Охоться на меня - Бьянка Коул

Эрик прикрывает колонну. Еще двое агентов падают.

Майя, спотыкаясь, идет вперед, Дмитрий поддерживает ее вес. Они первыми достигают южного коридора.

Мои легкие горят. Ноги качаются. Рука Алексея все еще в моей.

Впереди маячит дверь погрузочной платформы.

Двадцать футов.

Десять.

Что-то врезается мне в плечо.

От удара меня отбрасывает в сторону.

Мое плечо разрывается от боли.

Хватка Алексея ослабевает.

Я сильно ударяюсь о бетонный пол. Я не могу ни дышать, ни думать из-за раскаленной добела боли, разливающейся по моей руке.

— Айрис!

Руки хватают меня и поднимают.

Не Алексея.

Кто-то тащит меня назад. Прочь от погрузочной платформы. Прочь от...

— Отпусти ее! — Голос Алексея прорывается сквозь звон в моих ушах.

Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть, кто меня поймал.

Они одеты в черную тактическую экипировку с федеральным значком на жилете. Агент тащит меня к главному коридору, используя как щит, прижимая пистолет к моим ребрам.

— Отойди, или она умрет!

Перед глазами все расплывается. Рана на плече пульсирует, и кровь просачивается сквозь рубашку — теплая и липкая.

Алексей стоит в пятнадцати футах от него. Пистолет поднят. Направлен в голову агента.

Но он не может выстрелить, не попав в меня.

Эрик занимает левый фланг. Дмитрий — правый. Оба обнажили оружие, но их блокирует одна и та же проблема.

Я посередине.

— Бросьте оружие! — Агент пятится ко входу. Подкрепление где-то близко. — Федеральные агенты! Бросьте их сейчас же!

Палец Алексея не убирается со спускового крючка. — Ты не выйдешь отсюда с ней.

— Тогда она умрет.

Пистолет сильнее упирается мне в ребра. Я задыхаюсь.

Челюсть Алексея сжимается, и его глаза встречаются с моими.

Холодный расчет.

Он подсчитывает. Углы. Траектории.

Прикидывает, сможет ли он сделать бросок.

Мое сердце колотится о ствол, прижатый к моей груди.

— Три секунды, — говорит агент. — Опустите оружие или...

Я откидываю голову назад и бью ему в лицо.

Хрустит хрящ. Хватка агента ослабевает.

Я падаю.

Три орудия стреляют одновременно.

Агент ударяется о стену позади меня. Сползает вниз. Мертв, не долетев до пола.

Алексей хватает меня и поднимает на ноги. — Ты можешь двигаться?

— Да, — лгу я, в то время как мое плечо ноет, а перед глазами все плывет.

Несмотря на это, я заставляю свои ноги работать, и мы бежим.

Эрик первым добегает до погрузочной платформы и распахивает ее.

Снаружи на холостом ходу стоит черный внедорожник с Николаем за рулем.

Дмитрий запихивает Майю на заднее сиденье. Эрик ныряет за ней.

Алексей поднимает меня, несмотря на мой вес, и несет последние десять футов, прежде чем посадить в машину рядом с Майей.

Вдалеке завывают сирены, приближаясь.

Выражение лица Майи — буря страха и гнева, когда она смотрит на меня, ее забинтованное лицо — болезненное напоминание об ужасе, которого мы только что избежали. — О чем, черт возьми, ты думала? — Ее голос дрожит от переполняющих эмоций. — Из-за тебя нас могли убить! Нас похитило правительство!

— Я знаю, знаю. — Я прерывисто вздыхаю, чувство вины нарастает, когда я встречаюсь с ней взглядом. — Я думала...

— Думала о чем? — перебивает она, повышая голос. — Что ты сможешь справиться со всем одна? Ты подвергла нас опасности, Айрис! Опасность была большей, чем кто-либо из нас ожидал. Я была в ужасе! Когда эти парни схватили нас, мое сердце бешено колотилось при мысли, что я могу умереть. Я думала… что, если я никогда не выберусь оттуда? Что, если ты тоже не выберешься?

— Я не хотела втягивать тебя в это... — Мой голос замолкает, тяжесть реальности накатывает на меня, как волна.

— Втягивать меня в это? — Она качает головой. — Ты сама втянул меня в это, когда отправилась на безрассудное задание без плана! Я могла расстаться с жизнью — мы могли расстаться с нашими жизнями!

Ее слова сильно поражают меня, и я опускаю взгляд, борясь с потоком эмоций, захлестывающих меня. — Я просто хотела защитить тебя. Я думала, что справляюсь со всем...

Майя качает головой, ее переполняет разочарование. — Ты думаешь, я просто забуду, как была напугана? Я не могу продолжать так жить, задаваясь вопросом, не подвергает ли каждый твой выбор нас риску снова. Это не просто игра, Айрис. Мы должны мыслить стратегически, сообща. Я не хочу больше никогда чувствовать такой страх в своих костях.

— Мне действительно жаль, Майя, — говорю я. — Я никогда не хотела подвергать тебя опасности, и клянусь, я поступлю лучше.

Майя скрещивает руки на груди, ее раздражение все еще кипит, но смягчается намеком на понимание. — Это потребует большего, чем просто извинения. Ты должна понять, насколько это серьезно. Я не могу продолжать чувствовать, что борюсь за свою жизнь бок о бок с тобой.

— Что ты хочешь сказать? — Спрашиваю я.

Майя сжимает челюсти. — Мне предложили работу в Сиэтле, и я подумываю принять ее.

Эти слова поразили меня, как еще одна пуля. — Сиэтл? Ты не можешь...

— Что не могу, Айрис? Остаться здесь и ждать, пока следующее правительственное агентство не похитит меня? — Голос Майи срывается. — Посмотри на мое лицо. Посмотри, что случилось, потому что я была твоей подругой.

Боль отдается в моем плече, но это ничто по сравнению с чувством вины, сдавливающим мне грудь. Кровь просачивается сквозь мою рубашку, теплая и липкая между пальцами, когда я прижимаю их к ране.

— Майя, я...

— Нам нужно двигаться, — перебивает Николай с переднего сиденья. В его голосе слышна холодная властность, которую, кажется, унаследовали все Ивановы. — Федеральные подразделения реагирования приближаются с трех направлений.

Внедорожник набирает скорость, шины визжат, когда мы сворачиваем на боковую улицу. Алексей сидит рядом со своим братом, руки летают над планшетом. Мой ноутбук — тот, что с лазейкой к их системам, — лежит открытым у него на коленях.

— Ты передавала что-нибудь на внешние серверы? — Спрашивает Алексей, не поднимая глаз.

— Нет. — Для моих собственных ушей мой голос звучит как-то отстраненно. — Все локально. Но у Моррисона могло быть время скопировать файлы.

— Я сейчас зачищаю черный ход. Эрик, юго-западный периметр свободен. Едь туда.

Машина снова кренится. Я прижимаюсь к Майе, которая вздрагивает, когда мое поврежденное плечо касается ее.

— Прости, — шепчу я, и не только из-за физической боли.

Майя смотрит в окно, стиснув зубы. — Поговорим, когда будем в безопасности.

Если мы будем в безопасности. От этой мысли меня бросает в дрожь.

У Дмитрия звонит телефон. — Полицейский сообщает о федеральных блокпостах на Коммонуэлс и Сторроу Драйв.

— Иду по туннелю, — отвечает Николай, выполняя резкий поворот, который вызывает новую