Дневная жена незрячего Дракона - Хель Сорго

Новое утро.

За окном мельтешение из деревьев и редких, будто игрушечных хижин какой-то деревеньки. И рассвет – медленно ползущее вверх солнце, уже ослепительно-яркое, пускающее стрелы своих прозрачных, золотых лучей.

Я пожала плечом, отчего-то стараясь не смотреть в сторону Райдо. Чувствовала себя слишком разбитой, растрёпанной и уставшей и казалось, что если встречусь с ним взглядом, то он более отчётливо заметит это.

Эрику зато становилось легче на глазах. Граф ещё раз проверил, нет ли у мальчишки жара и, успокоенный, вернулся к разговору со мной.

– Что-нибудь нужно, хочешь сладкого чая?

Я покачала головой:

– Не беспокойся.

– Что-то ты совсем потухла… – Райдо хотел было пересесть ко мне, но я поспешила лечь и отвернулась лицом к стене, втягивая носом щиплющуюся внутри кровь. – Ладно, отдыхай, – проронил Райдо растерянно.

Минутой ранее он заставил меня выпить лекарство и не меньше полулитра воды, чтобы сбить температуру. Отыскал где-то отвар от кашля. И возился с детьми. А у меня даже не осталось сил на благодарность…

Про Удава, точнее про его возможное присутствие в поезде мы больше не заговаривали. Не до того. Но сам граф, подозреваю, всё это время оставался начеку.

– Скажи, – почувствовав странное сожаление, что заставляю его переживать, повернулась к нему, – а я уже спрашивала, как ты посадил нас всех на поезд, да ещё деньги остались на еду?

Он как раз нарезал багет для бутербродов с сыром.

Райдо усмехнулся.

– Да как, – замялся он, потянувшись, будто скрывая за этим смущение, – если честно, задавил титулом и пообещал награду. Вот нас и впустили, свободные места нашли.

– Ну-ну, – засмеялась я, рискуя закашляться, – по глазам вижу, муж мой, что ты просто очаровал проводницу!

Он спрятал лицо за ладонью и взглянул на меня сквозь пальцы:

– Прости мне это, – попросил то ли в шутку, то ли всерьёз, – но я лишнего себе не позволял, правда.

– Верю, – прикрыла я веки, и граф тут же поспешил задёрнуть шторку с моей стороны, чтобы солнце не резало глаза. – Спасибо, Райдо…

И, видимо, я успела задремать, потому что когда пришла в себя в следующий раз, в вагоне стояла паника. А графа с детьми рядом не наблюдалось.

– Ушёл привести девочку в порядок, – поведала мне проводница: молоденькая девушка в синей форме и с тёмным каре, которая почему-то стояла рядом, будто солдат на посту. – Я обещала за вами присмотреть. Но…

Так, детей увёл обоих из соображения безопасности, рядом со мной оставил проводницу, но что происходит сейчас?

– Воры, – будто отвечая на мои мысли, без слёз, лишь бледнея, всхлипнула проводница и рядом тут же возникла высокая фигура Удава.

Только на этот раз лицо его было скрыто деревянной маской, но походку и сам силуэт я узнала точно, как и голос:

– Ты, – оттолкнув девушку, бросил он мне и, не дожидаясь ни слов, ни действий, схватил меня за руку, – со мной!

И поволок между рядов сидений и встревоженных людей, ни на что не обращая внимания.

Видимо, если бы я не заболела, граф успел бы проверить всех в поезде и убедиться, где этот человек и действительно ли здесь, а так…

А так меня вели вон из вагона, и из другого, пока не добрались до самого конца, оставляя позади хаос и разбой, ведь Удава подстраховывали его подельники.

Быть может, он специально подгадал, чтобы графа рядом со мной не было… Хорошо, если так, а не смог ему каким-то образом навредить.

Последний вагон шатало настолько, что сложно было устоять на ногах. Одна бы я шла, не то, чтобы хватаясь за поручни, а обнимая и повисая на них прежде, чем сделать очередной шаг. Но меня волокли за собой, а потому я даже не успевала перебирать ногами.

Силы, как назло, с каждым мгновением покидали моё тело, меня нещадно знобило, если бы хотела что-то сказать или закричать, то вряд ли бы удалось произнести хоть что-то ровно – зуб на зуб не попадал. От судорожного дыхания становилось больно в груди. Сердце колотилось как бешеное, и дело было не в страхе.

Я почти не боялась – слабость и болезнь забрали и выжгли собой эмоции. Лишь беспокойство за детей давало о себе знать и сожаление о том, что подвела Райдо, которому тоже скоро предстояло сражаться с трудностями.

– Давай же! – удобнее перехватил меня Удав за локоть и в очередной раз рывком поставил на ноги.

Нас провожали недоумённые взгляды других пассажиров, кто-то даже поднимался со своих мест, но вмешиваться не решался.

Праздничные огни под потолком издевательски сияли и весело мне подмигивали. За окнами поезда плавно и медленно летали крупные снежные хлопья, при виде которых мне одновременно делалось приятно и больно на душе: хотелось прохлады и облегчения от лихорадки и тепла солнца, ведь я всё никак не могла согреться и уже, видимо, не смогу…

Громила остановился в тамбуре, а из него уже плечом выбил тонкую дверь, за которой оказалась вторая, тяжёлая и запертая на замок.

Это не было помехой для Удава, уж не знаю, где и как раздобыл он ключи, но дверь открыл и вышвырнул меня в самый конец поезда – на небольшой как бы балкончик, ограждённый одними лишь невысокими железными перилами, в которые я вцепилась мёртвой хваткой, чтобы не кульнуться прямо на пути.

– Зачем? – перекрикивая свист ветра и шум поезда, подавив в себе болезненный кашель, спросила я.

Удав снял маску, открывая своё жуткое, грубое лицо.

– Если не мелкого, то тебя с собой заберу, сама будешь перед моим хозяином объясняться! А там, может, твой любимый выкуп заплатит или мальчишку сам привезёт.

Думает, избрал лёгкий путь, поняла.

– Ты заразишься, знаешь? – попыталась я выглядеть убедительно и, наконец, не стала сдерживать кашель, позволяя красным пятнам расползаться по рукаву платья, которым прикрыла рот.

Удава это впечатлило, заставило отшатнуться, но на попятную он не пошёл.

– Или нет, – проронил глухо, делаясь ещё более похожим на гранит. – В любом случае, хозяин мой страшнее, чем дурацкая болезнь!

– Вряд ли у тебя есть крылья, – заметила я хрипло, – или скажешь, я переживу прыжок на рельсы?

– Я переживу, – криво ухмыльнулся он, – а ты постараешься, – и схватил меня в охапку, явно намереваясь собой смягчить для меня падение.

И