Охоться на меня - Бьянка Коул

Эрик, не говоря ни слова, направляется в центр безопасности. Дмитрий и Таш ведут Майю в восточное крыло, вероятно, чтобы ее осмотрели.

Я помогаю Айрис подняться по лестнице, поскольку ясно, что каждый шаг причиняет боль.

— Почти пришли, — обещаю я.

Медицинский кабинет оборудован лучше, чем в большинстве клиник неотложной помощи. Николай не рискует безопасностью нашей семьи.

Я кладу Айрис на смотровой стол и срезаю временную повязку.

В дверях появляется София, прислоняясь к косяку. — Нужна помощь?

— Спасибо, но у меня все есть.

Она не уходит. Просто смотрит, как я работаю, ее острые глаза отслеживают мои движения.

На этот раз я тщательно промываю рану бетадином и тщательно осматриваю, чтобы убедиться, что не осталось осколков. Айрис выглядит совершенно здоровой, и я беззвучно начинаю сшивать кожу.

— Они придут. — Тишину прорезает голос Софии. — Федеральные агенты. Ордера. Может быть и хуже.

— Я знаю.

— Что ты планируешь? — Спрашивает она.

Я заканчиваю последний шов и аккуратно накладываю свежую марлю. — Мы дадим им то, что они хотят.

Взгляд Айрис останавливается на мне. — Что?

— Не ты. — Я помогаю ей сесть, поддерживая поврежденный бок. — Не ты. Но Моррисон работал не один. За проектом "Паслен" есть надзор. Командная структура. Люди, которые санкционировали убийство твоих родителей.

Понимание появляется в выражении лица Софии. — Взаимно гарантированное уничтожение.

— Именно. — Я достаю телефон и открываю зашифрованный канал, двигая пальцами по экрану. — У нас есть сообщения Моррисона. Бумажные следы. Финансовые отчеты. Все. Мы делаем копии. Распространяем их. На случай, если с нами что-то случится, активируем «выключатели мертвецов». Облачное хранилище в двенадцати разных странах.

— Они захотят похоронить это. — Айрис касается моей руки. — Вместе с нами.

— Вот почему мы не хороним. — Я быстро заканчиваю печатать, затем заставляю себя замедлиться, дышать, не позволять адреналину диктовать мой темп. — Мы ясно дадим понять, что наше молчание гарантировано. Никто не говорит о Паслене. Никто не преследует нас. Полный разрыв. Но если с кем-нибудь из нас что-нибудь случится — если мы исчезнем, если нас арестуют по ложному обвинению, если мы неожиданно попадем в больницу — все станет достоянием общественности. Каждая торговая точка. Каждое агентство. Каждая сеть осведомителей.

София выпрямляется, ее разум четко обдумывает возможные варианты. — Рычаг давления, который они не могут игнорировать.

— Предложение, от которого они не смогут отказаться. — Я заканчиваю сообщение и нажимаю "Отправить", затем возвращаюсь к правильному закреплению повязки Айрис. — Мы контролируем ситуацию. Мы контролируем результат.

Ответ приходит быстрее, чем ожидалось. Тридцать семь минут.

Я смотрю на зашифрованное сообщение и перечитываю его три раза, выискивая уловки, скрытый смысл, любой признак того, что это ловушка, замаскированная под переговоры.

— Что это? — Айрис наклоняется через мое плечо, осторожно, чтобы не пораниться.

Я успокаиваю ее. — Они готовы к переговорам.

— Это хорошо, правда?

— Зависит от условий. — Я медленно просматриваю сообщение, переваривая каждое слово. — Они хотят встречи. Нейтральная территория. Завтра в полдень.

София отталкивается от дверного косяка, выражение ее лица становится жестче. — Это ловушка.

— Почти наверняка. — Я продолжаю читать. — Но они напуганы. Посмотри на формулировку. "Взаимные интересы". "Неудачные обстоятельства". "Мирное урегулирование". Это не слова людей, у которых все под контролем. Это слова людей, которые только что поняли, что это не так.

— Они убили моих родителей. — Голос Айрис понижается. — Моррисон был всего лишь оружием. Это люди, которые отдали приказ.

Я кладу телефон и поворачиваюсь к ней лицом, беря обе ее руки в свои. — Вот почему мы не идем туда неподготовленными и почему мы не идем туда в одиночку.

В дверях появляется Николай. Эрик и Дмитрий немедленно встают по бокам от него, образуя стену присутствия Ивановых, из-за которой медицинская палата внезапно кажется меньше.

— Ты встретишься с ними не один, — говорит Николай. Это не вопрос.

— Я и не собирался.

— Хорошо. — Дмитрий скрещивает руки на груди. — Потому что это попахивает засадой.

Эрик, который живет и дышит подобными вещами, подходит к окну, проверяя линии обзора. — Местоположение?

Я набираю координаты на телефоне. — Федеральное здание. Центр Бостона. Общественное место.

— Публика — это свидетели, — говорит София, стоя рядом с мужем. — Людям труднее исчезать.

— Если только у них нет готовых ордеров. — Айрис касается своего забинтованного плеча. — Федеральная юрисдикция. Они могут арестовать нас в тот момент, когда мы войдем.

— Нет, если мы сначала будем контролировать подачу информации. — Я открываю новое окно и начинаю печатать. — Мы сливаем часть файлов Паслен, но только стратегические фрагменты. Мы сливаем достаточно информации, чтобы заставить журналистов задавать вопросы и убедиться, что история слишком масштабная, чтобы ее можно было замять.

Глаза Николая сужаются, он сразу видит игру. — Страховка.

— Именно. — Мои пальцы бегают по клавиатуре. — Три основных выхода. Зашифрованные посылки. Выпуск отложен по времени, если только мы не отменим загрузку после собрания — мы дадим им этот шанс.

— Как долго? — Дмитрий подходит ближе, чтобы посмотреть на мой экран.

— Через шесть часов после встречи. — Я заканчиваю код. — Достаточно времени, если переговоры пройдут успешно, но у них недостаточно времени, чтобы остановить это, если дела пойдут наперекосяк.

Рука Айрис находит мою и крепко сжимает. — Они узнают, что мы делаем.

— Хорошо. — Я сжимаю руку в ответ. — Пусть попотеют.

В комнате воцаряется тишина, если не считать того, что я печатаю.

София наклоняет голову. — Итак, что мы будем делать тем временем?

Я закрываю ноутбук и смотрю на лица окружающих меня людей. Мои братья. София. Айрис. Таш и Катарина. Моя семья и люди, ради которых я бы сжег мир дотла. Люди, ради которых я уже начал его сжигать.

— Мы поедим, — говорю я. — И убедимся, что с Майей все в порядке. Мы даем себе восемнадцать часов на то, чтобы побыть людьми, прежде чем войдем в логово льва.

Николай приподнимает бровь. — Это и есть твой план?

— Лучшее, что у меня есть. — Я встаю, помогая Айрис подняться на ноги. — У нас есть восемнадцать часов, прежде чем кто-нибудь сможет что-нибудь предпринять. С таким же успехом можно не тратить их на трезвую голову.

— Наконец-то. — Дмитрий направляется к двери. — Предложение, к которому я могу присоединиться.

Эрик хмыкает в знак согласия.

Столовая комплекса может вместить тридцать человек. Мы занимаем один конец массивного стола.

Дмитрий совершает набег на винный погреб, принося четыре бутылки, которые, вероятно, стоят дороже, чем автомобили большинства людей.

— Крепкое начало. — Таш принимает бокал. — Мне нравится.

— Мы празднуем либо выживание, либо нашу последнюю трапезу. — Дмитрий наливает тяжелой рукой. — В любом случае, можно выпить чего-нибудь вкусненького.

Эрик уже на кухне и возвращается через несколько минут с контейнерами из холодильника. — Кто-то заказал