Скандальная блогерша для драконьего лорда - Лина Дорель

— Давай посидим, — предложил Вальтер, когда мы дошли до конца аллеи, где под огромным раскидистым деревом стояли столики с навесом, а из соседнего шатра доносились запахи жареного мяса и пряностей. — Ты, наверное, устала.

Я действительно устала — от ходьбы, от жары, от обилия впечатлений. Мы уселись за столик в тени, и Вальтер заказал легкого, прохладного вина с привкусом летних ягод и закуски: сыр, оливки, тонко нарезанное мясо, свежий хлеб.

— Знаешь, — сказал он, когда мы немного подкрепились, и его голос стал серьезнее, — я давно хотел встретиться с тобой не только потому, что ты красива и умна. Хотя это, безусловно, весомые причины.

Я подняла бровь, отпивая вино и наслаждаясь прохладой, которую оно дарило.

— И почему же еще?

— Потому что ты — единственная, кто смог пробиться сквозь стены, которыми Элиан окружил себя, — сказал Вальтер тихо, наклоняясь через стол. — Больше века он живет как отшельник, не подпуская никого близко, управляя своими землями через слуг и зеркальную паутину. А потом появилась ты — и вдруг он начал выходить из замка, появляться на празднествах, общаться с людьми. Ты изменила его, Виктория. Это впечатляет.

Комплимент прозвучал искренне, но что-то в нем заставило меня насторожиться. Может быть, то, как внимательно Вальтер следил за моей реакцией, словно оценивал каждое слово, каждый жест.

— Я не думаю, что изменила его, — возразила я осторожно. — Просто мы нашли общий язык. Как-то так получилось.

— Скромность тебе идет, но не стоит недооценивать свое влияние, — Вальтер покачал головой. — Элиан — могущественный лорд, его земли богаты и плодородны, его власть непоколебима. Но все это он держит в железном кулаке, не делясь ни с кем. Знаешь ли ты, что соседние долины живут в бедности, в то время как его крестьяне процветают?

Я нахмурилась. Это было новостью для меня.

— Почему? — спросила я. — Я видела его земли. Там достаточно ресурсов, чтобы помочь соседям, если у них проблемы.

— Вот именно, — кивнул Вальтер, и в его голосе прозвучала горечь, которую он больше не пытался скрывать. — Достаточно. Но он не помогает. Не делится. Запер все богатство в своей долине, выстроил магические барьеры, чтобы никто не мог пройти без его разрешения. А мы, соседние лорды, вынуждены выживать на скудных землях, смотреть, как наши крестьяне голодают, потому что урожай плох, а Элиан отказывается продать нам зерно даже за золото.

Я медленно поставила бокал на стол, переваривая услышанное.

— Он отказывается продавать?

— Раз за разом, — подтвердил Вальтер печальным голосом. — Говорит, что не желает нарушать баланс своей долины, что не хочет лишних контактов, что ему нужен покой и изоляция. А то, что дети в моих деревнях ложатся спать голодными, его не волнует.

Очень интересно. Элиан никогда не говорил мне о соседних землях, о других лордах. Он показывал мне только свою долину, свой идеальный, процветающий мир. Но что, если за границами этого мира был другой — голодный, бедный, отчаянный?

— Я не знала, — сказала я тихо. — Он никогда...

— Конечно не говорил, — перебил Вальтер, но не резко, а с грустным пониманием. — Зачем портить твое впечатление о себе? Зачем показывать, что за идеальным фасадом скрывается эгоизм и равнодушие к чужим страданиям?

— Может, есть причины? — возразила я, хотя голос прозвучал неуверенно. — Может, он не может помочь, не нарушив... не знаю, какой-то баланс, магию земли?

Вальтер усмехнулся, но без злобы, скорее с сожалением.

— Виктория, милая, ты добрая и наивная девушка. Никакого баланса нет. Есть только дракон, который после трагедии запер себя в башне и решил, что весь мир должен вращаться вокруг его потребностей, его правил, его комфорта. А все остальные пусть как-нибудь сами.

Глава 44

Слова резанули по живому, потому что в них была доля правды, которую я не хотела признавать. Элиан действительно был сосредоточен на себе, на своем порядке, на контроле над каждым аспектом своей жизни. Он редко спрашивал о том, что чувствую я, чего хочу…

А день с Вальтером оказался на удивление легким. Я даже не ожидала, что может быть настолько легко, словно я сбросила с плеч невидимое бремя, о существовании которого даже не подозревала.

Вальтер рассказывал истории о местной знати — язвительные, остроумные, от которых я хохотала во весь голос. В какой-то момент я поймала себя на мысли, что не смеялась вот так, от души, с того самого дня, как оказалась в этом дурацком мире. С Элианом все было слишком выверенным, контролируемым, идеальным до оскомины.

— Видите ли, милая Виктория, — Вальтер галантно подал мне руку, помогая подняться на небольшой холм, с которого открывался вид на ярмарку, — наш драконий лорд славится не только своим, скажем так, специфическим характером, но и несметными богатствами. — Он сделал паузу. — Сокровищница Долины Безмятежности — легенда. Золото, драгоценные камни, артефакты невероятной силы... Все это покоится в подвалах его замка, никому не нужное, никем не используемое. Он просто держит это все взаперти, словно скупой рыцарь из сказки. Вся эта красота, все эти ресурсы, которые могли бы украсить жизнь, сделать ее ярче, комфортнее... Они просто лежат мертвым грузом.

Он помолчал, давая словам устояться в моем сознании, а потом добавил, словно невзначай:

— Впрочем, разве это не типично для тех, кто живет только для себя? Порядок, контроль, совершенство... Но кому от этого хорошо, кроме него самого?

Вальтер мягко улыбнулся, взглянув на меня.

— Простите, я, наверное, слишком много болтаю, — спохватился он. — Просто мне всегда казалось несправедливым, что один обладает столь многим, а другие довольствуются малым.

Я хотела огрызнуться, сказать что-то колкое, защитить... кого, собственно? Элиана? С каких это пор я стала адвокатом перфекциониста-дракона с психологическими проблемами? И слова застряли где-то в горле, потому что, если честно, Вальтер попал в точку.

— О, я совсем забыл! — Вальтер хлопнул себя по лбу с такой театральностью, что я невольно улыбнулась. — У меня есть для вас маленький презент. Надеюсь, вы примете его как знак нашей растущей дружбы.

Он достал из кармана небольшую бархатную темно-синюю коробочку с золотым тиснением. Когда он открыл ее, я едва сдержала восхищенный вздох. Внутри покоилось изящное ожерелье: серебряная цепочка с подвеской в виде стилизованной розы, лепестки которой были инкрустированы крошечными розовыми камнями. При свете солнца они переливались всеми оттенками от нежно-розового до насыщенного пурпурного.

— Я увидел это у ювелира в городке рядом с моим поместьем и сразу подумал о вас, — Вальтер говорил негромко, почти интимно. — Розовая роза для леди в красном платье. Надеюсь, это