Уязвимость - Тина Альберт

Так неловко я себя никогда ещё не чувствовала, я ложусь спать в одну кровать Нейтом Вебстером. Не знаю почему, но я доверяю ему и готова пойти на риск. Как бы сильно меня не волновал вопрос с чего вдруг он удостоил меня такой чести разрешить мне спать с ним в одной кровати, желание уснуть и отключиться намного сильнее. Поэтому я залезаю под одеяло на свободную половину кровати, отворачиваюсь спиной к Нейту и не замечаю как меня окутывает сон.

* * *

Медленно приходя в себя, я ощущаю, как тёплый рассветный свет пробирается через полупрозрачные занавеси и играет на моих веках. Мягкость простыни под пальцами напоминает прикосновение чего-то удивительно нежного и тёплого, а плотное одеяло обволакивает меня, словно объятие. Легко и бесшумно, я приоткрываю глаза и вижу перед собой просторную комнату, где каждая деталь интерьера кричит о роскоши. На светлых стенах висят абстрактные картины, добавляющие загадочности атмосфере.

Окидывая взглядом комнату, я вижу Нейта, сидящего ко мне спиной за столиком у панорамного окна. Его пальцы лихорадочно танцуют по клавишам ноутбука. Вот оно, осознание: все, что случилось вчера, не было сном. Я действительно в Дубае, в одном номере с другом моего бывшего.

Он снова без футболки, и я не могу оторвать взгляд от его оголенной спины, где каждый мускул, словно скульптура, свидетельствует о бесчисленных часах в спортзале. "Ну и ну, теперь я и залипаю на спину Нейта Вебстера," – думаю я с иронией.

В голове вихрем кружатся мысли. Я прилетела сюда по его приглашению, и теперь вот… сплю с ним в одной кровати. "Боже, пусть только Джаред об этом не узнает," молю я про себя. "Но что, если это проверка?” Правда на что меня проверять? Ведь мы с Джаредом расстались уже два месяца назад, я свободна как птица. Тем не менее, пусть и свободной, но спать с лучшим другом моего бывшего… это вне моего плана.

У меня есть жизненные принципы, которым я стараюсь придерживаться. Один из этих принципов: “Не встречаться и не спать с друзьями моих бывших парней.” Просто сон, как я выяснила в свете последних событий, на эти принципы не распространяется видимо. Обычно я стараюсь разорвать все связи, которые как-то касаются моих прошлых отношений. Но в этот раз что-то явно пошло не так…

Я вздыхаю, уткнувшись в подушку, и мысли мои текут лениво, словно вязкий мёд. "Ладно, встречаться с Нейтом я точно никогда не буду," – повторяю мысленно, словно мантру. Мы с ним слишком разные. У меня есть принципы, ценности, к которым я стремлюсь. А у него? У него их полное отсутствие. Интуиция подсказывает, что выбирать парня, который не способен остановиться на одной девушке, – это всё равно что строить дом на песке.

Я все ещё прикрываюсь белоснежным одеялом, когда Нейт будто чувствует моё внутреннее смятение. Он поворачивается и в его глазах я вижу тёплое любопытство.

– Ты уже проснулась, пойдём завтракать, – говорит он заботливым голосом, словно мы вчера поженились, а он мой новоиспеченный муж.

– Угу, – выдавливаю я из себя, моя голосовая связка нежелающе сотрудничает, и я стараюсь скрыть своё замешательство под мягкой тканью. Потягиваюсь, ощущая, как каждый сустав просит пощады. Глаза еле разлепляются. Встаю с кровати, стараясь не издать ни звука и направляюсь в ванную, стараясь не споткнуться о свою собственную неуклюжесть.

Вода в душе бьёт ключом, струи оживляют моё оцепенение. Последствия вчерашнего перелета ещё сказываются на моём сознании: мысли путаются, словно клубок ниток. Нужно окончательно проснуться. Освежающий душ помогает, но смена климата играет со мной злую шутку. Чувствую себя как размякший мармелад, долго варёный на медленном огне.

Выходя из душа, обернувшись в полотенце, я замечаю, что Нейт, наконец, надел футболку. Она спасает меня от бурной игры моей фантазии, которая, кажется, не знает границ. Я знаю, что могу себе это позволить – всё-таки я уже два месяца одна. Я никогда не спешила бросаться в новые отношения; мне просто необходим отдых от всего этого. А секс на одну ночь меня никогда не привлекал. Поэтому придётся смириться с внезапными всплесками гормонов при виде парней с голым торсом.

Завтракаем на веранде кафе, которое словно приросло к нашему отелю. Мягкий утренний бриз ласкает моё лицо, а я, все ещё без аппетита, выбираю апельсиновый сок и свежие фрукты. Напротив меня Нейт, мой новый работодатель, предается кофе и чему-то питательному на тарелке.

– Так, может, всё-таки ты расскажешь мне, что за работу для меня ты придумал? – интересуюсь я, наблюдая, как сок встречается с трубочкой, и делаю глоток.

– Обязательно, но не сегодня, – отвечает он, уклончиво скрывая взгляд за чашкой кофе.

– Почему? – настаиваю, чувствуя, как недоумение прокрадывается в мой голос.

– Посмотри на себя, какая работа? – Нейт поднимает глаза на меня, и я вдруг ощущаю себя невидимой.

Нет, я не одна из тех длинноногих красоток, которые приезжают сюда сиять внешностью, но разве это повод так грубить? Моё недовольство прорезает воздух, когда я бросаю на него тяжелый взгляд и отворачиваюсь, чтобы дать волю своим мыслям, уставившись на мерцающую воду набережной.

– Сегодня выходной. Ты только прилетела. Не хочешь отдохнуть? – его голос мягче, кажется, в нем звучит забота.

Так это была забота о моём режиме? Но чем больше времени я теряю, тем сильнее чувствую себя той самой, девушкой по вызову. Я хочу доказать, что мои способности куда шире, чем просто внешняя оболочка.

– Знаешь, не терпится уже приступить к своим обязанностям, – выдыхаю я, возвращаясь к разговору.

– Решено. Идем на пляж. Уверен, тебе не хватало солнца в сером Нью-Йорке. Пойдем восполнять твой уровень витамина Д, – Нейт решает за нас обоих, и его уверенность не принимает возражений. Он подносит чашку ко рту, совершая медленный глоток, словно подчеркивая конец дискуссии.

Я смотрю на него, раздумывая, стоит ли спорить, или примириться с мыслью о том, что один день на солнце – это не так уж и плохо. В конце концов, работа никуда не денется, а витамин Д, возможно, действительно придаст мне сил.

* * *

Солнце ярко светит в небесной лазури, и я вижу, как его отражение играет на поверхности моря. Нейт привёл меня на уединённый частный пляж, где мир кажется замер в блаженном покое. Здесь почти нет людей, так как они скрыты за белоснежными занавесами своих