнулась к машине, стоявшей под низким свинцовым небом — погода будто специально решила подыграть моему состоянию. Отключенный здесь комм не помогал, и открыть ее предстояло самой. Ключи предательски выскользнули из влажных пальцев, заставив меня выругаться вслух. С третьей попытки я все-таки распахнула дверь, буквально рухнула за руль и ткнула на зажигание. Мотор взревел недовольно, словно подтверждая мое раздражение.

Перед глазами мелькали пугающие картины возможных последствий этой ночной вылазки: Том, потерявший контроль над собой, Финн, загнанный в угол собственной травмой. Я ненавидела себя за то, что позволила этим двоим стать настолько важными, что сейчас схожу с ума от одной мысли о возможной потере. И их ненавидела тоже — за глупость, наивность и отсутствие элементарного инстинкта самосохранения.

— Если останетесь живы, сама вас прикончу, — пообещала я, выжимая педаль газа до упора.

Машина дернулась, сорвалась с места и понеслась по мокрой дороге, взметнув брызги грязи. Я сосредоточилась на пути, пытаясь не думать, что могу обнаружить там, в этой заброшенной лаборатории, но мысли упрямо возвращались к худшим сценариям.

От тревоги в горле застрял комок, мешающий дышать.

— Просто дождитесь меня, ладно? — попросила я. — Если с вами что-то случится, я вам этого никогда не прощу.

Но мой голос прозвучал слишком неуверенно, и я прекрасно понимала, что никто из них меня сейчас не слышит. Оставалось одно — мчаться вперед и надеяться, что мои страхи не оправдаются и эти двое придурков всего лишь поиграют в героев, забыв, что эта чертова игра всегда заканчивается плохо.

Глава 41. Том

Тишина Центрального сектора заканчивалась сразу за полосой оцепления. Несмотря на глубокую ночь, тут было людно. Мужчины, женщины, собаки, даже дети сидели и лежали прямо на земле, на обочинах и посередине проезжей части, подстелив картонки, днем, вероятно, служившие плакатами. Для обогрева жгли непонятную вонючую массу: издалека походило на обычные костры, вблизи взгляду не хватало дров.

— Голод уже привел их сюда, но пока не заставил переступить черту, — прокомментировал Финн.

Том опустил голову, чтобы не пялиться слишком уж откровенно. Они пересекли светящуюся линию, осторожно выбирая место для каждого шага, и повернули за первый же угол, стараясь побыстрее скрыться с глаз. Никто не смотрел в их сторону, только собака проводила дежурным рычанием. Оттуда вызвали такси.

Гравимашинка появилась неожиданно быстро, почти не освещенная, она приземлилась им едва не на головы. В салоне свет был. Финн просканировал запястье для оплаты и сообщил:

— Надо влезть в панель, чтобы координаты не сохранились.

— Влезай, — разрешил Том, точно это на что-то влияло.

Финн с каким-то виноватым видом протянул ему бластер:

— Забери. Считай, что жест я оценил, но мы ведь оба знаем, что он бы мне не помог, если бы ты захотел.

Том пожал плечами и забрал. Когда Финн застал его в трейлере, показалось, что отдать ему оружие будет правильно. В знак того, что ничего плохого он тут не замышлял.

Гравимашинка оторвалась от земли. Финн ногтем подцепил край панельки на двери, снял, переместил какую-то плату и начал что-то набирать на комме. Том сидел напротив, прислонившись к спинке, и наблюдал за ним. Финн вдруг показался ему лет на десять старше, будто годы пролетели для него за последние пару часов: усталые морщины, темные мешки под глазами, уголки губ опущены, словно совсем и не он целыми днями поднимал остальным настроение.

На короткое обсуждение, сборы и выход из Центрального сектора у них ушел час. Перекидывались лишь короткими фразами: сначала — чтобы не разбудить Чарли, потом — чтобы не привлечь ненужного внимания патрульных дронов в оцепленной зоне.

— Это мои файлы, — просто и обыденно сказал Финн, — там нет того, что ты ищешь.

— А что я ищу, м?

— Себя?

Том не ответил, и Финн продолжил:

— Они старые. Последним около пяти лет. Я их недавно достал. Ну, если точнее, после твоего появления.