Скандальная блогерша для драконьего лорда - Лина Дорель

— Это так заметно?

— Милая, — вмешалась Грейс, отрываясь от своего теста и одаривая меня теплой, понимающей улыбкой, — у тебя на шее метки размером с монету, слышно вас было даже в самой дальней башне, и ты светишься изнутри так, что можнокомнату осветить. Так что да, довольно заметно.

— Боже, — простонала я, снова пряча лицо в руках. — Это катастрофа.

— Почему катастрофа? — удивилась Иви, откладывая тряпку и подсаживаясь ближе ко мне с живым интересом в глазах. — Мы все видели, как вы смотрите друг на друга последние недели. Было только вопросом времени, когда это произойдет.

— Потому что я все испортила! — выпалила я, наконец поднимая голову и глядя на них с отчаянием. — Все было прекрасно, а потом я проснулась утром, запаниковала, и сбежала, и теперь он, наверное, думает, что я... что прошлая ночь ничего не значила, или что я жалею о случившемся, или...

Я замолчала, потому что слова застряли в горле, и я вдруг поняла, что близка к слезам. Что, черт возьми, со мной происходит? Я не плакала годами, с тех самых пор, как мама сказала мне в пятнадцать лет, что слезы — это признак слабости, и успешные женщины не позволяют себе такой роскоши.

Марта подошла и села рядом со мной, обнимая за плечи теплой, мягкой рукой, пахнущей мукой и специями.

— Дорогая моя, — произнесла она мягко, — ты влюбилась в нашего лорда, не так ли?

— Нет! — слишком быстро возразила я. — То есть... я не знаю. Может быть. Черт. Я не знаю!

И я действительно не знала. Потому что никогда раньше не влюблялась по-настоящему, никогда не испытывала ничего, кроме мимолетного интереса или физического влечения, и понятия не имела, как это должно ощущаться. Но если любовь — это когда ты думаешь о человеке каждую свободную минуту, когда его улыбка заставляет твое сердце биться быстрее, когда ты готова сносить его причуды и странности, потому что под ними скрывается кто-то прекрасный и достойный, когда мысль о том, что ты можешь причинить ему боль, разрывает тебя изнутри... тогда да, наверное, я влюбилась.

Ужас. Я влюбилась в дракона-психа с ОКР, который живет в белом замке и впадает в панику от неправильно поставленной вазы.

Моя жизнь официально превратилась в плохой роман.

— Что мне теперь делать? — спросила я жалобно.

— Откройся ему, — просто сказала Элис. — Наш лорд — хороший человек, Вика. Странный, да. Со своими особенностями, безусловно. Но он добрый, справедливый, заботливый. Он никогда не причинит тебе боль намеренно. И если ты дашь ему шанс, если позволишь себе довериться, я думаю, ты обнаружишь, что это того стоит.

— А если я снова испугаюсь и сбегу? — прошептала я. — Если я не смогу справиться с этой близостью, с этой привязанностью?

— Тогда поговори с ним об этом, — посоветовала Грейс разумно. — Объясни, что ты чувствуешь. Лорд Элиан — не из тех, кто требует мгновенных ответов или давит. Он поймет, если ты скажешь, что тебе нужно время.

Марта положила мне полную тарелку тушеного мяса, положила рядом ломоть свежего хлеба и долила вина в кубок.

— А сейчас ешь, — скомандовала она по-матерински строго. — Нельзя принимать важные решения на голодный желудок. Это первое правило мудрой женщины.

Я послушно взялась за ложку, и надо признать, еда действительно помогла. Тушеное мясо было восхитительным, хлеб хрустящий снаружи и мягкий внутри, вино терпкое и согревающее.

Я доела и пошла к себе в комнату. Мое зеркало связи, лежащее на столе, вдруг мягко засветилось, сигнализируя о входящем сообщении.

Я подняла его, провела пальцем по активирующей руне, и в зеркальной глади появилось лицо, которое я не видела несколько дней — лорд Вальтер фон Грик, мой тайный поклонник и частый собеседник.

— Прекрасная Виктория! — воскликнул он с широкой улыбкой, и я не могла не отметить, как выгодно смотрелся он сегодня. Он явно постарался: волосы аккуратно уложены, на нем богато украшенный темно-синий камзол с золотым шитьем, который, должно быть, стоил целое состояние. — Как чудесно видеть твое лицо в этот замечательный день. Я надеюсь, я не отрываю тебя от чего-то важного?

— Нет, нет, — ответила я, улыбаясь в ответ, потому что лесть всегда была моей слабостью, даже когда я знала, что это именно лесть. — Просто закончила обедать. Что-то случилось?

За последние две недели Вальтер стал чем-то вроде постоянного элемента в моей жизни. Он писал мне почти каждый день. Он был обаятелен, остроумен, щедр на комплименты.

Мне нравилось его внимание. Нравилось, что кто-то видел во мне нечто драгоценное, достойное восхищения. Нравилось, что он интересовался моим мнением, спрашивал о моем мире, о моих мечтах и планах.

Конечно, небольшая циничная часть меня понимала, что он, возможно, не совсем бескорыстен в своей щедрости. Но разве это имело значение? В моем старом мире все отношения строились на взаимной выгоде. Почему здесь должно быть иначе?

— Случилось? Нет, ничего плохого, — ответил Вальтер, и его улыбка стала как будто чуть более интимной, доверительной. — Напротив, у меня есть предложение, которое, я надеюсь, тебя заинтересует. Скажи, милая Виктория, ты когда-нибудь бывала на Ярмарке Четырех Ветров?

Глава 41

Я нахмурилась, пытаясь вспомнить, слышала ли я что-то об этом.

— Нет, не думаю. А что это такое?

— О, это самое грандиозное торговое событие сезона! — Вальтер оживился, и его глаза загорелись энтузиазмом. — Раз в три месяца в городке Серебряный Перекресток собираются торговцы со всех концов королевства. Можно найти все, что душе угодно: шелка из Восточных провинций, пряности из Южных земель, украшения от лучших ювелиров, магические артефакты, редкие книги. Это незабываемое зрелище, поверь мне. И вот, я подумал... — он сделал паузу, — может быть, ты согласишься встретиться со мной там? Лично, я имею в виду. Я мог бы показать тебе все самое интересное, мы могли бы наконец-то поговорить не через зеркало.

Я колебалась, и он, видимо, почувствовал это, потому что быстро добавил:

— Серебряный Перекресток — нейтральная территория, место, где действуют особые правила торгового перемирия. Там будут сотни людей, полная безопасность. И я обещаю вести себя как истинный джентльмен. Просто мне хотелось бы узнать тебя лучше, Виктория. Ты такая необычная, такая яркая. Ты заслуживаешь увидеть больше этого мира, чем просто белые стены замка затворника.

Вальтер продолжил, и его голос звучал тепло и приветливо:

— Ярмарка начинается сегодня и продлится три дня. Я буду там весь завтрашний день — это обычно самое оживленное время, когда приезжают все основные торговцы. Что скажешь? Подумай об этом как