Хозяйка Дьявола - Катерина Траум

Громкий стон чистого, яркого наслаждения, подаренного предельной наполненностью, вырвался из графини и смешался с воющей за окном вьюгой. Из глаз покатились слезы от глубины, до которой доставала его пульсирующая твердая плоть. Она дрожала: это было на самой грани с болью, но с болью восхитительной, тягучей и сладкой, как карамель.

– Черт… черт… – Потрясенный шепот Деона стал ей лучшей наградой.

Его ладони жадно оглаживали изгибы ее тела, словно подбадривая к продолжению, и Сандра осторожно оперлась на его грудь. Попробовала немного приподняться и опуститься, тут же прикусив губу от пронзившего острого удовольствия.

– Давай, моя девочка, – напрочь севшим голосом потребовал Деон. – Трахни меня.

Это было грубо, дерзко и бесстыдно, но от его слов Сандра завелась еще больше. Не разрывая зрительного контакта, она нашла коленями опору и начала двигаться, плавно и постепенно, привыкая к размеру. Улавливая темп в руках Деона, которые требовательно сжали ее бедра. Размазывая влагу по его члену. Растворяясь. Падая и взлетая.

Судорожно вдохнула, впиваясь ногтями в бархатистый торс, когда природа и инстинкты заставили увеличить амплитуду движений. Деон на миг прикрыл веки и хрипло простонал:

– Да… Быстрее.

Сандра всхлипнула: быстрее у нее не получалось, а так чертовски хотелось! Сдавшись, она легла грудью на его тело и подтянулась к губам. Он проник в ее рот языком и сам двинул бедрами ей навстречу, отчего она протяжно застонала прямо в поцелуе.

Это стало последней каплей для его выдержки. С глухим рыком Деон перехватил доминирующую позицию, которая на самом деле всегда была только его. Обвив талию Сандры, он завалил ее на медвежий мех и прижался к ней всем телом: трение кожи казалось восхитительно прекрасным. Но когда в следующий миг он закинул ногу графини себе на поясницу и вновь заполнил ее собой до предела, она изо всех сил вцепилась в его предплечье ногтями, едва сдержав крик и задохнувшись от ощущений.

Хорошо, что он не сделал так сразу, иначе, кроме боли, это не принесло бы ничего. А сейчас, распаленная до критической точки и истекающая влагой, Сандра обнимала его собой так плотно, что по щекам снова покатились слезы абсолютного блаженства. Уже не в силах сдерживаться, Деон полностью накрыл ее собой, и глубокие, ускоряющиеся толчки стали единственной целью двух соединившихся тел. То сплетаясь в отрывистых поцелуях, то срываясь в глухие стоны, вторящие свисту декабрьского ветра.

Сандра вскрикнула от нового резкого движения, уже совершенно не щадящего ее неопытность, чувствуя, как сковывающее напряжение достигло пика. Словно каждая крупица ее тела сжалась до предела. Деон прерывисто дышал, опаляя огнем ее шею и вновь оставляя на ней долгий, всасывающий поцелуй через легкую боль.

– Моя… моя, – сдавленно шептал он будто в бреду.

Ни смыслов, ни воздуха, ни возможности противиться древнему как мир ритму. Сандра теснее обняла его ногами, прочертила ногтями по плечам, пытаясь удержаться, но ее все равно будто разносило в пыль. Было что-то воистину первобытное в том, как рьяно Дьявол соединялся со своим маленьким ангелом на белоснежном мехе в свете прогорающего камина…

– Деон… – прошептала Сандра, пряча лицо в сгибе его шеи и окончательно дойдя до края.

Резкий рваный толчок заполнил ее собой до самой грани, и она сжалась вокруг него, пульсируя разрядкой. Ее затрясло, унося в полнейшую нирвану, и в порыве удержаться в реальности Сандра впилась зубами в его плечо. Деон застонал, судорожно двинул бедрами в последний раз и едва успел выйти из нее, изливаясь горячей влагой на дрожащий живот.

Но отрываться от нее не спешил. Графиня запрокинула голову, тяжело дыша от разбивающих тело конвульсий, захвативших в плен даже кончики пальцев. И Деон нежно выцеловывал ее горло, скользя губами вдоль вен. Защекотал кончиком языка, и Сандра блаженно улыбнулась, понемногу приходя в себя. Сама потянулась к нему за поцелуем, успокаивая в мягком сплетении бешеное сердцебиение.

А мысль о том, чтобы когда-нибудь его отпустить, унесла снежная предрождественская вьюга.

Слухи

Через плотные шторы в спальню графини пробивались первые утренние лучи, высвечивая два тела на кровати. Сна этой ночью перепало слишком мало, но вряд ли кто-то об этом переживал. Уж точно не Сандра, лежавшая на разгоряченном мужском теле и еще пульсирующая от последствий очередного слияния.

Деон тяжело дышал, одной рукой обхватив ее и по-хозяйски накрыв полушарие груди, а второй переплетая со своей маленькой госпожой пальцы. Она откровенно упивалась этой странной, новой для нее близостью, которая не закончилась у камина в гостиной и перешла в спальню.

– Скоро сюда начнет стучать Шайла с завтраком, – тихо пробормотала Сандра, щекой потираясь о бархатистую кожу на его груди. – Надо решить…

– Я не полезу под кровать, – усмехнулся Деон, крепче прижимая ее к себе. – Было условие: ты моя, и я не собираюсь это прятать. Тем более что вряд ли хоть кто-то этой ночью не слышал, как громко может стонать хозяйка Стормхолла. А слуги давно увидели бардак в гостиной.

Сандра вздохнула: что правда, то правда. Не особо они пытались остаться незамеченными, когда оставили разбросанную одежду или когда Деон нес ее на руках на второй этаж.

Что ж, значит, скоро этот слух долетит до каждого двора в городе: что известно слугам, то известно всем. Но ведь это уже и так не новость для обсуждения в кулуарах! Слышала Сандра о себе вещи и похуже. Тем более что репутация Леди А от такого не пострадает, а последней в роду Де Росс все равно не суждено выйти когда-либо замуж.

Так что пусть сплетницы хоть сотрут себе языки, обсуждая происходящее в ее доме.

Деон поднял повыше их переплетенные руки и неспешно поцеловал тонкие пальцы графини, прежде чем закинуть ее ладонь себе на плечо и притянуть Сандру повыше. Она прерывисто выдохнула, встретившись с ним взглядом: снова жадный блеск, а бедром чувствовалась крепнущая твердость в его паху. Нетерпеливо поерзала у него на груди и, будто ластящаяся кошка, прошлась кончиком носа вдоль его шеи, чтобы затем игриво прикусить небритую скулу.

– Слушай, я давно подозревал, что ты голодная, но не знал, до какой степени, – улыбнулся Деон ее желанию, которое совершенно не закончилось на этой ночи, хотя между ног с непривычки немного саднило.

Не говоря уже о граде маленьких синеватых отметин собственника на шее, груди и даже где-то на внутренней стороне бедра. Но ей нравилось