Игра на камеру - Челси Курто

напряжение искрится и гогочет между нами, и я уже близка к тому, чтобы отстраниться. Мне нужно отстраниться. Его притяжение слишком сильное, слишком мощное, чтобы вырваться из нее, но если я не сделаю этого, то совершу какую-нибудь глупость.

Например, поцелую его. Попрошу его остаться на некоторое время. Разрушу стены, которые воздвигла, чтобы отгородиться от мужчин, которых пугает мой успех, заставляющий меня постоянно преуменьшать свои достижения, чтобы казаться более привлекательной и достойной свидания. Возьму его с собой домой и сниму с него одежду, чтобы я могла проследить каждый сантиметр его подтянутого тела. Покусать его татуировки и попробовать на вкус гладкую кожу его шеи.

Его малышка.

Черт.

У меня куча проблем.

— О, — говорю я, потеряв всякую мысль. — Я не ненавижу его. Мне он нравится. Очень нравится.

— Я знаю. Тебя так легко прочитать, Лейси. — Шон бросает взгляд на Дарси. — Ты получила то, что тебе нужно?

— Да. — Она убирает телефон в карман. — Спасибо. Фанаты будут в восторге. Это будут первые фотографии вас двоих на наших аккаунтах. Я знаю, что вы сделали заявление, но слова приходят и уходят. А фотографии — это навсегда.

Дарси машет рукой и исчезает, направляясь к тропинке из конфет.

— Хочешь еще раз сходить на каток? — спрашивает Шон, и я киваю.

— Конечно. — Я встаю и выбрасываю свою пустую бутылку из-под воды в мусорное ведро. — Тебе все еще нужна моя помощь?

Его глаза встречаются с моими, и он протягивает руку.

— Пожалуйста, — говорит он, и мне нравится, как это слово звучит в его устах.

Интересно, что еще я могу сделать, чтобы он сказал это снова. Интересно, как я могу поставить его на колени и заставить умолять.

Я переплетаю наши пальцы и веду его ко льду. Когда он крепко сжимает мою руку, меня пронзает озарение.

Не думаю, что отпустить Шона через несколько недель будет так легко, как я думала.

21

ШОН

Мы наконец-то вернулись в колею после поражения в Лос-Анджелесе на прошлой неделе.

Думаю, вечер на ферме помог. У всех улучшилось настроение. Наша атака остра, и Джетт выполняет каждую передачу. Наша защита не пропускает ни одного удара, и они восемь раз обходили квотербека «Рыцарей».

Звучит свисток, и я с ухмылкой наблюдаю, как наши игроки убегают с поля. Кажется, что нас уже не остановить, ведь мы уходим на перерыв с преимуществом в двадцать восемь очков.

— Все молодцы, — говорю я, когда ребята трусцой направляются к туннелю. — Давайте будем еще сильнее во второй половине игры.

Они поднимают руки к толпе в знак благодарности за поддержку, и болельщики родного города горячо аплодируют им. Даллас останавливается рядом со мной и обнимает меня за плечи.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я.

— Любуюсь видом, — отвечает он с ухмылкой.

— Ты ведешь себя странно. Ты всегда первым приходишь в раздевалку, чтобы съесть свой пакетик Скиттлз.

— Может, я нашел что-то, что мне нравится больше, чем Скиттлз.

— Мне все равно, чем ты занимаешь свое личное время, — говорю я. — Просто закругляйся и не будь с ней придурком.

— Тренер-тренер. — Он похлопывает меня по груди и указывает в сторону толпы. — Возможно, вам небезразлично, чем я занимаюсь в свое личное время.

— Что ты... — Я замолкаю, когда замечаю Лейси, сидящую в первом ряду, как и всегда. Только сегодня на ней не моя форма. На ней майка Далласа. — Какого хрена?

— Она попросила у Дарси одну из моих футболок. Я даже подписал ее для нее. Только не говори мне, что в раю уже есть проблемы? — спрашивает Даллас, и я слышу ухмылку в его голосе. — Не можешь удовлетворить свою даму, старик?

— Иди в раздевалку, — говорю я сквозь стиснутые зубы. — Пока я не посадил тебя на скамейку запасных на вторую половину игры. Или до конца этого чертова сезона.

Даллас смеется и отстраняется от меня.

— Я понял, тренер. Но тебе не стоит беспокоиться. Это все веселье и игры. Что за жизнь, если ты не можешь посмеяться с любимым человеком, верно? Увидимся.

Он исчезает, а я потираю челюсть. Лейси повернулась в сторону и разговаривает с Мэгги. Она что-то оживленно жестикулирует руками, и я минуту наблюдаю за ней. Я замечаю, как она откидывает голову назад и смеется. У нее длинная шея, едва заметная под белой водолазкой.

И эта чертова форма.

Я хочу сорвать ее с ее тела. Разорвать ее в клочья и оставить десятком кусочков у ее ног. Я хочу сорвать ее с нее зубами и сделать так, чтобы на ее спине красовалась моя фамилия.

Черт.

Я сжимаю переносицу и делаю глубокий вдох. Ревность затуманивает мой взор, и я сжимаю пальцы в раздражении.

Почему меня это так волнует?

Парни давно знают Лейси. На ферме в тот вечер они постоянно уводили ее, чтобы покататься вместе. Чтобы угостить ее гоголь-моголем и украсить печенье. Они все ее любят, и это очевидно.

Она относится к ним как к людям, а не как к спортивным богам, которых возводят на пьедестал. Она спрашивает об их семьях, о том, где они учились в колледже и что делают на каникулах, не имея при этом никаких скрытых мотивов. Когда они разговаривают, она искренне слушает и активно участвует в разговоре.

Она чертовски умна, и хотя я знаю, что она поддерживает команду, мне нравится, что это не все, что ее интересует. Мне нравится, что у нее крутая работа и она не тратит все свое время на то, чтобы быть любимицей игроков. У нее есть своя жизнь, и у них она есть, и это лучшее из двух миров.

Так какого хрена я злюсь на то, что она надела чужую форму?

Я снимаю гарнитуру и бегу к трибунам, помахивая друзьям, когда приближаюсь к ним.

— Шон, — кричит Мэгги сверху. — Отличная игра.

— Как думаешь, ребята смогут забить еще пару тачдаунов? — спрашивает Эйден. — Джетт — игрок мечты, но, как по мне, нужно укрепить защиту.

— Я займусь этим, — говорю я и перевожу взгляд на Лейси. — Ты можешь спуститься в туннель?

— Конечно. — Она возится со своим ожерельем и сглатывает. — Все в порядке?

— Все просто замечательно. — Я ухмыляюсь и провожу большим пальцем по плечу. — Я дам охране добро. Встретимся через три минуты у кладовки.

Я засовываю руки в карманы и шагаю по газону в сторону туннеля. Ей понадобится больше времени, чтобы добраться туда, но у меня будет минута, чтобы проветрить голову. Чтобы сделать глубокий вдох и все обдумать.

Мне нужно все обдумать.