Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— копаясь в волосах, смущенно подтверждает Даниэль. — Родители тогда мне такой скандал устроили… Думал, что они прибьют меня… Но вместо этого на время перестали выдавать мне карманные деньги и отобрали телефон и компьютер. Отец лично отвозил меня в школу и ехал на работу, а мама забирала. Мне даже с друзьями не разрешалось гулять. Максимум – общался с ними только в школе.

— Зато каким ты стал хорошим мальчиком! — с хитрой улыбкой восклицает Кэссиди. — И в школу ходил, и учебники штудировал, и по дому помогал, и шалить перестал! Даже меня не обижал!

— И он, конечно же, не усвоил никаких уроков? — интересуется Эдвард.

— Никаких !

— Эй, я случайно разбил окно! — восклицает Даниэль. — Мы с друзьями старались играть осторожно.

— Однако ты все-таки испугался и решил бросить занятия футболом, чтобы не разбить что-нибудь и кого-нибудь не покалечить, — уверенно предполагает Питер.

— Я бросил занятия футболом, потому что просто потерял к нему интерес. Из-за того, что тренер не замечал меня! Да и голова у меня была забита совершенно другими вещами.

— Я даже знаю какими, — хитро улыбается Кэссиди.

— Хорошо, что это было окно твоего дома, а не какого-нибудь сварливого мужика или вечно недовольной чем-то женщины, — бодро отмечает Терренс.

— А я и рад! — отвечает Даниэль. — Если бы я разбил чье-то другое окно, то точно не отделался бы так легко!

— Да уж, пришлось бы отвечать не только перед родителями, — уверенно отмечает Эдвард.

— Нет, я даже думать не хочу об этом! — тараторит Даниэль, приподняв руки перед собой. — Мне по горло хватило того, что устроили родители!

Сэмми негромко подает голос и задирает лапу, будто выражая сочувствие Даниэлю, который бросает на пса свой взгляд и протягивает к нему руку, чтобы погладить по голове.

— Эй, а Сэмми подлизывается, когда сделает плохую шалость? — интересуется Кэссиди.

— О, ты что! — восклицает Хелен. — Только пригрози, что накажешь его! Сразу же начнет подлизываться и скулить.

— Для него существуют два самых страшных наказания, — показывает два пальца Питер. — Первое – лишение вкусняшек и игрушек. А второе – поездка к нашей с Хелен подруге, которая всегда была… Не слишком мягкой и нежной особой. Даже мытью в ванной он не противится так, как этим двум наказаниям.

Сэмми чуть громче подает голос, переведя взгляд на Питера и заставив всех скромно хихикнуть.

— Да не бойся, Сэмми, не бойся! — восклицает Хелен. — Тебя никто не собирается оставлять с Джессикой!

— Пока , — хитро улыбается Питер. — А стыришь мой бутерброд со стола – я точно отправлю тебя к Тэйлор.

Сэмми пулей подбегает к Питеру и, положив передние лапы ему на колени, начинает тыкаться носом ему в лицо, пока все остальные скромно хихикают.

— Ну ладно-ладно, мальчик мой, оставь его, — скромно хихикает Хелен, погладив Сэмми по голове. — Сэмми! Фу! Нельзя! Сэмюэль!

— Сэмми, ко мне! — весело восклицает Кэссиди и хлопает руками по коленям. — Ко мне, малыш! Давай я почешу тебя за ушками.

Сэмми все-таки решает оставить Питера в покое и снова подбегает к Кэссиди, которая с удовольствием гладит песика по голове.

— Слушайте, вот ушастый везунчик ! — скромно хихикает Даниэль, закинув руку на спинку дивана. — Состроит жалостливые глазки и поскулит немного и получает все, что хочет! Со мной этот номер редко прокатывал.

— Со мной тоже не каждый фокус Сэмми прокатит! — уверенно заявляет Хелен. — Если серьезно накосячит – будет отбывать наказание в полной мере.

Сэмми негромко подает голос, а Даниэль с легкой улыбкой гладит его по голове, когда пес подходит к нему поближе и подставляет свою морду для небольшой порции ласки.

— Что ж, думаю, уже все поняли, что Кэссиди и Даниэль никогда не были примерными детьми, — с легкой улыбкой предполагает Наталия.

— Но Даниэль все-таки больше достоин звания самого главного хулигана, — по-доброму усмехается Ракель.

— О, это я рассказала лишь малюсенькую долю из всего! — весело отвечает Кэссиди. — А ведь я еще не рассказала вам о его страхах. О том, что заставляло его орать как девчонка.

— Каких еще страхах? — сильно хмурится Даниэль. — Я ничего не боюсь!

— Ну да, ничего… — Кэссиди загадочно улыбается. — Кстати, а ты уже рассказал ребятам о том, какие у тебя « чудесные » отношения с человеческой кровью?

— Да мы уже знаем ! — машет рукой Эдвард.

— Ага, — хитро улыбается Терренс. — Правда твой братец упорно отрицает, что боится крови, и не признает, что падает в обморок при ее виде.

— Ну да, есть такое, — задумчиво отвечает Кэссиди. — Стоит братику увидеть даже малюсенькое кровавое пятнышко, как ему уже становится плохо. Ну а если будет море крови, то Дэн точно потеряет сознание.

— Эй, Кэссиди, а ты не знаешь, как давно он боится крови? — интересуется Питер. — И что вызвало этот страх?

— Ну началось … — закатив глаза, бубнит Даниэль.

— А, да это папа его напугал, когда мне было лет шесть! — машет рукой Кэссиди, пока Даниэль тихо вздыхает и отводит взгляд в сторону. — Мы с семьей, хорошими знакомыми и друзьями отмечали Хэллоуин, который просто обожали. Каждый год очень тщательно придумывали свои костюмы и старались, чтобы один был страшнее другого. Ну вот в тот раз папа решил перевоплотиться в зомби. Получилось очень правдоподобно, но ужасающе. Он еще купил искусственную кровь и измазал ею все лицо, руки и костюм. Даже зубы были измазаны той кровью.

— А потом Дэн увидел своего отца и просто охренел? — весело спрашивает Эдвард.

— Типа того. Мама не испугалась, потому что она помогала ему нанести кровь. Да и я потихоньку привыкла и даже сама намазюкала ее на свой костюм. Но когда в комнату зашел Даниэль, он заорал на весь дом как ненормальный. — Кэссиди скромно хихикает. — Он что-то там мямлил и едва мог говорить. А папа еще решил подшутить