Ведунья - Инна Сирин

Она редко кому доверяет.– Просто у меня своих двенадцать, видимо она это чувствует.Я согласна улыбнулась.Нам выделили каюту помощника, которую обычно и занимал Гастон. Она оказалась достаточно просторной, чтобы вместить нас троих, а вот Дейзи предстояло жить в кладовке по соседству, которую очистили специально для нее одной. Но девушка не жаловалась. В родной деревне у неё никого не осталось, а учитывая обвинения в ведьмостве, которые она сама на себя взяла, в Англии ей оставаться было опасно.Расположившись, мы стали ждать отлива и немного вздремнули. Когда же он начался и корабль стал сниматься с якоря, на пристани появились солдаты и велели всем оставаться на местах.– Мы ищем беглецов, обвиняемых в колдовстве. Советуем добровольно выдать нам их, если они у кого-то на корабле! – громогласно объявил их капитан. Я застыла от ужаса, понимая, что с корабля мы не сможем никуда убежать, а спрятаться на нём не получится.Наш капитан оперся руками о борт, когда солдаты обратились непосредственно к нему.– Не у вас ли в команде служит некто Гастон Тусет?– Служил когда-то, – не мешкая ответил Скотт Дрейк. – Только я его уже года два не видел. Сбежал, подонок. И даже не заплатил свои долги.– Значит, сейчас у вас на корабле его нет?– Увы, господа.– Спустите лестницу, мы поднимемся и сами проверим.– Боюсь, не могу, капитан. У нас чума на борту. Один матрос спелся с девицей в борделе, а сегодня у него бубон вылез в паху. Теперь мы все опасны. Я переболел, и часть моей команды тоже, но некоторые чумой не болели.Слышавшие это люди громко охнули и гул этих голосов было слышно по всей пристани. А капитан добавил:– Для всех будет лучше, если вы нас немедленно выпустите. Иначе, боюсь, кто-то может поджечь корабль во избежание распространения болезни, но тогда Лондон снова загорится.– Чем подтвердите, что у вас чума? – неуверенно спросил капитан солдат.– Могу спустить вам на веревке заражённого.Капитан солдат серьёзно задумался и не зря. Нам успели рассказать, что чума, задевшая и наш замок, выкосила половину народа по всей Англии, если не больше. Разумеется, никто не хотел повторения и солдаты посматривали на своего начальника весьма опасливоЯ смотрела на них через маленькое слуховое окошко, откуда меня не было видно. Всё моё существо в напряжении ждало их решения.– Не надо. Слишком рискованно. Ладно. Немедленно покиньте порт. Не возвращайтесь в город как минимум три месяца.– Это ж убытки какие! – всплеснул руками капитан. – Вы меня разорить что ли хотите? Обычно месяц на карантин дают.– После чумного поветрия срок увеличили. Ничего, не разоритесь. Уходите немедленно. Остальным стоять на якоре! Будем обыскивать всех!Наш корабль в тот вечер и правда оказался единственным, покинувшим город. Еще один отчаянный пытался прорваться следом, но с берега развернули пушку и пробили ему борт, а позже в гавани натянули цепи, чтобы никто не мог уплыть.

Наш путь лежал за океан в далёкие земли, называемые Нью-Гемпшир. Говорят, там жили разные люди, преимущественно англичане, но были и поселениях других народов. Там имелись плодородные земли, густые леса, полные дичи и много свободы. Мы могли начать жизнь заново, купить себе участок и построить дом. И там меня не сможет достать лорд Себастьян, даже если выживет и узнает, что я жива.

Я решила забыть всё, что мы пережили и начать с чистого листа. Мои мечты о море и путешествиях наконец сбывались. Когда свежий соленый ветер путал мне волосы и оседал на губах, Гастон обнимал сзади и обещал, что теперь всё будет хорошо, впереди целая жизнь, полная любви и открытий.Вскоре нас торжественно обвенчал капитан и сделал соответствующую запись в журнале. Он посоветовал взять себе новые имена, чтобы прошлое никогда не настигло нас. Да и ему будет безопаснее возвращаться в Лондон. Он был обязан вести судовой журнал, в котором описывал события каждого дня и перечислял весь состав корабля. Этот журнал в любой момент могли затребовать представители короля, любых властей в новых землях или хотя бы начальники портов, в которые мы будем заходить. Но если он впишет туда другие имена, всё будет в порядке.Место нашей посадки на корабль тоже решено было указать иное, буквально в следующем порту. Мало кто видел, как мы остались на корабле и даже если найдутся свидетели, в судовом журнале ничего не будет.– Что, если вас спросят насчёт чумы? Многие слышали как вы объявили об этом? – поинтересовался Гастон.– Что ж, я сделаю запись, что матрос умер, но больше никто не заболел и когда мы вас приняли на борт, вы согласились на риск. Олин матрос и правда сбежал из-за своих карточных долгов команде, мне пришлось его заменить.– Он остался в Англии?– Нет, сбежал во Франции, но я не записывал это, думал, вернётся. Теперь мы туда не пойдём, и даже если он объявится, ему же хуже. Вот его чумным и запишем.Нашу женитьбу капитан обязан был зарегистрировать в журнале, чтобы были подтверждения. Иначе нам придётся искать священника в новом месте. Однако из-за этого могли возникнуть проблемы. Моряки говорили, что иногда незамужних женщин не пускали на берег без соответствующих документов. А у меня вообще никаких документов не было. Так что выбор невелик. Да и мне было безразлично кто и где нас поженит.Так я стала Блайт Гарднер, а Гастон стал зваться Арман Керр. Имя Элизе мы оставили, она недавно стала на него отзываться, а Дейзи выбрала себе имя Пейдж Портер. Её собственное никогда ей не нравилось.Я замечала как команда уважает Гастона, но к женщинам на корабле моряки относились с опаской. Для них это всегда была плохая примета, грозившая гибелью кораблю и команде. Любое происшествие на нашем пути свалят на нас, будь то буря или болезнь. Тем более учитывая обвинения в колдовстве, а об этом вся команда уже знала. Судно было торговым, а не пассажирским, поэтому если они и брали людей, то обычно только мужчин. Дабы сгладить эту ситуацию, я напросилась помогать коку с готовкой. Сперва он сопротивлялся, но уже после первого приготовленного мной блюда изменил своё мнение. А через три дня и моряки распробовали мою стряпню, конечно же улучшенную с помощью магии, и понемногу начали оттаивать.– Я тут подумал, что твой дар может сослужить нам хорошую службу, – задумчиво проговорил мой муж, когда мы укладывались спать в каюте. Элиза недавно улеглась и теперь мирно сопела под шелест волн за бортом.– В каком смысле? – я