Договорная любовь - Лорен Ашер

— Я смогу сделать гораздо больше, если буду мэром, — надеюсь, мой ответ ее удовлетворит.

Она пожимает плечами.

— Возможно. Просто такое ощущение, что ты вкладываешь чересчур много усилий в город, в который только недавно переехал.

Меня охватывает паника, но я дышу через нос, пока не становлюсь снова уверен, что не раскрою свои истинные мотивы.

Перед нашей первой встречей в «Last Call» я рассказал Лили несколько историй из своей жизни, например, о том, как мой дядя сломал мне нос, но я не могу рассказать ей о своих родителях или о Ладлоу. Я не буду этого делать, даже если идея поделиться своими переживаниями с кем-то другим очень заманчива.

С кем-то или с Лили?

Вместо того чтобы думать об этом, я отвлекаюсь.

— Думаю, я смогу справиться с этой задачей лучше, чем Тревор, так почему бы не побороться с ним? А теперь, когда я знаю о его планах на Лавандовый переулок, мы можем использовать это в наших интересах. Как только люди узнают о его плане реконструкции исторического района, у них не будет выбора, кроме как перейти на нашу сторону.

Она хватается за мою руку, впиваясь ногтями в кожу так сильно, что остаются временные следы.

— Нет. Ты не можешь всем об этом рассказать, иначе у моей мамы и всех, кто подписал соглашение о неразглашении, будут проблемы.

Черт. Я прокручиваю в уме всю информацию, которой она поделилась.

— Ты упомянула что-то про архитектурные планы?

— Да. А что с ними?

— Ты помнишь, кто их разработал?

Она поглаживает подбородок.

— Я не помню точно имя. Что-то типа «Моррис и Холмы»?

— Я разберусь.

Она делает глубокий вдох.

— Пожалуйста, не заставляй меня жалеть, что я доверила тебе это. Последнее, что нужно моей маме с ее проблемами с сердцем, — это стресс от каких-нибудь судебных разбирательств.

— Хорошо.

Ее облегчение становится ощутимым.

— Спасибо.

В машине становится тихо всю дорогу до дома Лили, и я испытываю облегчение, когда заезжаю на ее подъездную дорожку. В этой тишине есть что-то угнетающее, и у меня появляется странное желание заполнить ее звуком.

Особенно звуком голоса Лили.

Когда я впервые встретил ее, я понял, что она может разрушить все, над чем я работал до этого момента. Она умела успокаивать мои навязчивые мысли, заставляя меня забыть, что я ненавижу целоваться и редко пью, потому что не люблю терять даже малейший контроль над собой. Она заставила меня, по крайней мере на несколько секунд, подумать о будущем, в котором я не был бы одинок.

О будущем, которое казалось многообещающим, пока я не вспомнил, что буду постоянно переживать не только о себе, но и о ней — а это не закончилось ничем хорошим в случае с моими родителями.

У меня и так достаточно поводов для беспокойства, когда дело касается меня самого, поэтому последнее, что мне нужно, — это стать одержимым Лили.

Даже если она — все, что я хочу.

Глава 19

В течение следующей недели Лоренцо и я стали чаще появляться на людях. Я заглядывала в его предвыборный штаб на очень публичный обед, мы вместе проводили время в «Last Cal», а однажды днем я присоединилась к нему в парке на набережной — то есть села на скамейку и глазела на Лоренцо, пока он занимался на уличных тренажерах в парке.

Без футболки, позвольте добавить.

И весь потный.

К середине тренировки у него уже образовался фан-клуб из нянь и выгульщиков собак, что немного раздражало. Единственный способ избавиться от них — это обнять полуголого, блестящего от пота Лоренцо и заявить о своих правах.

Весть о наших отношениях разнеслась по всему городу. Я не единственная, о ком все говорят, потому что оказалось, что Рафа встречается с Элли, которая уволилась с работы, потому что любит своего босса больше, чем как друга.

Я давно хотела поговорить с Рафой об этом, поэтому, когда он попросил меня помочь ему отвезти его новую семью котят к ветеринару, я согласилась. Я вторая по величине любительница животных в нашей семье.

Рафа не признался мне напрямую, что он взял их именно из-за Элли, но я сложила два плюс два, когда он пересказал историю их появлению во время нашей поездки в город. Он даже улыбается, когда говорит о ней, и я прямо переполнена счастьем за него.

Но также чувствую легкую грусть — не за него, а за себя. Ведь сколько лет я провела в ожидании человека, который будет говорить обо мне так же?

Я ходила на свидания. Я зарегистрировалась во всех приложениях для знакомств. Я давала мужчинам много шансов, потому что хотела убедиться, что они не те самые, с кем я смогу провести остаток своей жизни.

Потом я встретила Лоренцо и подумала, что он — тот самый мой человек. Я была настолько уверена в этом, что загадала, чтобы он им был.

Так, как сказал мой отец.

Я отгоняю от себя болезненные воспоминания и сосредотачиваюсь на Рафе, который рассказывает мне еще одну историю из их поездки. К тому времени, как мы добираемся до ветеринарной клиники, котята уже мяукают как сумасшедшие, поэтому администратор показывает нам отдельную комнату, где мы можем их выпустить, пока ждем ветеринара.

— Итак, ты и Лоренцо… — говорит Рафа, поднимая с пола котенка с розовым ошейником.

Я беру котенка и кладу его обратно к его братьям и сестрам.

— А что с ним?

— Как у вас дела?

Я смеюсь.

— Ну, настолько хорошо, насколько это было возможно после почти года скрывания наших отношений.

Его глаза сужаются. Я готовлюсь к его осуждению, но он удивляет меня, говоря:

— Уверен, тебе было тяжело.

— Да… но теперь, когда люди обо всем знают, я чувствую себя гораздо лучше.

— Мне любопытно — как вы оба так долго хранили это в секрете? — он смотрит на меня, а не на котенка, который в данный момент терзает его шнурки своими крошечными когтями.

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому что ты последний человек, которому кто-либо что-либо рассказывает.

Я открываю рот.

— Это было совершенно неуместно.

Он пожимает плечами.

— Но это правда.

— Я умею хранить секреты.

— Я тоже, — он выглядит таким самодовольным после этих слов, и я сразу понимаю, что что-то не так.

В этот момент в комнату входит ветеринар, прерывая наш разговор. Сначала