Скандальная блогерша для драконьего лорда - Лина Дорель

не похоже ни на что, что я видела раньше. Даже самые яркие уличные фестивали в моем мире меркли по сравнению с этим буйством жизни, этой первобытной, почти магической энергией места, где сходились десятки культур, традиций, товаров со всех концов королевства.

Я даже забыла, что должна встретиться здесь с Вальтером. Сначала прошла мимо лотков с тканями всех мыслимых оттенков. Торговцы наперебой зазывали меня, расхваливая свой товар, обещая лучшие цены, эксклюзивность, редкость.

Дальше шли ряды с украшениями, и здесь я невольно притормозила, потому что зрелище было действительно завораживающим. Ожерелья из жемчуга и драгоценных камней, серьги, которые сверкали в солнечном свете как маленькие звезды, браслеты тонкой работы, кольца с камнями размером с перепелиное яйцо. Один старик-ювелир, заметив мой заинтересованный взгляд, подозвал меня жестом.

— Для такой красавицы — особая цена, — пророкотал он с акцентом. — Смотри, вот это, — он поднял тонкую диадему, усыпанную маленькими рубинами, которые идеально сочетались с цветом моего платья. — Эльфийская работа, настоящая. Двести лет назад сделана для принцессы Лунного леса. Подойдет тебе как влитая.

Я хотела было отказаться — у меня не было с собой денег, — но тут до меня донесся знакомый голос:

— Я куплю ее.

Я обернулась и увидела Вальтера.

Он выглядел еще более впечатляюще вживую, чем через зеркало связи. Высокий, статный, одетый с той тщательностью, которая выдавала человека, придающего огромное значение внешнему виду. Темно-зеленый камзол с золотым шитьем, высокие черные сапоги, начищенные до блеска, плащ, небрежно переброшенный через плечо. Волосы аккуратно уложены, лицо выбрито, и когда он улыбнулся мне, его зубы сверкнули ослепительной белизной.

— Вальтер, — выдохнула я.

— Ты совсем забыла про меня? — спросил он, подходя ближе и склоняясь в изящном поклоне, во время которого взял мою руку и поднес к губам. — Я увидел тебя от ворот и сразу узнал. Как будто солнце спустилось на землю и решило прогуляться среди смертных.

Комплимент был банальным, но произнесен с такой искренностью, с таким восхищением в глазах, что я не смогла сдержать улыбку.

— Солнце — это, наверное, слишком, — возразила я, но без особого убеждения, потому что, признаться честно, мне нравилось такое внимание. Нравилось после ночи сомнений, после утра, проведенного в попытках понять собственные чувства, просто принимать чужое восхищение без необходимости анализировать, что оно значит, что за ним стоит, какие обязательства накладывает.

— Ничего не слишком, когда речь о тебе, — возразил Вальтер и повернулся к ювелиру. — Заверните диадему. И вон те серьги тоже, с рубинами. И браслет — вот этот. Все в комплект.

— Вальтер, не надо, — запротестовала я слабо, хотя часть меня уже предвкушала примерку этих сокровищ.

— Надо, — отрезал он, передавая ювелиру увесистый кошелек и даже не поинтересовавшись ценой, что, как я заметила, произвело на старика впечатление не меньшее, чем сами украшения на меня. — Красивая женщина должна носить красивые вещи. Это закон природы, с которым бессмысленно спорить.

Пока ювелир аккуратно укладывал покупки в бархатный футляр, Вальтер с откровенным восхищением смотрел на меня

— Итак, прекрасная Виктория, — Вальтер предложил мне руку, и я, секунду поколебавшись, приняла ее, — день только начинается, а впереди нас ждет столько всего интересного. Ты любишь сладости? Музыку? Представления? На этой ярмарке есть все, что душа пожелает.

Мы двинулись по центральной аллее, и я не могла не заметить, как люди оборачиваются нам вслед. Вальтер был явно известной фигурой: торговцы кланялись ему, женщины провожали взглядами, мужчины почтительно расступались. И я, под руку с ним, в своем ярком платье и с футляром драгоценностей в руках, чувствовала себя... значимой. Важной.

Это было опьяняющее чувство, которого мне так не хватало.

— О чем задумалась? — спросил Вальтер, наклонившись ближе, чтобы его слова не потонули в общем гуле ярмарки.

— О том, как давно я не чувствовала себя собой, — призналась я честно, потому что ложь в данном случае казалась не нужной. — В замке все подчинено определенным правилам, определенному порядку. Иногда я забываю, что мир может быть другим — хаотичным, ярким, непредсказуемым.

— Это потому, что лорд Элиан — затворник и перфекционист, — сказал Вальтер мягко. — Он запер себя в своей белой башне и пытается контролировать каждую пылинку, каждый звук, каждое движение. Это не жизнь, Виктория. Это существование в клетке, пусть и позолоченной.

Я хотела возразить — вспомнить ту боль в глазах Элиана, когда он рассказывал о войне, о потерянной невесте, о том, как его драконья натура чуть не уничтожила все, что ему было дорого. Хотела сказать, что его перфекционизм — не прихоть, а способ выживания, способ удержать контроль.

Но слова застряли в горле, потому что... разве Вальтер был неправ? Разве жизнь в замке, с его бесконечными правилами, тишиной и стерильной белизной, не была похожа на прекрасную, комфортную тюрьму?

Глава 43

— Конечно, он пережил много горя, — продолжил Вальтер, словно прочитав мои мысли. — Но это не оправдание для того, чтобы заморозить собственную жизнь и жизнь тех, кто рядом. Разве ты не заслуживаешь большего, чем быть украшением в его идеально упорядоченной коллекции?

Голос Вальтера был слишком убедительным, слова слишком точно попадали в те сомнения, что уже гнездились в глубине моей души.

— Смотри, — Вальтер остановился возле лотка с экзотическими фруктами, спасая меня от необходимости отвечать, — ты когда-нибудь пробовала звездные плоды? Они растут только на южных островах, где круглый год лето. Один укус, и ты почувствуешь вкус солнца.

Он купил два больших золотистых фрукта странной формы, действительно напоминающей звезду, разрезал один ножом, который торговец услужливо предоставил, и протянул мне половину.

— Попробуй.

Я откусила кусочек, и на языке взорвался сладкий, с легкой кислинкой вкус, который действительно напоминал солнечный свет, тепло, беззаботность. Сок потек по подбородку, и я рассмеялась, вытирая его рукой.

— Вкусно, — призналась я, и Вальтер улыбнулся.

— Я знал, что тебе понравится. У меня есть чутье на такие вещи: что принесет радость прекрасной даме.

Мы продолжили прогулку, и постепенно я начала расслабляться, отпускать те напряженные мысли, что преследовали меня. Вальтер был прекрасным компаньоном — остроумным, внимательным, щедрым. Он покупал мне сладости у каждого лотка, который нам встречался: засахаренные фиалки, медовые соты, миндаль в шоколаде, маленькие пирожные в форме розочек.

Он показывал мне фокусников, которые заставляли монеты исчезать и появляться из воздуха, акробатов, творивших невозможное со своими телами, кукольный театр, где разыгрывали древнюю легенду о драконе и принцессе. При слове "дракон" я невольно вздрогнула, но сюжет оказался банальным: принцесса полюбила дракона, он ради нее стал человеком, они жили долго и счастливо.

"Сказки", — подумала я с легкой